Владимир Путин.Времена не выбирают.

С Т А Н О В Л Е Н И Е   Л И Ч Н О С Т И

Владимир Путин родился 7 октября 1952 года.

Его отец, Владимир Спиридонович,  выходец из села Поминово Тверской области, до Великой Отечественной войны он был комсомольским активистом.

Женился на девушке из соседнего села Заречье, Шеломовой Марии Ивановне. Во время войны  она находилась в блокадном Ленинграде, выжила,  после войны работала санитаркой. Ее мать, бабушку Владимира Путина, в октябре 1941 года застрелили гитлеровцы. Случилось это в селе Тургиново Тверской области.

Дед по отцу был поваром у Владимира Ильича Ленина в Горках, потом перешел служить на дачу И.В.Сталина.

После окончания войны Владимир Спиридонович Путин работал охранником вагоностроительного завода в Ленинграде, а затем стал там же мастером.

 

Владимиру Путину было 12 лет, когда в 1964 году Н. С. Хрущев был освобожден от обязанностей Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР. На смену ему пришел Л. И. Брежнев. Оба они возглавляли вполне сложившееся авторитарное государство, в котором уже не было лидирующего класса, тем более антагонистического социального расслоения. Функционировали лишь профессиональные группы, лоббирующие свои жизненные интересы: оборонные комплексы, научные сообщества, творческие союзы. Жизнь рядовых граждан была регламентирована иерархической государственной пирамидой. Создаваемый работником прибавочный продукт присваивался государством и направлялся на реализацию проектов, осуществляемых, как было ясно из газет, в высших интересах народа: перманентного перевооружения, освоения космического пространства, строительства дорог, создания индустриальных гигантов, электростанций. По мнению идеологов партии, именно на этих гигантах взращивался новый человек, новая историческая общность.

Реформа шестидесятых привела к доминированию промышленности,  армии, благодаря чему открылись огромные возможности для экспансии крупной индустрии. Отдельные ведомства получили хозяйственную независимость друг от друга.

С приходом к руководству Л.И. Брежнева пирамида власти настолько укрепилась, что уже было неважно, кто стоял во главе ее. Главное, чтобы установки партии проводились без нарушений и отклонений от стратегического курса.

Брежневский стиль был отмечен строгим соблюдением принципа коллективности партийного руководства. В результате в первые годы были достигнуты определенные успехи в социально-экономическом развитии страны. Думается, это было в немалой степени связано с тем, что Брежнев и его окружение представляли собой слаженную команду, устраняли крайности в политике и экономике, возникшие во время хрущевской “оттепели”. В итоге Брежневу удалось реставрировать командно-административную систему, растоптанную самонадеянным Хрущевым. Пока Брежнев был здоровым и сильным человеком, особенно в первые годы правления страной, такой тип политика в большинстве своем вполне устраивал советский народ. И это несмотря на то, что  создание мифа “великого борца за мир”, “великого ленинца”, “великого теоретика” начинал напоминать миф о Сталине. Но только отдаленно. Почему? Вероятно, потому, что Брежнев реставрировал сталинскую модель  в  значительно смягченном варианте.

Между тем, в советском обществе начал оформляться слой новой интеллигенции, выходцев из разных социальных  слоев. Эти люди не знали репрессий, и в силу  духовного развития, неплохой образованности были способны не только к восприятию новых идей, но и выдвижению своих концепций.

В советском государстве, которое было достаточно мощным и крепким, все определяла  линия коммунистической партии. Поэтому Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев прежде всего был “верным ленинцем”. Показательной была реакция современников на избрание Брежнева главой государства. Георгий Арбатов: “Сменили лидера. Но какая идеология и какая политика должны сопутствовать этой смене, какие теперь утвердятся политические идеи? Эти вопросы не обрели ответа. Ибо к власти пришли люди, у которых не было единой, сколько-нибудь определенной идейно-политической программы... Брежнева большинство людей... считали слабой, а многие - временной фигурой. Не исключаю, что именно поэтому на его кандидатуре и сошлись участники переворота”.

Но Брежнев без громких слов быстро определился  со своей политической линией, в сущности, продолжив великодержавный сталинский курс. Имя Сталина перестало появляться в контексте критики преступлений и ошибок, изменились содержание и стиль официозных статей. В них все реже рассматривались идеи и понятия, вошедшие в обиход после XX съезда. Зато ключевыми стали слова “партийность”, “идейная чистота”, “непримиримая борьба”, «монолитное единство».

Вероятно, справедливым будет утверждение, что система уже не нуждалась в “слишком сильном лидере”, отличавшемся импульсивностью и волюнтаризмом: он мог внести диссонанс, разбалансировать созданный  годами тяжелейших испытаний жесткий каркас Советской державы. Отношение к людям, посвятившим себя партийной  работе принципиально никогда не менялось. На первом плане были крупные стройки, заводы, магистрали. И это было естественным для страны, поставившей задачу “догнать и перегнать”, постепенно трансформированную в скрытый лозунг- «Не отстать!».

Правда, в некоторых случаях роль партийного лидера в коллективе была выше, чем директора комбината или стройки.     В таких коллективах положение дел нередко и во многом зависело от “боевитости” и морально-психологического климата в партийной организации.

Идеальная модель героя того времени представляла человека в единстве общественных и личных интересов при безусловном приоритете   первых. Непросто было советскому человеку, задавленному проблемами элементарного выживания, подойти к высокой цели, выдвинутой КПСС, гармонии общественного и личного.

В нашем обществе есть поразительная социально - психологическая черта: при жизни политических деятелей мало кто говорит об их недостатках. И только спустя многие годы наступает “прозрение”, особенно относительно бывшего главы государства. Любопытно, что демонстрируя подобное ”прозрение”, сопровождающееся, как правило, нелестными характеристиками в адрес главного руководителя, «прозревший» как бы дистанцируется от бывших представителей власти, даже если и находился рядом с ними. Причем, чтобы подчеркнуть свою непричастность к происходившему, в такого рода “анализах ситуации” даже явно положительные явления преподносятся зачастую с точностью «до наоборот». Вот типичный образец. Так, например,  писал о брежневском времени Рой Медведев в 1989 году: “Но разве все было так плохо у нас во времена Брежнева? Разве не называли мы 70-е годы самым спокойным десятилетием в истории СССР? Да, но это было спокойствие застоя... Разве не были 70-е годы временем разрядки? Да, но это была слишком хрупкая “разрядка”... Разве советские люди в начале 80-х годов не жили лучше, чем в начале 60-х? Да, жизнь улучшалась, но крайне медленно... Разве Советский Союз не достиг при Брежневе паритета с Америкой в области стратегических вооружений? Да, эта цель была достигнута, но слишком большой ценой для нашей экономики и на слишком высоком уровне - далеко за пределами разумной достаточности».

Честнее поступают те, кто, не принимая многого в устройстве государства, объективно говорит и о положительных явлениях, говоря даже тогда, когда об этом, казалось бы, выгоднее было промолчать. Когда же «борцы за правду» говорят только как об “эпохе подхалимажа”, “эпохе торможения и застоя”, времени беспорядка и бесхозяйственности, безответственности и вседозволенности, они не только, лгут, но и, сознательно или бессознательно, обесценивают жизнь многих поколений. Внимание фиксируется лишь на вторичных проявлениях сущности, в то время как сама сущность остается затененной. Устоявшиеся схемы и стереотипы поверхностных суждений, обильно транслируемые СМИ, до предела затрудняют объективное понимание предшествующих эпох.

На самом деле в абсолютном большинстве советские люди не роптали на стабильность общества и его моральный стандарт. Напротив, такое положение дел многих вполне устраивало, так как давало устойчивые формы существования в рамках довольно продвинутой цивилизационной системы. Импонировало  осознание мощи советского государства, его авторитета на международной арене,  то, что оно декларировало нормы относительного равенства в условиях жизни всех социальных слоев страны, что часто проявлялось и на деле.

Брежневскую эпоху часто называют эпохой застоя, но между тем она характеризовалась  стремительным ростом производства в приоритетных отраслях промышленности. На основе уравнительного распределения, советский человек впервые ощутил стабильность своего существования, появилась, что немаловажно, уверенность в зав¬трашнем дне. Он четко знал: если добросовестно выполнять свои обязанности, будет продвижение по служебной лестнице, пользование определенными льготами, сносная для тех времен заработная плата. Народ, как сейчас понятно, добродушно относился к Л.И.Брежневу. Об этом можно судить хотя бы по анекдотам. Вызываемый ими смех -довольно безобидный, порождаемый в основном курьезами последних лет его жизни, когда он уже был безнадежно болен. В воспоминаниях о Брежневе самые разные по характеру отношения к нему люди, как правило, подчеркивают доминирующие в нем человечность, доброту и внимание к людям. Георгий Арбатов подчеркивал, что он никогда не был жестоким и мстительным. В общении умел и любил выказывать внимание к окружающим. Помнил старых друзей, оказывал им всяческую поддержку, не выходящую за рамки существовавших моральных норм. А ведь эта характеристика дана академиком уже после смерти Брежнева, в 1990 году, когда говорить положительно о нем было, мягко говоря, “признаком дурного тона”. Тем не менее, никто из людей, близко знавших Леонида Ильича, не мог пройти мимо простых и хороших человеческих качеств главы государства.

Ориентация на высокие идеалы чаще всего имеет не только личную выгоду для каждого гражданина, но и общественный интерес для всех. Обществу выгодно иметь образованных, развитых людей, способствующих тому, что развивается благосостояние  основной массы населения. В советском обществе постепенно произрастало понимание неприемлемости крайних позиций: как стадного коллективизма, так и буржуазного эгоцентризма.

Блестящую характеристику этой эпохи дал великий русский мыслитель Александр Зиновьев в статье «На рубеже столетий»: «В ХХ веке произошел великий перелом в социальной эволюции человечества – произошел подъем ведущих стран планеты с уровня обществ на более высокий уровень социальной организации, а именно на уровень сверхобществ. И первым в истории сверхобществом огромного масштаба, оставившим неизгладимое воздействие  на эволюцию всего человечества, был Советский Союз. Западный мир отстал от него в своем социальном развитии на много десятилетий. Переход от эпохи обществ к эпохе сверхобществ в западном мире начался только после Второй мировой войны, причем под влиянием Советского Союза и в ожесточенной борьбе с ним, длившейся более полувека….В ХХ веке наша страна совершила беспрецедентный эволюционный эксперимент в человеческой истории – осуществила социалистическую социальную революцию, в чудовищно трудных условиях построила коммунистическую социальную организацию, благодаря ей сумела отстоять свою независимость в войне с сильнейшими в истории захватчиками, благодаря ей (социалистической революции) сумела добиться баснословных успехов во всех сферах социального бытия и стать одной из мировых сверхдержав, возглавила новую линию социальной эволюции, стала образцом для большинства народов планеты, ранее находившихся в униженном и угнетенном состоянии».

Такова была эпоха, в которой формировались духовные качества будущего президента и лидера России. Эти  психологические установки не могли пройти бесследно для Владимира Путина, не повлиять на станов¬ление его личности.

Советское искусство тех лет ярко и образно отразило эту установку эпохи:

“Мир не хлам для аукциона.

Люди мы, а не имя рек.

Все прогрессы - реакционны,

Если рушится человек,”

-писал несомненно выдающийся  классик русской литературы Андрей Вознесенский.

Детство  Владимира Путина было типичным  для советского времени.

Родители много работали, за сыном следили довольно строго. Как и его сверстники, Володя рос во дворе.  Без спроса выходить  за пределы двора  запрещалось, а  так как мать и отец были для мальчишки непререкаемым  авторитетом, то и проступков подобного рода было немного.

Так, однажды Владимир вместе с приятелем, не предупредив родителей, уехал за город. Маршрут был прост:  сели в электричку и вышли, где захотели. «Было холодно. Взяли спички. Кое-как развели костер. Есть нечего. Совсем замерзли. Сели на электричку, поехали назад. Получили ремня». Больше попыток к таким путешествиям в детстве не предпринималось.

Жизнь во дворе  была подчинена своим законам.  У каждого сообщества была своя территория, которую никто не собирался уступать без драки. Маленькому Путину тоже крепко доставалось, как только он переступал границу своего двора и попадал на чужой. Первая обида была очень сильной. Парень, который ударил его, защищая свое жизненное пространство, хотя и выглядел замухрышкой, оказался  старше и сильнее. Урок был усвоен.  В глубине души он не мог не осознавать справедливости такого расклада. Постепенно вырабатывался определенный стиль поведения.

Владимира Путина смутило то обстоятельство, что обидчик, на первый взгляд показавшийся ему слабаком, на деле оказался другим. И Путин  сделал главный вывод: не очень-то доверять первому благоприятному впечатлению, не бросаться в схватку очертя голову. И в любом случае быть настолько сильным, чтобы мгновенно ответить на причиненную обиду. Понятно, что такой вывод может сделать любой, но вот следовать ему - только тот, в ком говорили чувства справедливости, собственного достоинства, в ком присутствовала сила воли.

Маленький Путин сделал для себя еще один вывод: нельзя  ввязываться в потасовки без крайней необходимости. Но уж если это произошло, то нужно биться, пути к отступлению нет. К этому заключению он пришел после эпизода с крысой, которая жила в подъезде его дома. «Там, на этой лестнице, я раз и навсегда понял, что означает фраза «загнать в угол». В подъезде жили крысы. И мы с друзьями все время гоняли их палками. Один раз я увидел огромную крысу и начал преследование, пока не загнал ее в угол. Бежать ей было некуда. Тогда она развернулась и бросилась на меня. Это было неожиданно и очень страшно. Теперь уже крыса гналась за мной. Она перепрыгивала через ступеньки, соскакивала в пролеты. Правда, я все равно был быстрее и захлопнул дверь перед ее носом».

Позже, когда он станет главой государства и спасет Россию от распада и грабежа, некоторые критики увидят в этом пацанскую привычку собраться  перед опасностью и биться до конца. Однако, по их мнению, вскоре после этого решительность Путина якобы ослабевает потому, что нет видимого врага, следовательно, он не способен стать правителем-модернизатором. В результате вместо того, чтобы  развивать  страну, Путин занимался только  её укреплением.

Думается, что такой подход к характеру будущего президента слишком примитивен. В характер Путина закладывались многие психологические установки по мере освоения им внешних обстоятельств. Известно, что до определенного возраста будущий президент России был, как сам себя  называл, шпаной, затем  – хорошим учеником. В дальнейшем ему удалось  не только сохранить в себе изобретательность, подвижность, свободный критический дух, способность к отношениям с другими людьми, но и  необыкновенно развить эти качества. Если учесть его жизненные принципы, заложенные еще в детстве и отрочестве, то можно говорить, скорее, об осторожности, с какой Владимир Путин выстраивает свои отношения с обществом в качестве президента либо председателя правительства.

Итак, отныне главным для Владимира Путина было: не ввязываться в потасовки без крайней необходимости, но и  не быть слабым, так как слабых бьют, а если же ввязался в «драку», то надо идти до конца. Со временем это осознание превратилось в принцип, легший  в основу его характера.

После теракта в Беслане  президент России Владимир Путин так и скажет,  выразив в одной фразе свое  душевное состояние: «Мы проявили слабость, а слабых - бьют».

Отец следил, чтобы семья была здоровой, воспитывал в мальчике мужские качества.  Мать же развивала  эмоциональный мир, тонкость чувств.

Как и большинство послевоенных детей, по сути – детей Победы, Володя был поздним ребенком, поэтому родители души в нем не чаяли, берегли его необыкновенно. Он отвечал им такой же нежной и заботливой любовью, чувствуя, что родители видят в нем смысл своей жизни.

Наступил день, когда Владимир Путин пошел в восьмилетнюю школу № 193, расположенную на канале Грибоедова.  Ему было уже почти восемь лет, так как его за год до этого в школу не приняли, поскольку он родился в октябре. И вот что любопытно: в начальных классах  Путин не отличался примерным поведением,  перенеся в школу все те повадки, что приобрел в дворовых «джунглях», в своем дворе. По воспоминаниям  педагогов и друзей, Владимир  Путин был небольшого роста, жилистым и вертким, но не хлипким. Он никогда не начинал драку первым, но если   дрался, то  остервенело, поэтому постепенно все, кто это знал, привыкли, сверстники старались лишний раз его не трогать.

Ему было интересно в школе, пока  он  оставался неформальным лидером.  Но постепенно он начал чувствовать, что дворовых навыков  недостаточно. Ребята росли, менялись их представления о жизни, и в какой-то момент  Владимир Путин понял, что надо серьезно заняться спортом, чтобы стать сильным и ловким, способным в любом случае защитить себя.

Учебе он до шестого класса не придавал большого значения, получал тройки и относился к этому спокойно, даже равнодушно. Но если его что-то заинтересовывало, то мгновенно менялся: весь был внимание, не стеснялся задавать вопросы, если чего-то не понимал.

Общеизвестно, что 60-е годы ХХ столетия были  пронизаны романтикой подвига. О таких людях слагали стихи, пели песни, ставили фильмы. Научные работники, геологи и разведчики гражданской и Великой отечественной войны являлись  основными героями того времени. Молодежь особенна склонна к романтике подвига. Не избежал этой участи и Владимир Путин. Когда начал работать кружок немецкого языка, он  был одним из тех, кто сразу пришел на занятия. Вполне вероятно, что немецкий язык привлекал его по причине увлеченностью подвигами разведчиков, книгами и фильмами,  которыми зачитывалась и засматривалась вся страна. Рихард Зорге, Иоганн Вайс (Александр Белов) – такие  собирательные образы были  ориентиром для многих мальчишек того поколения. Обнаружилось, что память у Владимира Путина была великолепная: схватывал все на лету и, что удивительно, у него проявилась огромная способность к иностранным языкам.

Шло время, и что-то изменилось в нем по отношению к учебе. Проснулось честолюбие. Он стал хорошо учиться, уже без троек. Его приняли в пионеры.

Но что интересно: позже всех вступив в пионеры,( это произошло в шестом классе, а основная масса вступала уже в четвертом), Владимир Путин буквально через неделю избирается председателем совета отряда. Ясно, что он был неформальным лидером, и именно поэтому быстро приобрел официальный статус. Стало очевидным и то, что он стал быстро  взрослеть. Успехи в учебе еще больше укрепили его позиции лидера.  И скоро  Владимир Путин начал задавать тон в коллективе.

Не случайно, когда в восьмом классе ребят начали принимать в комсомол, он был одним из первых, кого рекомендовали без всяких проволочек.

В девятый класс Володя   перешел в школу № 281. Она находилась  в Советском переулке и была специализированной (с химическим уклоном) при знаменитом технологическом институте. Именно в этот период жизни он  много читает, размышляет. Одновременно с этим начинает заниматься самбо, а затем дзюдо. Для Путина этот вид борьбы был  важным жизненным этапом, так как «дзюдо – это не просто спорт, это философия. Это уважение к старшим, к противнику, там нет слабых. В дзюдо все, начиная от ритуала и заканчивая какими-то мелочами, несет в себе воспитательный момент. Вот вышли на ковер, поклонились друг другу… А могли и по-другому – вместо «поклонились» сразу противнику в лоб дать».

Это привитое в спорте уважение к противнику впоследствии часто  помогало Владимиру Путину: он предельно объективно оценивал свои силы и силы того, с кем вынужден был бороться в прямом и переносном смысле.

Увлечение спортом  в большой мере способствовало тому, чтобы он хорошо учился, так как в то время с плохими отметками к тренировкам не допускали.

Почему для Владимира Путина так важно было заниматься самбо, затем дзюдо? Сам он объясняет это несколькими причинами: во-первых, им двигало желание не уступать крепким ребятам, так как он не был физически сильным. Во-вторых, следовало закрепить свое положение лидера и в будущем.  Он чувствовал, что если не начать заниматься спортом, то уже завтра и в школе, и во дворе он уже не будет занимать того места, которое занимает сегодня. Гордость не позволяла бездействовать.

Много позже, в 2010 году, когда он, после  восьми лет президентства будет служить России в качестве премьер-министра,  в интервью французским СМИ, отвечая на вопрос, почему российское телевидение создает ему образ сильного человека, часто показывая его в спортивном зале, Путин скажет, что спорт для него является частью его жизни. При всех ограничениях он  намерен строить свою жизнь, (поскольку она у него одна) так,  чтобы не только много работать, но и просто жить с удовольствием. Иначе говоря, жить, занимаясь тем, что ему дорого и интересно с детства.

Но вернемся в школьную пору. Что же отличало Путина от других спортсменов?  Его тренер отмечал в нем то, что свойственно было немногим: стремление к интеллектуальному развитию, целеустремленность и высокую работоспособность.

Многие замечали, в Путине  естественно сочетались и  качества спортсмена с регламентированным образом жизни,  и врожденная и развитая матерью интеллигентность, которая пронизывала его манеру держаться. Она проявлялась во  внимании к окружающим, умении слушать, неторопливости при принятии решений, в высказывании своей точки зрения. По отношению к окружающим он был всегда очень тактичен.

Но если в школе при  общении с товарищами он часто был уступчив, то на ковре он не знал компромиссов. В схватке он превращался в барса, сражающегося до последней секунды. Но как только поединок заканчивался, перед всеми  вновь возникал спокойный и вежливый юноша. Уже тогда и тренер, и учителя, и друзья подметили природную сдержанность Владимира Путина, кажущееся отсутствие ярко выраженных проявлений эмоций - ни по поводу выигранных схваток, ни по поводу проигрышей. Во всяком случае, внешне это ничем не проявлялось.

Не раз отмечались  поразительная выносливость Путина, бесстрашие и темп, с каким он вступал в схватку. Иными словами, всем, кто наблюдал, бросалась в глаза особенность его характера: он был по натуре  бойцом, но весьма скромно себя позиционирующим.

Владимир Путин не случайно нашел себя в дзюдо: по его признанию, он готовился в разведчики, а дзюдо, как он чувствовал, это не только спорт, но и философия, которая строится на уважении не только к старшим, но и к противнику. В дзюдо не было слабых, и это привлекало его. Фильмы «Щит и меч», «Их знали только в лицо», «В 26-го не стрелять», «Адъютант его превосходительства» «Встреча со шпионом», «След в океане», «Тайна двух океанов» производили неизгладимое воздействие на юношей того времени.   Образ разведчика, умного, сильного, выносливого, терпеливого, отвечал представлению о настоящем мужчине. Можно сказать, что Владимир Путин, воспринимая наиболее импонирующие ему черты любимых героев, лепил в своем воображении тот образ, которому хотел соответствовать  в действительности. Позже он скажет: «Больше всего меня поражало, как малыми силами, буквально силами одного человека, можно достичь того, чего не могли сделать целые армии. Один разведчик решал судьбы тысяч людей. Так, во всяком случае, я это понимал».

Окончив в 1970 году школу, Владимир сначала решил поступать в  академию гражданской авиации, но вдруг резко переменил свои планы и собрался в университет на юридический факультет. Отец и мать всполошились: там блат, ты не поступишь. Но юноша был настойчив. Обратившись к родителям, он уточнил,  что хотел бы после поступления перевестись на вечерний факультет, с тем, чтобы работать, помогая семье. Однако отец отверг такой вариант, сказав, что пока у него есть силы, сын будет  учиться на дневном.  В семье больше к этой теме не возвращались.

Родители даже и не догадывались о том, что  юноша решил готовить себя к работе в разведке. Владимир Путин, вспоминает, что еще в девятом классе его волновал вопрос , как становятся профессиональными разведчиками.  С этой целью он посетил приемную Комитета госбезопасности в Ленинграде, где ему разъяснили, что сначала необходимо окончить институт либо отслужить в армии и только после этого можно поступить в специальное учебное заведение.

Когда  Владимир Путин узнал, что желательно окончить юридический факультет в университете, либо юридический институт, то он, ученик девятого класса, съездил в университет, прошел по коридорам, взглянул на план занятий, поинтересовался,  какие науки там изучают, узнал, по каким предметам сдают вступительные экзамены.

Позже Владимир Путин скажет, что для достижения  цели необходимо точно и ясно определить для себя ее ориентиры. Следует четко определить, какие для этого требуются «силы и средства», какие необходимы «инструменты», чтобы достичь желаемого. И, конечно же, важна постоянная  системная  подготовительная работа.

Но самое главное  заключалось в том, что Путин - абитуриент отлично понимал, - ему не на кого рассчитывать при поступлении. Он должен полагаться только на самого себя. У него не было никакого другого выбора, кроме  одного – поступить самому! И он поступил, получив «отлично» на всех вступительных экзаменах.

В университете он держался незаметно, не «выпячивался», как сказали бы студенты. Однако после четвертого курса он  как лучший студент стал заниматься по индивидуальной программе.

Образ Путина-студента тех лет: спортивный, дружелюбный, малоразговорчивый человек. Но ведь  в КГБ как раз  отбирали мало заметных, но  способных, физически крепких, спортивных молодых людей, владеющих иностранным языком. Путин в полной мере отвечал этим параметрам оценки.

Ленинградский ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знамени государственный университет имени Жданова в рекомендациях не нуждается, несмотря на переименования. Но о юридическом факультете следует сказать особо, так как он был старше самого университета. Созданный высочайшим повелением Петра Первого в 1724 году при Академии наук, он 99 лет существовал в этом качестве, прежде чем был введен в упомянутое  высшее учебное заведение.

Учеба поглощала почти все время студента Путина. Трудился он самозабвенно: учеба и спорт занимали почти все время.

Думается, если бы тогда  спросили Путина, что он наиболее ценил в своей жизни, то он бы ответил: крепкую любящую семью, живущую по принципу: мой дом – моя крепость.  Его родители не разбрасывались ласковыми словами, но все, что происходило в семье, лишний раз подтверждало, что отец и мать бесконечно любят сына и делают  для него все, что могут. С его же стороны  отчетливо просматривалась настоящая уже мужская нежность. Владимир Путин никогда не забывал позвонить им, если где-то задерживался, так как думал в первую очередь о родителях, не желая их лишний раз волновать. Не удивительно, что выигранный матерью по лотерее «Запорожец» мгновенно перекочевал к  обожаемому сыну, правда, при условии, что тот будет помогать им по дачным делам. Студент Путин лихо гонял на собственном автомобиле, предмете зависти сокурсников.

Атмосфера семьи, конечно, сыграла основную роль в формировании характера будущего президента России. Владимир был ровен, сдержан со всеми, кроме друзей, с которыми он мог и пошутить и поспорить. Чувствовалось, что за юношей стояла крепкая дружная любящая семья, сформировавшая его мировоззрение, в котором не было места негативному восприятию окружающего мира. Владимир Путин отличался дружелюбным отношением к людям. Друзья любили его за то, что в их глазах он был человеком  верным, решительным, самоотверженным, ответственным за свои поступки.

После окончания университета в 1975 году Владимир Путин, несмотря на пророчества тренера о блестящем  будущем в большом спорте, уходит работать в Комитет государственной безопасности.

«Все эти годы в университете я ждал, что обо мне вспомнит тот человек, к которому я тогда приходил в приемную КГБ. А оказалось, что про меня, естественно, забыли. Я же к ним пришел школьником…я помнил, что у них «инициативников» не берут, и поэтому не давал знать о себе. Четыре года прошло. Тишина. Я решил, что все, тема закрыта, и начал прорабатывать варианты трудоустройства сразу в два места – в спецпрокуратуру (она и сейчас на режимных объектах существует) и в адвокатуру. Это было престижное распределение. Но на четвертом курсе на меня вышел один человек и предложил встретиться. Правда, человек этот не сказал, кто он такой, но я как-то сразу все понял. Потому что он говорит: «Речь идет о вашем будущем распределении, и я хочу на эту тему с вами поговорить. Я бы пока не хотел уточнять куда». Тут я все и смикитил. Если не хочет говорить куда, значит – туда…. Я ему тогда не стал говорить, что я со школы мечтаю об этом. А не стал только потому, что по-прежнему хорошо помнил тот разговор в приемной: «Инициативников не берем».

И снова тишина вплоть до заседания комиссии по распределению: «Когда дошли до моей фамилии, представитель отдела юстиции сказал: «Да, мы берем его в адвокатуру». Тут резко проснулся опер, курировавший распределение, - он до этого спал где-то в углу. «Нет-нет, - говорит, - этот вопрос решен. Мы берем Путина на работу в органы КГБ».

Позже Путин скажет: «Я не просто хотел быть шпионом. Я хотел быть полезным своей Родине». Это очень важный штрих к его портрету.

Итак, Владимир Путин, став сотрудником КГБ,  добился цели, о которой мечтал еще юношей. Такими кадрами спецслужбе  можно было гордиться: мастер спорта по самбо, по дзюдо, чемпион Ленинграда, умный, скромный, выносливый, владеющий немецким языком.

Однако работа оказалась  далеко не той, что представлял себе из романтических рассказов о разведчиках Владимир Путин. Покрутившись несколько месяцев в отделе, где работали ждавшие ухода в запас  «старики», он через полгода уже обучался на шестимесячных курсах переподготовки оперативного состава, а затем еще полгода работал в контрразведовательном подразделении. И в это время им заинтересовались сотрудники внешней разведки. Служить в разведке за границей было весьма престижно, поэтому Путин согласился пройти  годичную спецподготовку в Москве, а затем вновь вернулся  в Ленинград, но уже в Первое главное управление – в разведку. Его готовили в  Германию, но пока еще было непонятно – в ФРГ или ГДР. Оказалось,   в ГДР, в Дрезден.

Еще одно знаменательное событие в жизни Владимира произошло в марте 1980 года. Он знакомится с красавицей  стюардессой,  своей будущей женой -  Людмилой Александровной Шкребневой. Уроженка Калининграда, она была на шесть лет младше. Три с половиной года длилось знакомство, прежде чем они поженились в 1983 году. Людмила Путина позже станет студенткой Ленинградского государственного университета, а после защиты диплома -  специалистом  по испанскому и французскому языкам.

Следует только удивляться совпадению характеров и  жизненных принципов двух молодых людей. Каждый из них искал, прежде всего, надежности.  Они ее обрели.  Путин нашел спутницу жизни, благодаря которой он вновь мог уверенно произнести: мой дом – моя крепость. С тех пор так и повелось – муж, по мнению Людмилы Путиной, кормилец и защитник, а она – у очага, все домашнее хозяйство на ней. Ничто не омрачало их жизнь,  Владимир Путин был безупречным семьянином.

Оценивая пройденный путь, можно уверенно сказать, что в Путине в силу господствующих в обществе моральных установок и соответствующего воспитания в хорошей семье,  воплотились лучшие черты советского человека: трудолюбие, образованность, патриотизм, скромность сочетались с бойцовским характером, уверенностью в себе.  С таким багажом можно было идти по  жизни.

Владимир Путин был таким, каким было большинство людей в Советском Союзе, и интересы этого большинства глубоко залегли в его душу. В будущем, в какой бы должности  ни состоял, он легко находил общий язык с гражданами России, в основном остававшимися  советскими людьми: открытыми, радушными, любознательными, гостеприимными.

Владимир Путин, мечтавший о работе разведчика, добился своего: его служба теперь протекала в контрразведке. Затем  он попадает в закрытую 401 школу Комитета госбезопасности, расположенную в районе Охты. Окончив ее, Путин не возвращается в контрразведку, а зачисляется в число служащих внешней разведки.

Что же при отборе курсантов говорило в его пользу? По мнению  руководства, главными аргументами являлись следующие обстоятельства. Путин происходил из питерской рабочей среды, причем из хорошей дружной семьи. Говорил за себя и  тот факт, что Владимир Путин самостоятельно, без чьей-то поддержки, поступил на  престижный юридический факультет университета и успешно окончил его. Кроме того, он обладал важными  личностными качествами.  Интеллигентность Путина, широкий кругозор, знание иностранного языка и развитый интеллект стали основными критериями оценки личности молодого офицера. Если к этому добавить сдержанность в проявлении эмоций и чувств, умение наладить ровные  добрые отношения, то он пришелся ко двору службе внешней разведки. Постепенно проявилось еще одно  качество нового сотрудника:  Владимир Путин  умел дать глубокий и обстоятельный анализ любому мероприятию, которое он проводил. В сочетании с серьезностью и добросовестностью, с какими он относился к своей работе, все это вкупе производило должное впечатление на его руководство.

Вскоре молодого офицера  определили  на курсы иностранных языков при Ленинградском управлении КГБ, а в 1984 году Путин уже в звании майора был направлен  на учебу в Москву -  в московскую Высшую школу КГБ,   готовившую разведчиков. В ней Путин учился под псевдонимом «Платов».

Что же приобрел Путин в этой школе? Прежде всего умение работать с людьми, влиять на конкретного человека с определенной целью. Развил имеющиеся у него ранее навыки информационной и аналитической работы, научился предельно четко и  адекватно излагать свои мысли в письменной форме. Разумеется, он прошел и специальную подготовку, овладев всем тем, что необходимо разведчику: он научился виртуозно водить автомобиль, стрелять из разных видов оружия, вступать в рукопашный бой с вооруженным противником, прыгать с парашютом.  Позже он с улыбкой вспоминал об этом времени: «Во время спецподготовки я сделал пару прыжков с парашютом. Правда, первый назвать прыжком вряд ли можно. Если бы выпускающий не поддал мне по мягкому месту, я вряд ли смог сделать этот шаг».

Прошло 10 лет после окончания университета, многое изменилось в жизни Путина за это время. Летом 1985 года Владимир Путин получил назначение на работу в Германскую Демократическую Республику. Следует сказать, что тихой жизни в Восточной Германии офицеру разведки ожидать не следовало, так как она представляла собой узел  противоборства  двух систем – капиталистической и социалистической. Не удивительно, что Путин поднялся вверх по служебной лестнице, став старшим помощником начальника отдела, что было по тем временам весьма солидной должностью. ГДР использовалась как плацдарм для работы, ориентированной на Запад. Скоро Владимир Путин уже имел «своих» людей, разбросанных по всему миру. Будучи целеустремленным и очень ответственным человеком, он умел, что для новичка было редкостью, отделять главное от второстепенного, работать на результат.

Коллеги относились к нему доброжелательно, так как он никогда не допускал интриг и недомолвок. Напротив, четко и ясно раскладывал ту или иную ситуацию, объясняя причины в тех случаях,  если не мог почему-то выполнить порученное дело. Отличался он и своими знаниями, хорошей базовой подготовкой.

Два повышения в должности получил Владимир Путин, находясь в загранкомандировке. Он стал помощником начальника отдела, а затем старшим помощником начальника отдела. Но «там» это был его естественный служебный «потолок».

Поскольку Путин не работал против германских интересов, жить в Германии семье было спокойно и даже нравилось. Но жизнь протекала все же «командированно», «на чемоданах», ведь настоящий дом был в России. Никто  не предполагал, что ГДР может рухнуть в одночасье. А предпосылки к тому, правда, уже были.

Сегодня многие полагают, что в конце 70-х начале 80-х годов ХХ столетия, когда Владимиру Путину было около тридцати лет,  Советский Союз вошел в полосу стагнации. Относительно стабильное, сытое существование за счет сырьевых ресурсов не подкреплялось развитием новых промышленных сфер. Все, казалось бы, предельно благоприятствовало развитию государства. Открывались мощные месторождения нефти, зарабатывались миллионы нефтедолларов, благодаря устойчивой и удачной конъюнктуре цен на мировом рынке энергоресурсов. Мировой энергетический рынок и структура народного хозяйства, складывающаяся на тот момент, способствовали достижению того уровня жизни, что был в конце 70-х годов .

Здесь-то и скрывался один из  камней, о который споткнулось советское общество. В недрах общественного со¬знания вызревала потребность в более высоком жизненном уровне. Консервация определенного состояния советского общества вызывала постепенное отставание от западных соседей, которые опережали Советский Союз во многих сферах жизни.

При распределительной системе отношений творческие, инициативные люди оказывались зачастую невостребованными,  и в них концентрировалась разрушительная, как показало будущее, духовная сила.

Интеллигенцию не устраивало обезличивающее всех  централизованное распределение ресурсов и доходов, партийный   надзор за творчеством. Не устраивало государственное устройство и предприимчивых людей, потенциальных буржуа. Не надо забывать, что в России перед революцией 1917 года категория этих людей была довольно значительной, достигала 5-7 процентов от общего числа населения. А в союзных республиках этот процент по отношению к населению ,  как правило,                                                                                                                                                намного превышал российский.

Советское государство стремилось не к конкуренции на рынке труда, а к всеобщей занятости населения во имя выполнения социальных программ. Пять колхозников вместо одного американского фермера были неосознанно  благодарны государству за стабильное, хотя и весьма небогатое существование, за возможность не думать о завтрашнем дне.  Они  не стремились трудиться с полной отдачей, так как в денежном выражении это им мало что давало.

В такой обстановке, названной угодливыми идеологами «застоем»,

в 1985 году к власти в стране пришел Михаил Горбачев.

Не удивительно, что именно с приходом Михаила Горбачева, бывшего комсомольского вожака, и начался активный процесс подрыва демократического централизма, несущей конструкции коммунистической партии,  перенесенной на все устройство советского государства. Именно в эту пору шло скрытое идейное формирование будущих акул капитализма, которые постарались как можно быстрее прибрать к рукам то, что было нажито трудом миллионов граждан Советского Союза.

Реальное положение в СССР к началу 1990-х годов складыва¬лось не лучшим образом. Трагические события в Чернобыле, Нагорном Карабахе, Сумгаите, перманентные шахтерские забастовки. Нарастало широкое недовольство народа самим процессом перестройки, характером решения нараставших  экономических и социальных проблем.

Все чаще вставал вопрос: что же происходит в стране? За многие десятилетия все привыкли, что  функ¬ции власти сосредоточены в руках КПСС. В 1990-м году по вынужденной инициативе партии произошло разделение партий¬ных, советских и хозяйственных функций. Никто не ожидал при этом, что этот процесс окажется таким мучительным и катастрофическим для всей страны.

К 1990 году весьма резко обозначилось негативное отношение на¬рода к власти. Многим надоели неопределенность, неразбериха “переходного периода” в никуда. Люди хотели добросовестно жить и трудиться. Главное  было в том, что народ не знал, куда, к какому будущему он движется, и стоит ли во имя этого неизвестного затягивать потуже пояса. Народ хотел знать - во имя чего надо идти на жертвы, во имя чего надо голодать в мирное время, во имя чего вдруг пролилась кровь братских народов великой страны, во имя чего сдаются позиции в странах Восточной Европы. Это было нормальное желание людей, привыкших ориентировать¬ся на заданную модель жизни. Горбачевские преобразования в начале своем базировались на осознании  необходимости перемен. Не только интеллигенция и работники всех сфер народного хозяйства были недовольны командно-рас¬пределительной системой управления. Искал альтернативы и аппарат власти. Он  был готов поддерживать новые идеи. Очевидным было и то, что на первых порах  перестройки все хотели ее развития в рамках “социалистичес¬кого выбора,”  при сохранении  привычной направляющей и руководящей роли КПСС.

Шла подготовка к последнему в истории  XXV1II съезду КПСС. Он открылся 2 июля 1990 года в Москве, в Кремлевском дворце съездов. Горбачев приветствовал его участников. Делегаты избрали руко¬водящие органы съезда - Президиум, Секретариат, Редакцион¬ную и Мандатную комиссии. Доклад Генерального секретаря, во многом правильно отразил истинное положение дел в стране, разброд мне¬ний.

Впервые с революционных времен государства работа съезда напоминала большой политический диспут. Всеми силами М.Горбачев пытался объединить зачастую полярные тенденции, назревшие в обществе, найти компромисс.

Правда, надо помнить, что политические деятели Западной Европы почти сразу увидели в Горбачеве человека, который может при должном взаимодействии разрушить ненужную им систему Советского Союза. Они  прониклись к нему не¬постижимой для многих советских людей глубокой симпатией, существующей и поныне. Не удивительно, что британская “железная леди”, ненавидевшая коммунистов и всю свою жизнь отдавшая борьбе с ними, первой почувствовала острый интерес к Горбаче¬ву. В 1989 году Маргарет Тэтчер признается: “У меня сложи¬лись очень хорошие отношения с г-ном Горбачевым, потому что в нем сразу же раскрывается человек незаурядный, огром¬ного мужества, весь устремленный в будущее своей страны, обладающий аналитическим складом ума, что позволяет ему правильно анализировать и устранять выявленные недостатки. Хотя это и не такое уж редкое качество у политических деяте¬лей, именно оно выделяет его среди прочих людей как полити¬ка, влияющего на формирование будущего, убежденного в пра-вильности выбранного им курса, обладающего мужеством, не¬обходимым для того, чтобы довести дело до конца”.

Как покажет история, Михаилу Горбачеву не удастся  «до конца» довести начатый им курс на разрушение систе¬мы. Он будет продолжен и оглушительно завершен Борисом  Ельциным. Все западные и амери¬канские “друзья” Горбачева перекочуют в полном составе в “друзья” Ельцина. По этому поводу Нурсултан Назарбаев, сделав свои выводы относительно “друзей” сильных мира сего, с глубоким сожалением сдержанно скажет о Горбачеве: “Он переоценивал искрен¬ность западных политиков”. В этом смысле по-новому сегодня видятся многочисленные зарубежные контакты Горбачева и его ок-ружения, его невероятно быстрое сближение с Тэтчер, Рей¬ганом, Бушем и другими политиками Запада. Неслучайно Нурсултан Назарбаев заметил: “Как мне ка¬жется, свою роль сыграл характер самого М. Горбачева, кото¬рый хотел войти в историю не только как реформатор, но и как политик мирового масштаба. И это проявлялось даже в мело¬чах. Я несколько раз присутствовал при его телефонных разго¬ворах с лидерами Запада. Ему нравилось показывать своему окружению, что он накоротке с М.Тэтчер и запанибрата с Дж.Бушем. ... Интересно, что после того, как в результате Беловежского соглашения М.Горбачев лишился президентского кресла, Джордж Буш, которого Михаил Сергеевич считал своим другом, даже не позвонил ему. Вместо этого он провел продолжительную беседу с Борисом Ельциным, в очередной раз, доказав, что у государства вечных друзей нет, а есть лишь долговременные политические интересы»

Глава Казахстана Нурсултан Назарбаев был искренен, когда с возмущением произносил компрометирующие всю политику Горбачева сло¬ва: “Когда я задаюсь вопросом: “Чего же хочет наш народ?” - я с уверенностью могу пока ответить на него лишь одно: народ ждет, когда же наступит улучшение его жизни. И он уже не же¬лает ждать светлого будущего. Тем более если ему обещают, что путь к этому, теперь уже качественно иному, будущему про¬легает через очередные испытания и потери. На мой взгляд, нет ничего более безответственного, чем популярный среди ряда извест¬ных экономистов лозунг: “Чтобы жить лучше, надо выжить”. Заявлять такое могут только люди, с одной стороны, убежден¬ные, что в силу своего социального положения уж они-то на¬верняка выживут, а с другой - не способные понять, что значит «выжить», когда у человека нет хлеба, чтобы накормить своих голодных детей, нет средств, чтобы их обуть и одеть, нет собственного угла”.

Один из политических патриархов СССР, Динмухамед Кунаев, зорко следивший за всеми происходя¬щими в огромной стране процессами,  в кни¬ге “О моем времени” даст такую характеристику политике Михаила Горбачева: “Я не согласен с политиками, идеолога¬ми и учеными, стремящимися видеть только в далеком прошлом корни тех трудностей, с которыми столкнулась практика совет¬ского федерализма в современный период. Немалая доля вины за развал нашего многонационального государства падает на М.С. Горбачева и его команду. Неумелая, я бы сказал, беспо¬мощная практика нынешнего руководителя не только усугуби¬ла кризис межнациональных отношений, но и вызвала своеоб¬разную “цепную реакцию” межэтнических войн. Нерешитель¬ность, неопределенность сказались, например, в вопросах о восстановлении автономии крымских татар и советских нем¬цев, об удовлетворении интересов турков-месхетинцев, многих других малых и больших народностей, в отношении которых раньше была допущена несправедливость. Порой создается впечатление, что у Горбачева чуть ли не единственным способом решения межнациональных проблем становится “отсут¬ствие всякого решения.”

Заметное ослабление и даже “паралич” центральной власти неизбежно привели к тому, что в стране развернулась “война суверенитетов”, противоборство союзных и республиканских законов, оказались рассогласованными действия разных госу-дарственных органов. Борьба за реальный суверенитет респуб¬лик правомерна, и я всячески поддерживаю и нахожусь в числе ее сторонников, но она, на мой взгляд, не должна перерастать в автаркию, национальное обособление и замкнутость, вести к противопоставлению одних наций другим, а тем более - всему нашему многонациональному содружеству”.

Несмотря на декларативные высказывания Генерального секретаря КПСС на XXVIII съезде, именно этот съезд обнаружил, что перестройка незаметно для ее инициаторов вылилась в демон¬таж советской системы. По хронике съезда вид¬но, что третий день заседаний начался с тех же вопросов, что были по¬ставлены Горбачевым еще в первый день. Более того, в процес¬се дискуссий не вырисовывается даже и намека на конструк¬тивные предложения. Выявлена была и еще одна особенность состояния советского общества: сложилась ситуация, когда но¬вое еще только начинало проклевываться, а прежние механизмы жизнеобеспечения и  функционирования общества оказались па¬рализованными.

Вскоре после съезда встал вопрос о пересмотре Союзного договора и о создании нового. Предполагалось, что в нем дол¬жен быть четко сформулирован правовой статус союзного го¬сударства и союзных республик, закреплены их суверенные права, компетенции и пределы полномочий Союза, его законо¬дательных, исполнительных и судебных органов. Необходимо было определить принципы взаимоотношений Союза и союз¬ных республик в экономической, политической и социально-культурной сферах. Все народы республик рассматривались по-прежнему как народы единого союзного государства, которые, конечно, не могут произвольно устанавливать свои отношения, игнорируя интересы других сторон.

Большая популярность Горбачева не в своей стране, а на Западе, часто объясняется тем, что сквозь призму интересов западного мира результаты его реформаторской деятельности выглядят  поистине грандиозно : рухнуло могучее противостояние двух великих держав и военных блоков,  не стало Варшавского военного содружества и всей мировой системы социализма.

Осенью  1989 года началось политическое обрушение   ГДР, где в это время работал Владимир Путин. «У меня тогда возникло ощущение, что страны больше нет. Стало ясно, что Союз болен. И это смертельная, неизлечимая болезнь под названием паралич. Паралич власти»,- так выразил Путин свое отношение к происходящему. Советские спецслужбы, находящиеся за рубежом были брошены московским начальством, забыты в водовороте развала.

Между тем события стремительно разворачивались.  Наступил  декабрь 1989 года. «В ту ночь я был старшим на нашем объекте, так как около девяти часов вечера начальник уехал за город, и мы его не смогли найти. А в его отсутствие старшим всегда оставался я. В Дрездене стоял штаб советской танковой армии. Я позвонил командующему и рассказал о событиях, которые развивались вокруг здания, добавив, что если мы что-нибудь не предпримем, то может случиться непоправимое. Тогда же я попросил прислать солдат для охраны, чтобы не доводить дело до прямых столкновений. И вдруг получил неожиданный ответ: этого сделать не можем, потому что нет команды из Москвы. Сейчас все выясню и позвоню,- заключил командующий. Через некоторое время, так и не дождавшись от него ответа, я позвонил командующему еще раз: «Ну как?»

И получаю совершенно ошеломляющий ответ: Москву запросил, но Москва молчит. А дело шло уже к ночи. «И что делать будем?» - спрашиваю. Пока ничем помочь не могу,- отвечает командующий. И здесь я со всей отчетливостью осознал, что мы брошены, и никто не принимает решения».    Путин вышел к толпе немцев, собравшейся у забора, с тем, чтобы поговорить с ней.  «Я прекрасно понимал, что рискую не только карьерой, но и будущим своей семьи. Но я посчитал, что сохранить жизни тех, чьи дела лежали у меня на столе, и других, кто определенно собирался штурмовать здание, - это дороже любой карьеры. В тот момент я твердо для себя решил, что карьерой надо пожертвовать. Никакая карьера не стоит даже одной человеческой жизни… если бы я не стал разговаривать с возбужденными людьми, глядя им в глаза, могли бы начаться трагические события, и тогда нападавших определенно пришлось бы рассматривать в прорезь прицела. Поэтому нужно было сделать все, чтобы не допустить вооруженного столкновения. Когда я подошел к толпе, меня начали спрашивать, кто я и что это за здание.

- Советский военный объект, - ответил я.

- Почему у вас машины с немецкими номерами?

- По соответствующему договору.

- А вы кто такой?

- Переводчик.

- Переводчики так хорошо по-немецки не говорят.

Я еще раз вам повторяю, что у нас соответствующий межгосударственный договор, и я вас прошу вести себя прилично, не переходить границ. У нас есть определенные правила поведения и еще раз повторяю – это не имеет ничего общего ни с МГБ, ни с армией ГДР. Это советский военный объект, который является экстерриториальным.  А потом мы с вооруженным солдатом, которому я тихо отдал приказ демонстративно перезарядить автомат, повернулись и медленно пошли в здание. Но люди не расходились еще достаточно долго. Впрочем, попытку штурмовать здание они тоже оставили. И это было самым главным в тот момент.

И только потом командующий армией сам принял решение и прислал одну или две машины с десантниками, вооруженными автоматами. Солдаты подъехали на грузовиках, заехали на территорию, выскочили из машин и встали по периметру здания. Толпа окончательно растворилась в ночи».

После этого инцидента Путин уничтожил, всю ценную, на его взгляд, информацию, накопленную годами не одним поколением разведчиков, все агентурные связи.

Оказавшись свидетелем того, как рухнула Берлинская стена, он скажет позже: «На самом деле я понимал, что это неизбежно. Если честно, то мне было только жаль утраченных позиций Советского Союза в Европе, хотя умом я понимал, что позиция, которая основана на стенах и водоразделах, не может существовать вечно. Хотелось бы, чтобы на смену пришло нечто иное. А ничего другого не было предложено. И вот это обидно. Просто бросили все и ушли». Его страшно поразило то, что можно «просто бросить все и уйти».

Тогда Владимир Путин еще не принял решения уйти из КГБ, хотя ему стало ясно, что Восточная Германия гаснет, уходит в прошлое.  Он отдавал себе отчет и в том, что конкретные люди, немцы, сотрудничавшие с СССР,  находятся в тяжелейшем положении, хотя они и не нарушали законодательства своей страны. Но явственно просматривалось главное: Советский Союз оставлял их на произвол судьбы, и это было большой болью.

Запад, конечно, влиял на мироощущение Владимира Путина, хотя он и находился в восточной Германии.  Позже, когда будет происходить навязывание России  западной идеологии под видом включения ее в демократические страны, Путин, будучи уже президентом, выступит за безвизовый режим России с Европейским Союзом, за союз с ним.

«Запад создавался, развивался, поддерживался, охранялся и завоевывал себе место на планете не просто человеческими существами, но людьми определенного типа. Буду называть их западоидами. Ни с каким другим человеческим материалом Запад был бы невозможен. Никакой другой человеческий материал не в состоянии воспроизвести Запад и сохранить его на том уровне, какого он достиг», - делился своими размышлениями великий русский философ Александр Зиновьев, выделяя характерные черты «западоида»: практицизм, деловитость, расчетливость, способность к конкурентной борьбе, изобретательность,  страсть к риску, холодность, эмоциональную  черствость, склонность к индивидуализму, повышенное чувство собственного достоинства, стремление к независимости и успеху в деле, склонность к добросовестности в деле,  к публичности и театральности, чувство превосходства над другими, умение управлять другими,  способность к самодисциплине и самоорганизации.

Владимир Путин, находясь длительное время в  Германии, не мог в силу своего воспитания и характера не воспринимать лучшие черты, присущие западному человеку,  поскольку они отвечали его наклонностям. Ему импонировали практицизм, деловитость, способность к конкурентной борьбе, изобретательность, способность к риску, повышенное чувство собственного достоинства, стремление к независимости и успеху в деле, добросовестность. Эти черты легли, конечно, на подготовленную советским воспитанием романтическую почву,  обусловив появление цельного характера, в котором романтическое и прагматическое представало в гармоничном соединении. Сам Путин чувствовал эти изменения в себе.

Уничтожив сведения о своих связях, контактах, агентурных  сетях, а также огромное количество материалов, вывезя наиболее ценное в Москву, российская разведка прекратила свое существование в ГДР.

В начале февраля 1990 года Владимир Путин вернулся в Россию. Ему было предложено перейти в центральный аппарат внешней разведки в Москве, в Ясенево, однако квартиры в столице  не было, а семье  из четырех человек нужно было где-то жить. Семья Путиных вынуждена была вернуться в Ленинград.

Дело было не столько в квартире, сколько в той сложной ситуации, которую переживала страна. Владимир Путин за это время начал осознавать, что будущего у КГБ нет, нет его, видимо,  и у страны, а значит не надо сидеть, сложа руки, ожидая, когда все распадется само собой. «Я уже понимал, что будущего у этой системы нет. У страны нет будущего. А сидеть внутри системы и ждать ее распада… Это очень тяжело».

Надо было что-то предпринять. И Путин принял  решение, кардинально меняющее его жизнь: он остается в Ленинграде и идет «под крышу»  Ленинградского государственного университета, то есть начинает работать в действующем резерве, став помощником по международным вопросам едва ли не самого молодого академика страны  ректора Станислава Меркурьева.

Между тем страна по-прежнему продолжала жить в дебатах и, многим  казалось, ничто не предвещало событий, которые скоро приведут к распаду СССР. Михаил Горбачев понимал, что ситуация выходит из-под его контроля. Даже очевидно верные решения Центра демонстративно блокировались.  И он потребовал для себя дополнительных полномочий.

14 марта 1990 года был принят Закон СССР “Об учрежде¬нии поста президента СССР и внесении изменений и дополне¬ний в Конституцию (Основной Закон) СССР”. Подписан он был самим Горбачевым - Председателем Верховного Совета СССР. А утром 15 марта 1990 года на внеочередном III съезде народных депутатов СССР были оглашены результаты проведенного на¬кануне вечером тайного голосования по выборам Президента СССР. Из 1878 депутатов, бросивших свои бюллетени в урны, за Горбачева проголосовало 1329 человек, против -495. Съезд утвердил протокол счетной комиссии по итогам тайного го¬лосования,  первым и последним в истории советского государства пре¬зидентом стал Михаил Сергеевич Горбачев. Он принял при¬сягу Президента СССР: “Торжественно клянусь верно слу-жить народам нашей страны, строго следовать Конституции СССР, гарантировать права и свободы граждан, добросовестно выполнять возложенные на меня высокие обязанности Прези¬дента СССР”. Съед народных депутатов избрал Михаила Горбачева президентом СССР, при этом пост Генерального секретаря ЦК КПСС также оставался за ним.

Следом за этим волны «президентства» разошлись по всем республикам Со-ветского Союза.

Это неудивительно. Уже активно шла жесткая борьба между Горбачевым и Ельциным, демонстративно покинувшим КПСС на съезде, между Президентом СССР и Председателем Верховного Совета РСФСР. Один убедитель¬ный пример: 31 октября Верховным Советом СССР был при¬нят закон об усилении ответственности за спекуляцию. Тут же из недр Верховного Совета РСФСР вышла команда – “Не ис-полнять”. Парадокс! И основанием явились не слабость или несвоевременность этого закона, а то, что порожден он был, якобы, другим государством.

Несмотря на блокирование идей Центра, группа академика Шаталина, разработавшая концепцию “500 дней”, была убеждена, что для ее реализации нужна жесткая власть, так как осуществлять ее в стране, охваченной разбродом, полу-гражданскими войнами, неподчиняемостью, параличом властных структур, невозможно. Сле¬довательно, необходимо срочно создавать механизм, который бы позволил Президенту, не нарушая закона, по многим важ¬нейшим вопросам принимать решения, обязательна для всех. Группа настра¬ивала Горбачева на то, чтобы договориться с руково-дителями республик действовать согласованно, решительно и жестко. Весомым аргументом было и то, что все в стране нуж¬даются в железной дисциплине. Иными словами, Шаталин су¬мел убедить Горбачева в необходимости усиления власти.

На состоявшейся 18 сентября 1990 года IV Сессии Верховного Сове¬та СССР были заслушаны доклад А.Аганбегяна, выступления С.Шаталина, Л.Абалкина. Предваряя дискуссию, Горбачев про¬изнес речь, в которой, как всегда, попытался скрыть нарастаю-щие противоречия в обществе. Говоря о сохранении Союза как многонационального государства, основанного на принципах добровольности, равенства и сотрудничества суверенных госу¬дарств, Горбачев в сущности готовил себе роль координатора их действий. Возможно, сам того не подозревая, он запустил в союзную систему разрушительный элемент “суверенности”, и результат не заставил себя ждать. В сентябре активизировались силы, не принимавшие его политики. Все чаще звучали лозунги “До-лой правительство”, “Распустить Верховный Совет”, “Распу¬стить съезд народных депутатов”, “Долой Президента”.

Горькие, но верные слова в адрес Горбачева произнес тогда Нурсултан Назарбаев: “Не могу согласиться с такой полити¬кой, когда страна захлебнулась сладкой патокой красивых слов о демократизации и уже пошла побираться по богатым столам Европы в поисках хлеба насущного. Униженный и оскорблен¬ный народ вправе спросить с вас, Михаил Сергеевич, с вас, Николай Иванович, где же плоды обещанной модернизации нашего машиностроения и столь широко разрекламированной конверсии? Где конкретные результаты намеченной в свое вре¬мя программы научно-технического прогресса? Где 77 милли¬ардов рублей, выделенных на развитие переработки сельско-хозяйственной продукции? Эти практические шаги, с которых мы начинали перестройку, были абсолютно верными, однако благие пожелания, как в песок, ушли в политический треп. Се¬годня лучшие инженерные умы, самые квалифицированные рабочие оборонных предприятий озабочены выпуском обыч¬ных кастрюль. Наверное, я не раскрою большую государствен¬ную тайну, если скажу, что КГБ СССР подготовил выставку простейших товаров народного потребления, выпускаемых на Западе. Спасибо товарищам, выставка действительно смотрится с большим интересом. Но если уж госбезопасность стала зани-маться такими делами, то зачем нам нужен аппарат Совета Министров! Стыдно и больно говорить об этом...”.

Видно, что даже сдержанный лидер Казахстана, почти доведен до отчаяния.

Спустя годы, Нурсултан Назарбаев писал:“За последнее время немало иронических стрел выпущено по поводу так называемого "парада суверенитетов”. Да, “па¬рад” состоялся, но глубоко ошибаются те, кто видит в нем лишь выражение местничества, сугубо амбициозных интересов и не замечает глубинных причин, вызвавших этот процесс. А при¬чины - в параличе центральной власти, в эгоизме ведомств, не желающих и никогда не согласящихся поступиться своими дик¬таторскими правами. Отсюда и развал экономики, и рост пре¬ступности, и кровь межнациональных конфликтов. Можно ли бросать камень в республики, которые пытаются хоть каким-то образом оградить себя от дестабилизирующей политики цен¬тра? Можно ли обвинять их в сепаратизме только за то, что они проявляют нормальное чувство самосохранения при над¬вигающемся хаосе?

Скажу больше. Привыкнув за минувшие десятилетия к орга¬низующей роли центра, мы упустили момент, когда деклара¬ции о суверенитете могли бы принести максимальный эффект, остановить лавинообразный процесс распада горизонтальных связей. Сегодня республики не могут более ждать, они действу¬ют самостоятельно, берут ответственность за Союз на себя. И в этой их политической и экономической самостоятельности заключен единственно возможный путь нормального развития каждой республики в отдельности и одновременно всех рес¬публик вместе.”

В связи с тем, что съезд народных депутатов неоднозначно среагировал на выступление Президента, а также в связи с на¬растающими национальными движениями и политическим плюрализмом, «Центр» в лице Горбачева вынес на рассмотрение съезда предложение: провести референдум, что¬бы каждый гражданин мог высказаться: он - “за” или “против” Союза суверенных государств на федеративной основе. Результат рефе-рендума в каждой республике и явится окончательным вердик¬том. Что касается выхода из СССР, то он может быть осуще¬ствлен только на основе соответствующего закона, при непре¬менном учете всех аспектов этого сложного политического и социально-экономического процесса.

Итак, фактически конец 1990  года был ознаменован решением: пересмотреть Союзный договор, а также провести референдум, чтобы народ сказал свое решающее слово. На фоне этих событий ничто, казалось, не предвещало потрясений.  Между тем немногим ранее Борис Ельцин в прямом эфире уже сделал заявление о том, что отмежевывается от политики Горбачева и резко выступил про¬тив Коммунистической партии Советского Союза. Больше того, он пришел к мысли о необходимости создания хорошо органи¬зованной партии левых сил на основе демократической плат¬формы. Поддерживающие его россияне также были настроены решительно. Все чаще российская интеллектуальная элита при обсуждении возможных ва¬риантов Союзного договора стала обращаться к вопросу: при¬ведет ли распад Союза к равноправию наций?

Выступил с  прогнозом А.И. Солженицын, назвав СССР “им¬перией”. В ответ посыпались возражения, которые можно было бы не приводить, но именно эта вызревающая в недрах пере¬стройки психология русской интеллигенции и сыграла свою роковую роль в распаде СССР. Вот один из образцов типич¬ных рассуждений интеллигента, размышляющего в газете «Еврейское слово» от 2-8 июля 2003 года по поводу будущего устройства государства: “Обычно империи служат интересам господствующих наций и не бывают без колоний. Если так, то непонятно, когда всем нынешним бедам придает¬ся исключительно однонациональная окраска. Можно было бы понять русский колониализм, если от этого процветала хотя бы одна русская нация.

На самом деле она в первую очередь оказалась более и чаще других измученной и разоренной, может быть, и по причине своей огромности. Хотя не отличалась своей более просветлен¬ной жизнью и никакая другая советская нация. Более того, каж¬дая из них ныне убеждена в том, что именно ее обкрадывали все и со всех сторон.

Отметим: ни один здравомыслящий человек, трезвый поли¬тик, ни одна партия, ориентированная на демократию и про¬гресс, никогда не оспаривали и не подвергали сомнению ( во всяком случае в заявлениях) тезис - все нации должны быть свободными и иметь право на самоопределение.”

Выразителем подобных настроений этой части населения России стал Борис Ельцин. В сущности, он проделал то же, что и главы других  республик, только, может быть, более решитель¬но, пользуясь правами “старшего брата”. Но резо¬нанс, последовавший вслед за его заявлениями и делами, привел к непред¬сказуемым последствиям.

Самыми  ревностными либеральными демократами стали несколько лидеров Москвы и Ленинграда. Особенно ярким среди них был  Анатолий Собчак. Его бурная  деятельность привела к избранию в высшее руководство северной столицы.  В мае 90 года депутатами Ленсовета  Собчак был утвержден  председателем Ленинградского городского совета.

Владимир Путин в это время определился помощником проректора Ленинградского государственного университета по международным вопросам и, меняя жизнь, начал работать над диссертацией, выбрав с научным руководителем  профессором Мусиным тему по международному частному праву.

Однажды  один из друзей по юрфаку попросил Владимира Путина помочь Анатолию Собчаку, которого только что избрали председателем Ленсовета. «Надо сказать, - вспоминает Путин, - что Собчак был в этот момент уже человеком известным и популярным. Я действительно с большим интересом смотрел за тем, что он делает, как он говорит. Не все, правда, мне нравилось, но уважение он у меня вызывал. Тем более было приятно, что это преподаватель нашего университета, у которого я учился.

Правда, когда я был студентом, у меня не было с ним никаких личных связей. Хотя позже очень много писали, что я был чуть ли не его любимым учеником. Это не так: он был просто одним из тех преподавателей, которые один - два семестра читали у нас лекции».

Путин ушел из КГБ не в отставку, а в «действующий резерв»: сначала в Ленинградский университет помощником ректора, а затем  к Собчаку,. Именно этот шаг стал, как покажет время, поворотным в его судьбе. Он оказался в нужный час в нужном месте, а дальше уже  многое решал  объективный ход событий. В их потоке он стал  тем самым субъектом, который в силу личных качеств, быстро вписывался в любую, даже самую критичную, ситуацию и начинал эффективно действовать.

Путин  становится  советником Собчака  по международным вопросам, а позже, после избрания Собчака мэром, в июне 1991 года  назначается  руководителем Комитета мэрии по внешним связям.

Так начинается, на мой взгляд, его политическая карьера. Анатолий Собчак по своей популярности среди народа уступал только Борису Ельцину. Да и Запад делал на него ставку в  дальнем стратегическом плане. Виктор Бондарев в статье «Собчак неизбежен», опубликованной в журнале «Диалог» в 1992 году, писал:  «…Собчака можно считать эталонным типом российского политика западного образца. Как и положено западному политику, он юрист и хорошо образован. Высокого роста, статный, элегантный, Собчак хорошо смотрится рядом с любым европейским политиком. Блестящий оратор с красивой и хорошо выверенной жестикуляцией. Он напорист и решителен, а вместе с высокими постами к нему пришли опыт и выдержка. У него красивая жена, а по западным канонам это существенно. Жена Собчака хорошо смотрелась бы в качестве первой леди страны. В США он мог бы побороться за пост президента с самим Бушем, поскольку у него есть все, чтобы бороться за любой пост в демократическом государстве».

Однако не надо забывать о том, что Россия не была государством западного образца. И такого рода высказывания могли только раздражать администрацию президента  и самого Бориса Ельцина. Не удивительно, что начальник охраны президента  Коржаков начал собирать досье на Собчака.

Между тем в первой половине 90-х в Ленсовете сложился своеобразный властный тандем: Анатолий Собчак, любящий быть на виду у публики, удовлетворявший тщеславие по мере того, с кем из сильных мира сего он встречался, и Владимир Путин, тянувший воз рутинной управленческой работы, предпочитающий быть незаметным, избегающий, видимо, в силу прежних привычек, фотографов и тележурналистов.

Что же расположило Собчака по отношению к Путину до такой степени, что он со временем передоверил многие  свои обязанности  в части содержания и развития Санкт-Петербурга?  Ведь известно, что Анатолий Собчак опасался КГБ и ненавидел его. Об этом можно судить по тому, как он отозвался о Викторе Черкесове, друге Владимира Путина: «Черкесов на службе у тех, кому принадлежит власть. Речь идет о людях, для которых слова «законность» и «демократия» просто лишены смысла. Для них существуют лишь приказы, а законы и права являются для них препятствиями». И в то же время он с особой симпатией отнесся к Владимиру Путину, который не скрывал перед ним, откуда он пришел к Собчаку.

Владимир Путин, вспоминая о своей работе в Ленсовете, приводит такой эпизод: «  Хочу предложить Вам работу у меня, - сказал в итоге Анатолий Александрович.

- С удовольствием, - ответил я, потому что Собчак действительно вызывал у меня симпатию: он был ярким человеком, очень популярным в то время, - но не знаю, возможно ли это.

- У Вас проблемы? – спросил он.

- Боюсь, что у Вас из-за меня могут возникнуть проблемы, - отвечаю.

- Какие?

- Дело в том, что я не просто помощник ректора университета, а кадровый разведчик. Если это станет известно, то у вас определенно могут возникнуть проблемы. Какие проблемы и какого характера – было тогда абсолютно понятно нам обоим. Ведь разговор происходил во время тотального отрицания всего, травли органов безопасности и его сотрудников, противоборства между союзным центром и Россией, а Собчак был ярким демократическим  лидером.

Так что я ему сразу, при первой встрече, честно рассказал о том, что являюсь кадровым офицером разведки.

И реакция Анатолия Александровича меня поразила, … наступила небольшая пауза… он посмотрел по сторонам и вдруг говорит:

-Да и хрен с ним!

А дальше продолжил:

-Знаете, если по-честному, то я даже в коридор боюсь выйти, так как не знаю, что за люди там сидят.

И  именно с этого самого момента у нас и установился такой достаточно тесный контакт».

Владимир Путин с теплотой вспоминает об этом. Собчак мог повести себя иначе. Но тот факт, что он пренебрег возможными неприятностями, говорил сам за себя: только широкий по натуре человек способен на это. И Владимир Путин оценил этот акт доброй воли, поверил Собчаку, как и тот ему, и эти доверительные отношения остались навсегда в душе каждого из них.

«В первый раз, помню, - вспоминает Владимир Путин, - когда я ему об этом сказал, что, вот, вопросы еще не проработаны, а он уже уезжает, и я не знаю, что делать, Анатолий Александрович подумал, подумал, а затем взял чистые листы бумаги и просто-напросто поставил свою подпись на трех или четырех из них, отдал мне и прибавил:

-Впиши все, что считаешь нужным.

Для меня это было проявлением высшего доверия. Этим доверием я, конечно же, очень дорожил».

Собчак занимал  открытую позицию в отношении своего бывшего студента: «Помню, мы с Собчаком, - продолжает Путин, - были на каком-то мероприятии и прямо на нем люди, мнением которых, как я понимаю, он дорожил, прямо начали обвинять Анатолия Александровича в том, что он окружил себя какими-то непонятными кагебешниками, спецслужбистами и так далее и тому подобное. Честно говоря, в тот момент мне было не очень приятно, и не из-за несправедливых обвинений, которые, безусловно, звучали в мой адрес, а потому, что я не хотел нанести Собчаку никакого ущерба. Мне было неудобно, что даже одним своим присутствием я его уже как-то подвожу. Как говорится в народе – полез со свиным рылом в калашный ряд.

Но Собчак был человек достаточно резкий, мог быть именно резким, когда того требовала ситуация, и он не стал прятаться, а встал с места и тут же прямо отреагировал:

- Во-первых, он не кагебешник, а мой ученик. Во-вторых, он не просто работал в КГБ, а служил именно во внешней разведке, причем служил Родине. Так что ему нечего стесняться своей работы, а мне – его».

Однако время настолько изменилось, что Путин зачастую мог только удивляться и внутренне негодовать, общаясь с людьми, приходящими в мэрию. Очень сложными были у него отношения с депутатами Ленсовета того созыва: «Прежде всего, из-за того, что они лоббировали чьи-то интересы. И как-то подошел ко мне один депутат: «Знаешь, тут надо кое-кому помочь. Не мог бы ты сделать то-то и то-то». Я его раз послал, второй. А на третий он мне заявляет: «Тут нехорошие люди, враги всякие, пронюхали, что ты на самом деле сотрудник органов безопасности. Это срочно надо заблокировать. Я готов тебе в этом помочь, но и  ты мне окажи услугу». Я понял, что меня в покое не оставят и будут просто-напросто шантажировать. И тогда я принял непростое для себя решение – написал рапорт об увольнении. Надоел этот наглый шантаж. Для меня это было очень тяжелое решение…  Но написанный мною рапорт об увольнении где-то завис. Кто-то, видимо, никак не мог принять решение. Так что, когда начался путч, я оставался действующим офицером КГБ».

ВЛАДИМИР  ПУТИН  В  1991 ГОДУ

Между тем атмосфера в Советском Союзе сгущалась, все больше приближаясь к грозовой.

Пока недальновидный и нерешительный М.С. Горбачев кри¬тиковал демократов, лозунги которых, по его мнению, исполь¬зовались  для прикрытия далеко идущих замыслов, родившихся “в чужих научных центрах и в чужих головах, ” пока отстаивали свое ортодоксальные коммунисты, пока республики насторо¬женно размышляли о предстоящем референдуме, Борис Ель¬цин собирался с силами, чтобы нанести еще один сокрушитель¬ный удар по системе, а точнее сказать, по ее ру¬ководителю.

19 февраля 1991 года Борис Ельцин в телеинтервью по Цен¬тральному телевидению публично открещивается от политики Михаила Горбачева. Больше того, он ратует за отставку Михаила Горба¬чева как президента и передачу его полномочий Совету Феде¬рации. Это была борьба на уровне личностных взаимоотноше¬ний, напоминала борьбу двух медведей в одной берлоге. Ель¬цин олицетворял так называемое демократическое движение. Горбачев же занимал странную позицию: сказать, что он в тот момент поддерживал и представлял коммунистов, уже нельзя. Скорее всего он пытался охватить своим влиянием весь советский народ. Однако  упустил из виду одно обстоятельство: нельзя было отнимать у людей одну веру, ничего не дав взамен. Лишив советский народ веры в идеалы коммунизма, он в их глазах совершил преступ¬ление, стал отступником.

Бесспорен факт, что идеи демократии вызревали именно в среде интеллигенции. На нее и опирался Ельцин, швыряясь лозунгами о правовом государстве и подлинном народовластии. Российская интеллигенция, всегда недолюбливавшая власть, выдвинула на первый план противостояние всевластию КПСС борьбу республик за свой государ-ственный суверенитет. Суперзвездным лидером этих сил стал Бо¬рис Ельцин.

Пассионарный Ель¬цин аккумулировал в себе не только политические стремления, но и  чувства значительной массы граждан страны. Он воз¬ненавидел Горбачева открыто и яростно. Первым легальным проявлени¬ем этого чувства было данное им Центральному телевиде¬нию интервью: “...Россия смогла жить по своим законам, если бы Россия могла реализовать принятые законы, если бы не было блокирования республиканских органов со стороны центра, - все это сказывается прежде всего на работе предприятий, по¬ложении людей, работе местных органов. Я считаю моей лич¬ной ошибкой излишнюю доверчивость к президенту... Я пре¬дупреждал в 1987 году, что у Горбачева есть в характере стрем¬ление к абсолютизации личной власти. Он все это уже сделал и подвел страну к диктатуре, красиво называя это президентс¬ким правлением. Я отмежевываюсь от позиции и политики пре¬зидента, выступаю за его немедленную отставку, передачу вла¬сти коллективному органу - Совету Федерации”.

Продолжалось стремительное скольжение вниз огромной махи¬ны под названием Советский Союз. Анализируя настроения, взгляды Ельцина и, стоящих за ним людей, можно сказать, что по своей сути они были одержимыми. Для них все, кто думал иначе, были врагами, по принципу фейербаховского Хри¬ста: кто не за меня - тот против меня. Выступление Ельцина взбудоражило и союзный, и россий¬ский парламенты. На второй день вышло Постановление Верховного Совета СССР “О выступлении по Центральному телевидению 19 февраля 1991 года Председателя Верховного Совета РСФСР Б.Н. Ельцина”. В нем пунктом первым было отмечено, что содержащиеся в выступлении положения и при¬зывы, направленные на замену законно избранных высших ор¬ганов власти страны, немедленную отставку Президента СССР, входят в противоречие с Конституцией СССР и создают в стра¬не чрезвычайную ситуацию. Общее мнение депутатов своди¬лось к тому, что Ельцин тем самым выступил и против единого экономического пространства, где гармонично сочеталось бы волеизъявление и интересы населения всех республик и регионов, что это настоящий призыв к гражданской войне, что после такого выступления поставлена на карту судьба Союза. Но раздавались и очень осторожные голоса: Ельцин произнес то, что другие бо¬ятся сказать открыто, он стоит на позиции суверенизации рес¬публик, а Президент - на позициях унитаризма.

Стрелка политического барометра в начале 1991 года все больше подвигалась по шкале к слову - “буря”. Суверенизация респуб¬лик повлекла за собой череду изменений, резко осложнивших межнаци¬ональные отношения.

В мартовском 1991 года интервью газете “Аргументы и факты” Нур¬султан Назарбаев представил свое видение проблем, волную¬щих население огромной страны. Он знал, что его мнение интересует мыслящих людей, и со свойственной ему искрен-ностью честно отвечал на поставленные вопросы. Народ вол¬новал подписанный Казахстаном договор с Украиной. Он рас¬ценивал его как шаг к предстоящему Союзному договору. Нур¬султан Назарбаев еще раз высказал свою точку зрению на будущее Союза, подтвердив, что не мыслит себя без него. Он считает, что если кто-то говорит, что республики могут выжить в сложившейся ситуации поодиночке, то это чистое политиканство. В который раз Назарбаев проводил мысль о том, что поправить положение можно только, держась вместе: при общей валюте, общем экономическом пространстве.

В начале апреля 1991 года были опубликованы результаты до и после Всесоюзного референдума. В политбю¬ро ЦК КПСС было отмечено, что референдум готовился и про¬водился в условиях противоборства между сторонниками Со¬юза и теми, кто выступает за его разрушение. И тем не менее 76% принявших участие в нем высказались за обновленный Со¬юз, федерацию суверенных республик, за социалистический выбор, равноправие народов, гарантию прав и свобод человека любой национальности на всей территории страны.

Итоги референдума создали условия для завершения работы над Союзным договором. Все шло к тому, что он вот-вот будет заключен. Вместе с тем, настроения депу¬татов Верховного Совета склонялись к тому, что надо спасать страну. Разъезжаясь по своим округам, они возвращались в Москву с тяжелыми впечатлениями о положении в стране, ко¬торое ухудшалось с каждым днем. Эмоции преобладали над анализом ситуации. Размышления о тревожном положении страны, о параличе власти и развале экономики перемежались рассуждениями о структуре нынешней власти, о необходимости ее изменения, о месте Верховного Совета в новых складывающихся структурах, о его роли, о способности быть самостоятельным настолько, чтобы принимать ответственные решения. Разумеется, все это не про¬ходило бесследно для огромной страны. Наряду с этим, открыв¬шиеся шлюзы породили процесс “прикармливания” советской элиты самыми с разными способами со сто¬роны Запада.

Массовая культура, хлынувшая с Запада, внедряла в сознание со¬ветских людей новые психологические установки, навязала модель буржуазного образа жизни. Особенно под¬верженными этой обработке оказались поколения людей, которые не испы¬тали тягот военной и послевоенной жизни. Кипящим котлом мнений, суждений о мире, неутоленных желаний оказался Со¬ветский Союз в ту пору. Происходила обвальная переоценка прежних ценностей. Молодое поколение, более подверженное массированной идеологической и психо¬логической обработке, оказалось в конфронтации со старшим, более консервативным в своем мироощущении в силу жизненного опыта и перенесенных невзгод.

21 мая 1991 года на IV съезде народных депутатов РСФСР был при¬нят Закон о Президенте Российской Федерации. Обозначивши¬еся разногласия между Президентом СССР М.С. Горбачевым и Председателем Верховного Совета РСФСР Б. Н. Ельциным сделали последнего очень популярным политиком в стране. Не случайно выборы первого Президента России расценива¬лись как выбор судьбы республики, ее будущего. Новую прези¬дентскую власть россияне рассматривали как правопреемницу российского парламента. Главное объяснение учреждения поста президента в России основывалось на том, что грядет подписание Союзного договора, призванного придать российской государственности новое направление. Президентом России стал Борис Ельцин. После этого противостояние двух политиков - Михаила Горбачева и Бори¬са Ельцина - вошло в новую фазу.  Мало кто понимал тогда, что борьба против «центра» выльется для России в борьбу против самой себя, так как ослабив себя после распада единого хозяйственного комплекса, она по-прежнему должна была оставаться донором для союзных республик. В то же время ресурсная база обеспечения ее международной дея¬тельности и сферы влияния резко сократится. Изменится ее геополитическое положение, к чему она была совершенно не готова. Россия в лице Ельцина своим противобор¬ством основательно подорвала обустройство своей государ¬ственности. Осознание этого придет гораздо позже, через годы.

Положение Горбачева к тому времени уже драматически изменилось.  Рейтинг его катастрофически упал. Для правых сил он оказался излишне левым, для левых - слиш¬ком поправевшим.

Поиски компромисса во всем и со всеми привели Гор¬бачева к политическому одиночеству. Уже в июле 1991 года резко обозначи¬лась ненужность на политичес¬кой доске. Его тяга к центризму, желание угодить (с его же помощью образовавшимся) правым и левым общественным силам во многом  и привели к августовским событиям 1991 года.

Сам Горбачев еще в июне того года, несмотря на все при¬знаки разрушения Советского Союза, не помышлял о том, что близится развязка закрученных в тугой узел событий. Горбачев дает одно за другим интервью по телевидению, в печати, где проводит одну и ту же установку, повторяя вновь и вновь: “Я не мыслю Союза без России. Без нее его просто не может быть. Но точно также Россия нуждается в Союзе.”

31 июля в Москве состоялась встреча Горбачева, Назарбае¬ва и Ельцина.

Провели они вместе весь день и большую часть ночи. В ре¬зультате был выработан следующий план: после подписания Союзного договора следовало действовать решительно и смело, не дожидаясь принятия новой Конституции. Решено было сформировать новую власть: провести выборы президента, со¬здать новый парламент, правительство. Назарбаев, будучи наи¬более сильным и решительным по характеру в этом трио, внес свою лепту в общее дело, придав динамизм предстоящим действиям президентов. Решили, что премьер-министром нового Союза будет Нурсултан Назарбаев, который тут же выставил условия: эта должность не должна носить декоративный ха¬рактер, а значит правительство, сформированное им, будет пол-нокровным и полномочным. Для этого понадобятся новые люди. Как оказалось впоследствии, этот разговор был записан службами КГБ и стал известен его главе Владимиру Крючкову.

А 4 августа вступил в законную силу Указ Президента России Ельцина о департизации. ЦК Компартии РСФСР расценило Указ как политический шаг, дестабилизирующий обстановку в стране. Ельцин прекрасно понимал, что, подрубив коммунистичес¬кую партию под корень, он тем расчистит поле деятельности для себя. Ведь компартия, единственная политическая сила в стране, противостоящая капитализации.

5  августа  в “Правде” было опубликовано выступление Горбачева, прозвучавшее до того по телевидению, по поводу того, что Союзный договор открыт к подписанию, которое должно, по его предложению, состояться 20 августа. Иными словами, наступало время вхождения Советского Союза в новую фазу развития государственности. Подчеркивалось, что хотя союз¬ная государственность и сохраняется, в то же время создается новое, действительно добровольное объединение суверенных государств, в котором все народы самостоятельно управляют своими делами, свободно развивают свою культуру, язык, тра¬диции.

Пока создавался Союзный договор, развер¬нулась общепартийная дискуссия  по обсуждению нового про¬екта Программы КПСС. Основной вывод, к которому многие пришли по мере изучения проекта, сводился к тому, что главным является вопрос роли КПСС в новом социально-эконо¬мическом и политическом пространстве, в условиях многопартийности. Во весь рост встала  проблема обновления деятельности коммуни-стической партии, выработки реалистических программных целей. Все большее число коммунистов склонялось к мысли, что партия в новых условиях многопартийности должна представить себя обществу и как мудрую полити¬ческую силу, и что самое важное, - как силу демократическую. Она не должна быть тормозом на пути перемен в обществе, вызванных необходимостью привести в соответ¬ствие с уже достигнутым в развитых странах стандартом уро¬вень жизни, все параметры экономики. Компартии не следует обольщаться иллюзиями, а надо думать о своей дальнейшей судьбе. По мнению многих, она проигрывает лишь потому, что не хочет становиться демократической. Теперь, по свидетель¬ству Центральной контрольной комиссии КП РСФСР, “партия имеет два течения: одно, поддерживающее курс XXVIII съезда, курс ее Генерального секретаря, Президента СССР М. Горбачева, сформулированный с учетом уже сегодняшних перемен в проекте новой Программы КПСС.... Другое: в раз¬ных вариантах (необольшевистского течения Нины Андреевой, Инициативного движения, Марксистской платформы и курса, которому привержены иные партийные фундаменталисты) про¬тивостоит и съезду партии, и ее Генеральному секретарю.” Заметим, насколько тонко ставился вопрос о трансформа¬ции коммунистической партии. Вроде бы нет ничего особенно¬го в том, чтобы заменить присущие ей идеи другими. И просто удивительно, почему партия сопротивляется этому! Между тем раскол, произошедший внутри партии сви-детельствовал о том, что одни члены КПСС были потенциаль¬но готовы к различного рода преображениям, а те, кому были дороги ортодоксальные коммунистические идеи остались на прежних позициях.

Страна же продолжала жить в захватывающих дебатах, ничего не подозревая, и ничто не предвещало событий, которые развернулись 19 авгус¬та, накануне подписания Союзного договора. Раскол, а так¬же содержание подслушанного разговора лидеров 31 июля послужили толчком для выступления группы крупных политических и государственных деятелей СССР.

Утро 19 августа для советских людей началось неожиданно. По радио и телевидению был передан Указ вице-прези¬дента СССР Г.И. Янаева, в котором говорилось: в связи с не¬возможностью по состоянию здоровья исполнения Горбачевым Михаилом Сергеевичем своих обязанностей Президента СССР на основании статьи 127 Конституции СССР он приступил к испол¬нению обязанностей Президента СССР с 19 августа 1991 года.

В обращении к советскому народу от имени Государствен¬ного комитета по чрезвычайному положению в СССР говори¬лось о том, что он полностью отдает себе отчет в глубине кри¬зиса, поразившего страну, и в связи с этим принимает на себя ответственность за судьбу Родины и преисполнен решимости принять самые серьезные меры по скорейшему выводу госу¬дарства и общества из тяжелой ситуации.

Народ недоумевал, а в высших эшелонах власти разверну¬лась ожесточенная борьба. Одновременно с обращением к на¬роду ГКЧП был издан Указ Президента РСФСР, который обна¬родовал следующее:

Считать объявление комитета антиконституционным и ква¬лифицировать действия его организаторов как государственный переворот, являющийся не чем иным, как государственным преступлением.

Все решения, принимаемые от имени так называемого ко¬митета по чрезвычайному положению, считать незаконными и не имеющими силы на территории РСФСР. На территории Рос¬сийской Федерации действуют законно избранная власть в лице Президента, Верховного Совета и Председателя Совета Мини¬стров, всех государственных и местных органов власти и уп¬равления РСФСР.

Действия должностных лиц, исполняющих решения указан¬ного комитета, подпадают под действия Уголовного кодекса РСФСР и подлежат преследованию по закону».

Последним пунктом Ельцин выбивал почву у чиновников, пожелавших откликнуться на призыв ГКЧП. Вслед за этим Президент РСФСР издал еще один Указ, в котором вице-президент СССР Янаев Г.И., Премьер-министр СССР Павлов B.C., Председатель КГБ СССР Крючков В.А., министр внутренних дел СССР Пуго Б.К., министр обороны СССР Язов Д.Т. объявлялась вне закона и квалифицировались как изменники народа, Отчизны и Конституции.

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев позже вспоминал: “Если касаться всех деталей августовского пут¬ча, то не могу пройти мимо нескольких фактов. Они имеют клю¬чевой характер для понимания той ситуации, которая скла¬дывалась непосредственно перед путчем и после него. Б. Ель¬цин накануне тревожного августовского периода был в столи¬це Казахстана, мы вырабатывали общие подходы к формиро¬ванию обновленного Союза. Результатом нашей встречи стало подписание 17 августа 1991 года совместных заявлений «О га¬рантиях стабильности Союза суверенных государств» и «О еди¬ном экономическом пространстве». Тогда мы выступили с ини-циативой, которая сводилась к следующему:

1. Обратиться к руководителям всех республик с предложе¬нием согласовать время и место проведения рабочей встречи глав пятнадцати суверенных государств с целью обсуждения всего комплекса экономических и социальных проблем, свя¬занных с формированием единого рыночного пространства.

2.Предложить следующую повестку дня встречи:

- выработка концепции экономического соглашения всех республик;

- согласование этапов, сроков подготовки и условий подпи¬сания экономического соглашения;

-обсуждение принципов создания межреспубликанско¬го экономического совета и его деятельности незамедлитель¬но после подписания Договора о Союзе суверенных госу¬дарств.”

Переворот совершился 19 августа. И дата - это совершенно очевидно - выбрана не- случайно: последний день перед подпи¬санием нового Союзного договора.

Через несколько дней участники ГКЧП были арестованы. Они не смогли пойти против народа, не смогли стрелять в лю¬дей, когда Борис Ельцин, развив бешеную активность, собрал народ перед зданием у “Белого дома”.

В процессе следствия выяснилось, что заговорщики были убеждены в святости своего дела. Они были единодушны, если бы 20 августа состоялось подписание Союзного договора, государство под названием Советский Союз перестало бы существовать. Следовало упредить эту трагедию. На самом деле выступление ГКЧП привело к ликвидации коммунистической партии и развалу Советского Союза.

Нурсултан Назарбаев позднее вспоминал:“Во всех вариантах Союзного договора Горбачев стремил¬ся любой ценой сохранить пост президента. Но его кредит до¬верия был полностью исчерпан. Более того, для ряда лидеров бывших республик, и прежде всего для России, он стал уже нечто вроде красной тряпки для быка. Поэтому Ельцин, Крав¬чук и другие руководители республик искали вариант, исклю¬чающий наличие должности союзного президента. Все это особенно ярко проявилось на расширенном заседании Госсовета 25 ноября 1991 года. Открывая его, Михаил Сергеевич заявил, что члены Госсовета собрались для парафирования Союзного договора. Но в самом начале обмена мнениями стало ясно, что это невозможно. В связи со множеством замечаний решено было послать проект о Союзе Суверенных Государств (ССГ) для обсуждения Верховными Советами суверенных государств. Обещанное Горбачевым подписание Договора ССГ в начале декабря рассеялось, как утренний туман. Но Горбачев продол¬жал делать хорошую мину при плохой игре. Вечером того же дня на пресс-конференции он заявил, что в середине декаб¬ря все равно договор будет подписан. И при этом добавил: “Тянуть с этим нельзя, ибо без подписания политического со¬глашения затормозится осуществление экономической рефор¬мы”.

В поисках выхода из тупика Горбачев 9 декабря 1991 года пригла¬сил к себе для обсуждения ситуации Ельцина, Кравчука, Шушкевича и меня». Тогда же Назарбаеву позвонил Ельцин, ска¬зав: “Я хочу полететь в Белоруссию подписывать соглашение. Туда же прилетит и Кравчук, мы там посоветуемся, с чем идти к Горбачеву”. Об участии Назарбаева и речи не было, так как имелось в виду, что какое-то решение должны принимать сооб¬ща у Горбачева. Назарбаев далее продолжает: «Когда 8 декабря, в воскресенье вечером, я при¬летел во Внуково, меня там ожидал представитель Ельцина, срочно попросил к телефону и тут же связал с ним. Ельцин, а затем Шушкевич предложили мне тотчас лететь в Беловежс¬кую Пущу и присоединиться к ним. На мой вопрос “зачем?” Ельцин ответил: “Мы прямо здесь составляем и подпишем важ¬ные документы и хотели, чтобы Казахстан был четвертым”. Я сказал, что без совета и консультаций я не готов подписывать экспромтом важные документы. И не поехал.

На другой день в 12 часов, как было намечено, я прибыл к Горбачеву. Думал, что у нас с ним будет разговор наедине. Но там оказался Ельцин, который, как потом выяснилось, не знал, что я буду у Горбачева. Общая беседа длилась больше часа. Разговор, по существу, свелся к тому, что мы с Горбачевым за¬давали вопросы Ельцину о Беловежской встрече, он подробно рассказал детали о существе принятых решений от имени трой¬ки. “Более двух часов шел довольно напряженный и не¬рвный разговор между М. Горбачевым и Б. Ельциным о сути Беловежского соглашения. Я сидел между ними и слушал. Было обидно за страну ...”.

Завесу тайны Беловежских соглашений спустя шесть лет, летом 1997 года, снимет президент Белоруссии Александр Лу¬кашенко, рассказав всему миру, почему Борис Ельцин внезап¬но пошел на подписание этого договора. Оказывается, Кравчук и Шушкевич пообещали Ельцину пост Президента СССР, а после того как договор был подписан, отказались от своего сло¬ва. Иными словами, они обманули Ельцина, а тот не захотел, чтобы кто-то знал об этом и потому впоследствии молчал.

Вот так решалась судьба великого народа.

Спустя 20 лет со дня заявления ГКЧП я слушала интервью экс-президента СССР Михаила Горбачева. Телеведущий  очень тактично, но настойчиво старался получить у экс-президента СССР  ответ на вопрос: говорил ли Горбачев Янаеву, Крючкову о том, что пусть они действуют как хотят, либо не говорил? Но так и не получил ответа, также, как и я, сидевшая перед экраном. Было горько слушать Горбачева, мысли  его путались всякий раз, когда ему вновь  напоминали о вопросе: так санкционировал  генсек КПСС или не санкционировал будущих ГКЧПистов?

Михаил Полторанин, в  то время находившийся в одной команде Бориса Ельцина, уверен в том, что ГКЧП – это величайшая провокация Михаила Горбачева. Анализируя ситуация с позиций последнего времени, он признается: «Позже, возглавляя комиссию по рассекречиванию документов КПСС, я насчитал в архивах более десяти тысяч грозных телеграмм. «Выражаем недоверие деятельности Политбюро ЦК КПСС и лично Генерального секретаря М.С.Горбачева. Контрольная комиссия Алтайского края. 04.07.1991 г.», «Объединенный пленум Якутского горкома партии считает, что руководство ЦК КПСС проводит политику, не отвечающую чаяниям трудящихся. Требуем срочного созыва съезда КПСС. Секретарь А.Алексеев. 10.07.1991г.». Многие тогда требовали: даешь съезд! До ноября 91-го года». На многих телеграммах я видел закорючку Михаила Сергеевича – мол, прочитал. Расписывались и члены его Политбюро, сопровождая жирными восклицательными и вопросительными знаками». Именно тогда, по мнению Полторанина, Горбачев решил избавиться от коммунистической партии: раз вы решили отправить меня, генерального секретаря ЦК КПСС в отставку, так вот вам: я разрушу партию. Находясь в Форосе, он, по свидетельствам, санкционировал создание ГКЧП. Доказательством того, что ГКЧП «планировался как верхушечная акция, чтобы нагнать на общество страх и разогнать КПСС», является телеграмма, направленная в адрес первых секретарей ЦК Компартий союзных республик, крайкомов, обкомов партии:«В связи с введением чрезвычайного положения примите меры  по участию коммунистов в содействии ГКЧП. В практической деятельности руководствоваться Конституцией СССР». Никаких других действий ГКЧП предпринято не было, то есть не было захвата власти. Одной из важных целей ГКЧП было намерение остановить Ельцина, который забирал себе все больше власти.

Полторанин считает фарсом то, что Ельцин оказался на танке. «Впрочем, один серьезный момент был. Надежные информаторы донесли 20 августа из штаба ГКЧП: некоторые путчисты решили по-настоящему разобраться с дерьмократами, замочить всех разом. Требуют от Янаева приказа штурмовать «Белый дом». Трусливый Янаев кивает на Крючкова. Тот в раздумьях. Ельцин поручил Бурбулису связаться с Крючковым. Генка философ включил аппарат на громкую связь и стал крыть матом шефа КГБ. Мол, если он пойдет на штурм, Бурбулис  лично натянет его уши на поганую  жопу. Я подумал:случись штурм, искать придется наши с Генкой уши. Крючков устало отбрехивался: это провакационные слухи, штурма не будет. Но вечером  у нас поднялась паника На баррикадах под проливным дождем мужчины, женщины, подростки готовились отбивать атаки ГКЧП. Премьер Силаев потихоньку покинул здание. Остальные вожди сопротивления спрятались в подвалах «Белого дома». Туда же охрана утащила и Ельцина. Вожди ели бутерброды, запивая водкой с коньяком. Ждали сверху вестей о победе. Гавриила Попова, вспоминал Коржаков, пришлось выносить под белы ручки здоровенным охранникам. Про других участников застолья он промолчал. Это метода всех интендантов от политики. Взбудоражить народ, заставить лезть под пули, на баррикады. А сами – в теплое укрытие. Выстоял народ – они лезут из убежищ, отталкивая локтями победителей, начинают распоряжаться их собственностью и жизнями….я просидел до рассвета за телефонами в кабинете сбежавшего премьера. Штурма не было. ГКЧП  кончился. Членов ГКЧП арестовали. Горбачева привезли в Москву. Ельцин организовал политическую казнь КПСС, скомпрометированную связью с разгромленными путчистами. Казнь была публичной. 23 августа Михаил Сергеевич приехал в «Белый дом» на заседание Верховного Совета РСФСР. Я сидел в первом ряду напротив трибуны. Борис Николаевич зачитал указ о приостановке деятельности партии (окончательно он запретит ее в ноябре). Поднял над трибуной ручку, чтоб подписать указ. Надолго картинно задержал ее в воздухе, лукаво поглядывая на Горбачева. Тот поднялся, изображая порыв протеста, притворно попросил: «Не надо, Борис Николаевич». «Надо!» - воскликнул Ельцин и подписал приговор. Горбачев отказался от поста Генсека, призвал ЦК объявить о самороспуске, а рядовым коммунистам посоветовал разбежаться». Операция по уничтожению компартии была закончена. «Когда низы КПСС покорно плелись за вождями, Горбачева с командой это устраивало. Когда же они вздумали бунтовать в катастройку, партии вынесли приговор. И не осталось организованной силы, способной остановить крушение государства. Как бы мы ни относились к КПСС, она была цементирующей основой СССР. Разогнав партию, страну подготовили к развалу. Беловежская пуща – тоже результат спецоперации ГКЧП».

Можно присоединиться к мнению Александра Зиновьева, проанализировавшего причины распада СССР:  «сама марксистская идея изобилия, принцип «по потребности, всеобщее и всестороннее благоденствие и т.п. – несли в себе зародыш гибели коммунизма в условиях послевоенного процветания Запада. На Западе правильно угадали, что русских (советских) людей можно победить путем великого соблазна – соблазна властью, славой, богатством, свободой и прочими земными благами. Как только советские люди увидели реализацию марксистской идеи на Западе, они перестали быть оплотом коммунизма. К благам, какие им принес коммунизм, они привыкли и считали чем-то само собой разумеющимся, данным от природы. Они захотели присоединить к ним блага, какие увидели на Западе. При этом они не понимали, что блага Запада исключают (убивают) блага коммунизма и что эти блага достаются не всем, а лишь избранным».

Говоря от лица среднего советского человека, мыслитель, констатируя, беспощаден и к себе: «С чего началось падение? Чем больше я думал на эту тему, тем настойчивее напрашивалась мысль, что именно с наших успехов и улучшений все и началось. С ними пришла жажда большего. Пришли соблазны. Появились соблазнители. И они овладели нашими душами. Мы не понимали того, что те, кто соблазняет и обольщает, всегда обманывают, что соблазн и обольщение суть всегда орудия обмана. Соблазн и обольщение были настолько сильны и настойчивы, что мы потеряли разум. Мы знали, что эпидемия диссидентства была спровоцирована Западом, поддерживалась им и процветала на средства Запада. И все-таки мы слушали западные радиостанции. Читали засланные с Запада антисоветские книги. Снабжали информацией западных шпионов. Хохотали над антисоветскими анекдотами. Радовались провалам советских властей. Раздували мелкие бытовые недостатки до масштабов социальных и сваливали все на власть и социальный строй».

Характеризуя горбачевский период, Александр Зиновьев пришел к печальному заключению: «В горбачевский период завершилась «холодная война». Распался советский (коммунистический ) блок. В странах Восточной Европы был разрушен коммунистический социальный строй. Советский Союз капитулировал перед Западом. В нем разразился всеобъемлющий (системный ) кризис, принявший форму перестройки. Высшее советское руководство подпало под влияние сил Запада. В стране сложилась мощная «пятая колонна» Запада. По инициативе сверху и под давлением со стороны Запада (извне) началось интенсивное разрушение советской системы власти. Кризис стал переходить в распад всех социальных основ страны. Запоздалая попытка остановить этот процесс, принявшая форму «путча» в августе 1991 года, фактически сыграла провокационную роль. Ее результатом явился распад Советского Союза и антикоммунистический (антисоветский) социальный переворот. Этот переворот был подготовлен в горбачевские годы антисоветскими (антикоммунистическими ) силами, сложившимися в стране. Подготовлен под руководством горбачевской клики, манипулируемой силами Запада. Осуществлен как заключительная операция «холодной войны». Запад одержал величайшую в его истории победу».

Где же в это непростое для России время находился Владимир Путин? В ночь с 18 на 19 августа  1991 года Путин был в отпуске. В Ленинград добрался на перекладных уже 20-го августа. Переселившись в Ленсовет вместе с Собчаком и другими коллегами,  он написал рапорт об уходе из органов безопасности. Много позже Путин так объяснил свои действия: «Почему я так поступил? Да потому что возникла опасность…что меня могут попытаться использовать в этой ситуации для решения каких-то внутриполитических вопросов, даже, скажем, - разбирательств. А вот с этим я никогда не был согласен! Я приходил служить Родине, стране, народу, приходил выполнять определенную задачу, но… не предполагал быть использованным для решения каких-то… конъюктурных внутриполитических вопросов. … И когда я понял, что меня могут поставить перед необходимостью выбора между моральными и формальными обязательствами, я просто заранее сделал превентивный шаг. Во-первых, я сделал выбор в пользу моральных обязательств. Во-вторых, я предпринял превентивный шаг, полагая, что он напрочь должен исключить возникновение такой ситуации. Но надо отдать должное моим бывшим руководителям: мои опасения в значительной степени были напрасными, и этого не случилось. Руководство повело себя очень порядочно».

Иначе говоря, Путин захотел стать свободным человеком, потому что только в этом случае он мог осуществить  выбор своей дальнейшей судьбы, независимо от политической конъюнктуры, чьих-то приказов и указаний.

« Когда начался путч, у меня было очень сложное чувство. Очень сложное! Во-первых, я не был согласен с тем, как развивались события. Многое, о чем тогда публично говорили люди, которые после этого стали первыми лицами у нас в городе, регионе, стране, мне казалось ошибочным. Их тезисы казались ошибочными. Ведь я занимался и вопросами внешней политики, все-таки в разведке работал, и для меня было тогда абсолютно ясно, что наше одностороннее разоружение по всем направлениям ничем хорошим для нас не обернется. Наше братание с недавними геополитическими противниками хорошо в меру. А те, кто в тот период этим братанием занимался, меры не знали. Это было для меня очевидным. Но … было также очевидным и то, что прежняя система уже умерла. Ее просто нет! И если мы хотим сделать что-то хорошее для своей страны, то нужно быть в нарождающейся системе, делать все в рамках своих возможностей для того, чтобы устранить имеющуюся бредятину и вывести этот процесс в какое-то позитивное русло».

Путину было ясно, что своими действиями путчисты разваливают страну, хотя задачи у них были вполне благородные. Сами они считали, что удерживают Советский Союз от развала. Но Путин сразу определил для себя: по приказу путчистов никуда не пойдет и на их стороне никогда не будет. И если после возвращения из ГДР ему было ясно, что в России что-то происходит, то в дни путча все идеалы, все цели, которые у него были прежде, когда шел на работу в КГБ, рухнули окончательно и навсегда. Именно поэтому и появилось заявление об увольнении из органов..

После  подавления ГКЧП позиции Анатолия Собчака укрепились. Он был «на коне», все приветствовали  его как одного из идейных вдохновителей зародившейся в России демократии.

Мнение же Путина было таково: « В принципе, задача у них была благородная, как они, наверное, считали, - удержание Советского Союза от развала».

После ареста «путчистов» Собчак и Путин начали создавать основу для появления мэрии, одновременно с этим готовили и выборы главы уже переименованного города, ставшего Санкт- Петербургом. После того как Собчак стал мэром, он решил создать новое ведомство, и  Путин занял в его администрации пост председателя Комитета по внешним связям.

Стране грозил продовольственный кризис. Ленинград испытывал проблемы в связи  с недопоставками продуктов. «И тогда наши бизнесмены предложили следующую схему: им разрешают продать за границу товары, главным образом сырьевой группы, а они под это обязуются поставить продукты. Других вариантов у нас не было». Сам Комитет ничего не покупал и не продавал, но согласившись с этой схемой, Путин способствовал тому, чтобы схема заработала, и на это было  получено разрешение председателя правительства. Однако скоро он убедился в том, что одни фирмы просто не выполняли своих обязанностей, а другие выполняли, но не в полном объеме, тем самым нарушая обязательства перед городом. Подавать в суд было делом бессмысленным, так как это было время финансовых и  мошеннических пирамид. Стоило лишь затронуть кого – либо из них, фирма тотчас прекращала свою деятельность и «испарялась».

После расправы над коммунистической партией Михаил Горбачев остался  президентом СССР, освободившимся от поста генсека, Ельцин также был президентом, но - России. «Ельцин, - вспоминает Михаил Полторанин, - сразу же перебрался в Кремль, мечту всей жизни. Первое время они ходили с Горбачевым как шерочка с машерочкой. А после Беловежья Ельцин выкинул Горбачева из Кремля. Михаил Сергеевич остался один-одинешенек – без партии, президентского кресла, народа, без страны. Обратите внимание: проигравших путчистов обычно судят строго. Однако участников нашего «государственного переворота»  амнистировали до суда. К чему бы это? Кто-то боялся, что на суде всплывет правда о ГКЧП?»

А между тем народ  задавался вопросом: почему так легко, по большому счету, произошло крушение СССР?

Волновал этот вопрос и Владимира Путина.

Природный государственник - Путин переживал случившееся  особенно остро.

«Мы избежали бы очень многих проблем, если бы не было такого скоропалительного бегства (из Восточной Европы)», скажет позже в книге «От первого лица».

После того как рухнул Советский Союз, Путин принял решение уйти из органов безопасности. «Когда я уходил из органов безопасности, то был преуспевающим, но все-таки рядовым  оперативным работником, у которого по службе все было хорошо. Так что нечего мне было жаловаться на карьеру. Но когда я стал председателем Комитета по внешним связям, а затем заместителем и первым заместителем мэра, то это был абсолютно другой уровень, на котором принимаются решения, от их качества зависит очень многое для пятимиллионного города. ... Поэтому на первом этапе работы в мэрии мне было довольно сложно понять: все - теперь не надо собирать, обобщать и писать рекомендации, теперь я сам должен принимать решения. И, конечно же, было необходимо какое-то время для адаптации, чтобы произошло не просто привыкание и не только привыкание, но появился навык к принятию решений СА-МОС-ТОЯ-ТЕЛЬ-НО. Ведь я был, по сути, последней инстанцией по своей линии работы. И необходимо было осознать, что мне уже не к кому идти и предлагать какие-то решения. Я сам должен  был эти решения принимать!»

Владимир Путин вышел в отставку в звании подполковника КГБ.

Он самоотверженно и успешно работал в мэрии. Нужно было заботиться о безопасности горожан, создавать запасы продовольствия. С  этим в первой половине 90-х годов  были огромные проблемы.

Путин столкнулся с мошенничеством и разгильдяйством: договоры в обмен продукции, производимой заводами Санкт-Петербурга на продовольствие, идущие с Запада, составлялись зачастую так, что по ним невозможно было взыскать потраченные деньги даже через суды. Когда Ленинград испытывал проблемы в связи с недопоставками продуктов.»И тогда наши бизнесмены  предложили следующую схему: им разрешают продать за границу товары, главным образом сырьевой группы, а они под это обязуются поставить продукты. Других вариантов у нас не было». Путин скоро убедился, что одни фирмы просто не выполняли своих обязанностей, а другие выполняли, но не в полном объеме, тем самым нарушая обязательства перед городом. Подавать в суд было делом бессмысленным, так как это было время финансовых и всяких мошеннических пирамид. Стоило лишь затронуть кого-либо из них, фирма тотчас прекращала свою деятельность и «испарялась».

За несовершенство законов Путину пришлось страдать непосредственно. Депутатская  группа Ленсовета во главе с Мариной Салье и Юрием Гладковым обвинила его в махинациях в связи с программой снабжения города продовольствием в обмен на сырье. Они считали, что сделки заключались с грубым нарушением правил. Сырье по ценам ниже рыночных, а продовольствие закупалось по завышенной цене. Однако в результате тщательных разбирательств какой-либо вины Владимира Путина не было установлено. А в масштабах страны росли и ширились масштабы «катастройки».

Борис Ельцин продолжал отчаянно бороться за полную власть в России,  понимая, что  если останутся секретари обкомов и  прежние «красные» министры, то  режим его будет через некоторое время раздавлен. Не удивительно, что Ельцин заменил в 1991 году правительство Силаева на кабинет «младореформаторов», поставив у руля Бурбулиса, Гайдара, Чубайса. Этими фигурантами развала он подстраховал свою власть.

Ельцин был центром притяжения для всех, кто остро желал захватить государственную собственность. В этом для них была главная ценность его существования как политика. Он был «крышей» тех, кто желал стать  настоящей правящей элитой. Не случайно один из этой когорты, Борис Березовский, встретившись с президентом Клинтоном, сказал после окончания разговора,  что теперь хотел бы говорить с теми, кто в действительности правит страной, чем чрезвычайно удивил американцев. А он между тем своим вопросом в сущности раскрыл истинную картину правления в России: не Ельцин управляет, а окружившая его жадная свита.

Уже в октябре 1991 года Ельцин объявил стране об интеграции России с Западом. Ему необходимо было убрать «красных» глав регионов, директоров, министров и заменить их новыми людьми. С этой целью Ельцин вытащил из забвения отвергнутого Горбачевым Григория Явлинского,  самонадеянного автора программы «500 дней». Тот взял на себя ответственность за немыслимо короткий срок вывести огромную страну из хаоса через приватизацию  в рыночную экономику.

«За ельцинской концепцией строительства капитализма в России уже тогда просматривались некоторые контуры будущей страны. Небольшая прослойка людей, озолоченная украденным добром, станет опорой власти. Между этой смычкой и остальным населением будет все время подниматься градус враждебности. Чтобы обезопасить себя и сохранять конструкцию такого государства, власти придется наращивать репрессивный аппарат постоянно и не гнушаться в борьбе со своим народом жестокими методами оккупантов»-прогнозировал .

Не удивительно, что провал экономической политики Егора Гайдара , захват кучкой людей народной собственности не мог оставить равнодушными  народных депутатов. В декабре 1992 года Ельцин впервые ощутил волну народного недовольства.

« Критика, прозвучавшая в его адрес с трибуны Седьмого съезда народных депутатов, обескуражила и испугала его.

20 марта 1993 года Ельцин обратился к народу с телеобращением, противопоставив себя  народным депутатам и сообщив, что подписал указ об особом порядке управления Россией, в связи с чем распускает Съезд и Верховный Совет».

От Запада Ельцин получил карт-бланш на антиконституционный разгром патриотических сил. Оставалось поискать «одобрителей» своего политического разбоя среди известных людей страны. Для видимости народной поддержки. И они нашлись. Понятно, когда аплодировать жестокости хозяев Кремля  кого-то принуждали. Но в 93-м многие представители интеллигенции сами, по собственной воле, запросились из демократического раздолья в загон мафиозного режима.

Сначала в печати появилось обращение 36-ти, затем письмо 42-х, в которых авторы требовали от президента «раздавить гадину», то есть поставить вне закона Съезд народных депутатов,  Верховный Совет, Конституционный суд, закрыть оппозиционные партии и телепрограммы, распустить неугодные Ельцину партии».

4 октября Белый дом был осажден, а затем расстрелян в прямом эфире на виду у всего мира.

Александр Зиновьев писал: «В России всегда лишь одиночки осмеливались говорить правду вслух и открыто поступать по велению совести. И на них обрушивались все, включая и тех, ради кого эти одиночки жертвовали своим благополучием, свободой и жизнью. Это характерно для народов с холопской, рабской психологией.

Само понятие «народ» лишено социологического смысла. В самом деле, что такое российский народ? И ельцинская клика, отдавшая приказ убивать повстанцев, есть часть народа. И повстанцы – часть народа. И убивавшие их солдаты и милиционеры – часть народа. И аплодировавшие убийцам новоиспеченные миллионеры и ставшие всевластными уголовники – часть народа.

5 октября 1993 года в газете «Известия» (это правительственный орган) было опубликовано письмо большой группы известных российских писателей. Холуйские и кровожадные письма советские интеллектуалы в большом числе писали Сталину в 30-е годы с просьбой беспощадно расправляться с «врагами народа». Но они выглядели просто наивно  в сравнении с упомянутым письмом российских интеллектуалов 1993 года. Это беспримерное по подлости, кровожадности и цинизму письмо не было вынуждено некоторыми принудительными причинами, оно явилось проявлением доброй воли авторов, то есть проявлением их подлинной натуры. Авторы письма называли повстанцев убийцами (хотя убивали их!), фашистами (хотя нас тоящие фашисты – их убийцы!) и т.п. Они благодарили Бога за то, что армия и органы правопорядка расправились с повстанцами. Они призывали президента запретить все виды коммунистических и националистических партий, запретить все оппозиционные газеты и признать нелегитимными съезд народных депутатов и Верховный Совет. И эти писатели – тоже часть народа.

Но самое страшное в событиях октября 1993 года – реакция на них массы рядового населения. Миллионы людей смотрели телевизионные передачи о расстреле повстанцев. Как будто смотрели американский боевик. Кстати сказать, эти передачи были организованы иностранными фирмами – оккупационное правительство Ельцина не могло доверить такое ответственное дело отечественному телевидению! Миллионы людей видели, как зверски убивали их собратьев, дерзнувших восстать против врагов их Отечества. Они не бросились на улицы поддержать своих лучших сынов. А ведь выбежал бы миллион человек – голыми руками раздавили бы палачей, втоптали бы их в грязь. Нет, не выбежали даже тысячи. Выбежали только те, кто аплодировал палачам… . Народ России сам подписал себе этим поведением исторический приговор».

Сторонник Верховного Совета Андрей Дунаев, бывший заместитель министра МВД вспоминал: « На моих глазах погиб сотрудник МВД, его скосил снайпер с гостиницы «Мир». Кинулись туда, но стрелок успел уйти, лишь по особым приметам и стилю исполнения поняли, что это почерк не наших эмвэдешников, не кэгэбэшников, а чей-то другой. Судя по-всему, иностранных спецслужб. А направляли подстрекателей из американского посольства. США хотели раздуть гражданскую войну и разорить Россию».

Сам Ельцин в период этих событий, по воспоминаниям очевидцев, находился в «привычном» состоянии.

Анатолий Собчак тогда был полностью на стороне Ельцина. Он отлично понимал, что  угрожает лично ему, поэтому и распорядился  провести тайную переброску одного из полков петербургского спецназа  для поддержки Ельцина в Москву. Этот полк разгонял отряды генерала Макашова.

Позже Собчак вспоминал: «Примерно с четырех часов дня 3 октября я уже понимал, что речь идет о жизни и смерти. Я собирал своих сотрудников, и мы обсуждали, что произойдет и что мы должны делать, если власть в Москве перейдет в руки мятежников. Я считал и считаю: надо бороться за свои идеи, а не ждать, когда тебя повесят на первом же перекрестке».

После октября 1993 года вокруг Ельцина стали тучами роиться люди, почуявшие, что можно жить не по законам, а по понятиям , которые они сами вместе с Ельциным и устанавливали. В орбиту  «царя» Бориса  вошли Березовский, Гусинский, Смоленский, Ходорковский, Абрамович, Мамут и прочие.

Позже Владимир Путин скажет: «У нас есть категория людей, которая разбогатела и стала миллиардерами, как у нас говорят в одночасье. Их государство назначило миллиардерами: просто раздало огромные куски государственного имущества практически бесплатно».

Они имели прямое влияние на средства массовой информации, как печатные, так и электронные, а также возможность обращаться к Вооруженным силам при необходимости защищать свои интересы.

Как позднее констатировал Станислав Белковский, « с 1994 по 2001 год за свободу слова в РФ отвечали Березовский и Гусинский. Они объяснили стране, что «собственность» и «свобода» - синонимы. У кого собственность на СМИ – тот и имеет право на точку зрения. И никакое слово за пределами интересов собственника не существует, не живет, не дышит и уж точно никого не волнует».

После подавления Верховного Совета и расстрела Белого Дома, а именно  12 декабря 1993 года,  усталая,  разочарованная и оболваненная СМИ страна проголосует за новую Конституцию, которая неимоверно усилит власть президента в России.

Многие в заслугу Ельцина ставят то, что он к чести своей, так и не стал диктатором. Но давно уже не является секретом -  он и не мог им стать в силу определенных объективных (здоровья) и субъективных (пристрастия) обстоятельств.

Тем временем в силу непредсказуемости Ельцина, и по сути вакуума власти,  в России неимоверно расцвел фаворитизм. Особенным положением несколько лет  пользовались  Коржаков и Илюшин, без которых ни одна душа не могла просочиться на прием к президенту. Сам Ельцин практически не занимался делами государственного масштаба, а с 1994 года, мало с кем встречался, уезжая домой уже после обеда, отказываясь от бесед, ломая график, не решая важные вопросы, перекладывая их на других. По свидетельству Сергея Филатова обычной стала в его устах фраза: «Я не готов, надо подумать, оставьте – я почитаю».  Очевидно было, что Ельцин оказался в качестве президента не на своем месте. Не хватало знаний, общей культуры, силы воли, а главное, его мучила страсть к спиртному, которая не оставляла места делам.  Не удивительно, что он, как вспоминает Вячеслав Костиков, часто сидел за пустым столом в глубокой и грустной задумчивости.

В марте 1994 года Владимир Путин был назначен  первым заместителем мэра, при этом за ним был сохранен пост председателя Комитета по внешним связям, в этом качестве он проработал до июня 1996  года. За это время Путин сосредоточил в своих руках столько полномочий, что Собчак уже просто не мог без него обойтись. Фактически он был вторым лицом города. Друг Владимира Путина Сергей Ролдугин вспоминал:«Володя сильно изменился, когда начал работать в мэрии. Мы стали редко видеться. Он очень занят был – уезжал из дома рано. Приезжал ночью. И конечно, уставал. Даже когда мы шашлыки жарили на даче, он ходил вдоль забора, о чем-то думал. Он где-то был в другом месте. Он с головой ушел в санкт-петербургские дела и как-то высох в смысле души, мне так показалось. Он прагматиком стал».

Путин по-прежнему держался очень скромно, оставляя  лавры Собчаку. Причем делал это искренне,  легко и ненавязчиво. Ему не нужна была слава политика, он выступал только в качестве организатора, управленца, или, как сегодня говорят, менеджера. Одной из черт характера Путина всегда была осторожность, бесценное качество профессионального разведчика.  В  сочетании с жесткостью и импульсивностью  Собчака, осторожность Путина приносили городу  свои плоды. При этом Путин ни разу не был замечен в своеволии и авторитарности. Напротив, он решал проблемы города преимущественно путем переговоров и достижения взаимовыгодных договоренностей. Он не позволял себе  давления на окружающих, за исключением нескольких форс-мажорных обстоятельств: тогда он решал проблемы, действуя строго в определенном им самим направлении.

Что ценил в нем Собчак? Пожалуй, то, что Путин был интеллектуалом, вежливым, корректным, слегка ироничным, всегда держащим нужную дистанцию в отношениях, как с самим Собчаком, так и с любым, кто пытался в своих интересах резко к нему приблизиться. Многие подмечали «закрытость» Путина в сочетании с  непосредственностью по отношению ко всему новому. Конечно, эти качества помогали ему  продвигаться по иерархической лестнице.

Советское воспитание плюс специфика прежней работы сделали Владимира Путина убежденным государственником. Его поколение, не имело тяги к бизнесу, поэтому найти себя в нестабильное для России время многим было непросто. Сам Владимир Путин тоже был определенного мнения о своих человеческих качествах, когда сказал: «Совершенно не факт, что, уйдя из разведки и начав в девяностом году свою трудовую деятельность практически с нуля, я добился бы значительных высот в бизнесе. Для того, чтобы стать финансовым магнатом в то время, все-таки надо было проявить, скажем, так, особые качества. Не думаю, что они у меня были. Для того бизнеса требовалось быть немножко авантюрным человеком и, чего греха таить – думаю, на меня никто из нынешних, так называемых олигархов, не обидится, - нужно было уметь переступить через какие-то моральные принципы и требования закона. Иначе очень трудно сколотить первоначальный капитал. У меня же была совершенно другая предыдущая жизнь, которая к деятельности такого рода меня, конечно же, не подготовила… Кроме того, к сотрудникам внешней разведки всегда предъявлялись особые требования в моральном и нравственном плане».

В силу своей эрудиции, деловых качеств, умению работать с документами, Владимир Путин становится «правой» рукой Анатолия Собчака, не расположенного к кропотливому труду топ-менеджера, а любящего блестящую и феерическую сторону своего «мэрства», тяге к приемам, визитам за рубеж, встречам с известными людьми мира. При подписании той или иной бумаги, он, глубоко не вникая в дело, часто уточнял у Путина и других своих замов:«Это законно?».

На фоне тех, кто очень многое тогда делал незаконно, выглядело это в глазах окружающих довольно странно. А Путин  не мог поступать иначе, считая, что в любое время, даже самое хаотичное, надо не нарушать законодательство, каким бы слабым оно ни было, а жить по совести и закону, каким бы ущербным он на сей день ни был. Древнее римское правило «Duga lex, sed lex» («Плохой закон, но закон»), знакомое по жизни с юношеских лет и закрепленное университетским образованием, стало для него обязательным.

В условиях начавшегося после распада СССР «дикого» капитализма советское законодательство воспринималось многими как отсутствие законов вообще. Однако Путин так не считал.

Позже, когда он станет президентом Российской Федерации, в беседе с  крупными предпринимателями России он особо подчеркнет, ссылаясь на собственное юридическое образование, личный опыт жизни и многочисленные консультации с экспертами: «Часто слышал: вот, законы были такими, что их нельзя было соблюдать. Можно!!!». По его оценке, человек пять-семь все же сознательно жульничали и ставили себя в лучшие условия, чем те, кто вел себя правильно:  « Последние, может быть, и не столько заработали, но зато теперь спят крепким сном». В этой фразе – весь Путин. Его совесть должна быть чиста. Он не желает ничего нажитого нечестным путем для себя и не принимает это в других.

Не случайно Василий Шестаков, один из друзей, больше других знавший  Путина, в то время вспоминал: « У него никогда не было склонности к корысти. Его любимое выражение – в могилу с собой ничего не унесешь. Ведь в комитет не последние люди отбирались, поэтому понятия чести, Родины, порядочности у этих людей были очень высоки. Я не только Путина, но и других людей разведки знаю. У них очень четкие понятия: преступник есть преступник, а честный человек – это честный человек. Думаю, что подобного рода понятия очень тяжело вытравить. Так как человек пропитан ими, всю жизнь живет под их знаком и, в принципе, это искоренить нельзя. Ведь с возрастом взгляды на жизнь  не меняются. Стержень есть стержень. А Путин не из тех людей, кто меняет свои убеждения. А теперь представьте человека, который прошел подобную подготовку, воспитывался на благородных принципах, съездил в командировку в Германию, где добился отличных результатов, и вдруг ему необходимо переступить через все эти принципы, переступить в буквальном смысле через себя и заняться частным бизнесом. А государственная служба – это все-таки другое. Тем более что я знаю Путина, знаю, что Владимир Владимирович человек достаточно самолюбивый. Его супруга, кстати, тоже. Поэтому они никогда не допустят, чтобы их кто-то покупал. Путин никогда  не брал взяток. Для него даже сама мысль об этом была бы унизительна».

Не удивительно, что Владимир Путин получил в городе прозвище Серый Кардинал. Он держался незаметно, не любил внешние атрибуты власти. Между тем, мэром без его ведома никаких решений, как правило,   не принималось. Когда-то один из сотрудников «Штази» охарактеризовал его: «Он всегда был очень осторожен и постоянно держал себя в железных рамках самоконтроля. Он работал закулисно, не привлекая к себе внимания. Его просто не замечали. Он очень умен. Молчалив, но  очень эффективен».

Дмитрий Ленков, профессор, возглавлявший в Ленсовете Комитет по международным связям, отмечал, что с Путиным депутаты взаимодействовали вполне позитивно, чего не скажешь о Собчаке. Он утверждает, что в отличие от своего шефа Путин был вполне воспитанным человеком и даже более «европейцем», чем считавшийся образцом «западничества» Собчак.

Сам Путин о себе сказал так: «… я достаточно быстро занял если не ключевую, то, во всяком случае, такую должность при тогдашнем мэре Петербурга Анатолии Александровиче Собчаке, которая позволяла решать довольно много проблем и задач, представлявших интерес для различных бизнес - структур. Но воспитание было соответствующим, и я никогда не позволял себе решать те или иные проблемы в интересах каких-то там групп или фирм. Я старался, как мне казалось, действовать в интересах города и страны. Конечно, я мог правильно или неправильно поступать, мог ошибаться, но, во всяком случае, в своих действиях я руководствовался именно такими соображениями».

Организация визитов, приемов в Санкт-Петербурге лежала на Владимире Путине, он возглавлял Комитет по внешним связям. Не удивительно, что вся  стратегия и тактика такого рода встреч были хорошо ему известны, когда он стал Президентом РФ.

« Многие мои хорошие друзья, которые не были замечены в лести (тем более что у меня с ними близкие отношения и им не надо этого делать), у меня сейчас порой спрашивают: «Как у тебя так быстро получилось  свободно общаться на самом высоком уровне?».

Они все забыли, что я в Петербурге семь лет этим занимался. И там очень высокий уровень общения. У нас же город очень популярный. У нас мэр был очень популярный. Мы много общались на самом высоком уровне. Я с госпожой Тэтчер раза три встречался, причем как в Петербурге, так и в Лондоне. Трижды – с Колем. С Бейкером. Несколько раз – с Киссинджером. Причем в неформальных встречах. А эти люди – киты мировой политики. Были встречи и с другими политиками. Это же накопление информации. Это постоянное накопление информации. И навыки общения».

Впоследствии Владимиру Путину не раз приходилось обращаться к этому периоду своей жизни. «Многие, обсуждая мой приход в мэрию, не обращают внимания на то, что у меня уже была хорошая база. Как правило, говорят, вот, мол, пришел из университета или же пришел из органов безопасности. Но как-то никто не задумывался, что я не просто в органах безопасности работал, а все-таки был связан с внешней деятельностью. В Германии была специфическая работа. Да, это  была не такая ярко выраженная внешнеполитическая или внешнеэкономическая деятельность, но так или иначе – эта сфера была. Я все равно в ней варился. Я был в этой проблематике. И информация-то накапливалась, накапливалась, накапливалась! Оттого-то и произошел достаточно быстро такой профессиональный рост, потому что была база…  Собственно говоря, у каждого человека в начале какого-то пути, какой-то конкретной работы, конечно же, нет достаточного опыта именно в этой работе. Но зато может присутствовать (или нет) определенный уровень предварительной подготовки. Ведь не будем забывать о том, что в городе я выполнял обязанности первого заместителя мэра и председателя комиссии, которая фактически была  правительством пятимиллионного города, и работал в этом качестве почти пять лет. Почему-то именно этот период некоторыми как бы затушевывается, «забывается», и  они говорят лишь о том, что можно было бы преподнести как-то этак на  публике. А многолетнее управление городом – это на самом деле такая рутинная и не очень заметная работа. Казалось бы, не очень заметная, но она, именно эта работа, имеет принципиальное значение. Это очень принципиальный вопрос. Те пять лет дали мне больше, чем работа в административных структурах в Москве.

В Петербурге у меня была персонифицированная ответственность за огромный город с такой значительной экономикой и промышленностью, с широкими внешними связями, с такой наукой и богатой культурой, с большим количеством вузов. Кроме того, были социальная сфера, жилищное хозяйство, оборонка. Да, я не являлся первым лицом в городе, но должен  честно  сказать: сфера моих обязанностей была очень широкой. Помимо этого я тесно  работал с силовыми структурами, да и вообще – со всеми. Поэтому я все это знаю изнутри, как следует. И это – огромнейший опыт! К тому же мы очень много работали – с утра и до позднего вечера. А труд – он всегда приводит все к тому же опыту, накоплению в процессе знаний».  Позже, когда он станет президентом России, и мнение в мире о нем сложится лестное, в нью-йоркской газете «Уолл-стрит джорнел» появится такая характеристика: «Это человек, который сумел освоиться со всеми мировыми проблемами. … Его интеллект не должен удивлять, поскольку Комитет государственной безопасности в его годы все еще привлекал самых лучших и самых умных в Советском Союзе». За редким исключением это было правдой.

Так постепенно складывалась и  формировалась мощная духовная основа, необходимая для будущей высокой государственной деятельности.

Ситуация в Санкт-Петербурге в  первой половине 90-х годов мало чем отличалась от той, что была в стране. Крупные заводы останавливались, зарплату задерживали. Балтийское морское пароходство пришло в упадок. Общественный транспорт, жилые дома, улицы города находились в плачевном состоянии. Заметным стало и то, что, как и Гавриил Попов в Москве, Анатолий Собчак в Санкт-Петербурге оказался неважным хозяйственником, а потому становился все менее популярным у жителей города. Но в отличие от Попова, который, поняв это, ушел в отставку, Собчак продолжал работать.

ПУТЬ  К  ВЕРШИНАМ  ВЛАСТИ

В марте 1994 года Анатолий Собчак, несмотря на то, что у него уже было два первых заместителя – Яковлев и  Кудрин,  назначает Путина еще одним первым заместителем мэра Санкт-Петербурга.

И первый сигнал обществу Путиным был послан им уже в этом качестве, когда он взял слово на сто первой сессии знаменитого за рубежом Бергердорфского форума, который проходил в его родном городе в конце марта. Россию учили, как надо жить, поглядывая на нее сверху вниз.

Путин же, и это было впервые после распада СССР,  заговорил о соотечественниках, защищал их от какой-либо дискриминации, предлагая предоставить им двойное гражданство в новых государствах, где они оказались не по своей воле. Зал не ожидал ничего подобного от малоизвестного человека и испытал настоящий  шок от ключевых слов Путина, который сказал, что коли Россия согласилась на цивилизованный развод и отпустила республики с миром, то следует уважать страну и народ, поступивших так во имя согласия на земле.

Владимир Путин понимал, что распад Советского Союза, выгодный Западу, ударит, прежде всего, по российскому народу. Но он еще,  естественно, не знал, что скоро лично встанет перед разрешением этой проблемы., В те годы Александр Зиновьев писал : «Нас убили как народ, как страну, как общество, как носителей коммунизма – в этом суть дела. Не просто победили, не просто разгромили, а именно убили…  множество людей при этом перестает быть единым народом в социальном смысле. Народ распадается, атомизируется, теряет способность противостоять дезинтегрирующим его силам. Начинает деградировать биологически – сокращаться численно, утрачивать физическое здоровье, разлагаться идеологически и морально. Все это можно очевидным образом видеть сегодня в России в отношении русского народа».

Владимир Путин переживал распад СССР как великую трагедию и не скрывал этого. Все мыслящие патриоты России не могли думать иначе.

«Принято считать, будто поражение Советского Союза и его сателлитов в холодной войне доказало несостоятельность коммунистического социального строя и преимущество строя капиталистического. Я считаю это мнение ложным. Поражение коммунистических стран обусловлено  сложным комплексом причин, среди которых сыграли свою роль и недостатки коммунистического строя… Запад использовал слабости Советского Союза, в том числе дефекты коммунизма. Он использовал также свои преимущества, в том числе достоинства капитализма. Но победа Запада над Советским Союзом не была победой капитализма над коммунизмом….  Но самый важный, на мой взгляд, урок холодной войны состоит в том, что обнаружилась самая глубокая цель Запада в этой войне – разрушение Советского Союза и России с любым социальным строем. Коммунизм был удобным предлогом и прикрытием сути войны. Кроме того, коммунизм был настолько органичен для России, настолько прочно вошел в образ жизни и психологию русских, что разрушение коммунизма было равносильно разрушению России и русского народа как народа исторического» - писал Александр Зиновьев..

К середине 90-х российский народ начал понимать, что с ним сделала ельцинская власть. «Экономическое положение большинства населения было хуже некуда: люди сидели без пенсий и зарплат, страна все время лезла во внешние долги, а деньги расхищали нувориши. Росли преступность и отряды бездомных детей. Ко всему прочему шла неудачная война в Чечне…Многие главы субъектов федерации устали от сумасбродства Бориса Николаевича, - вспоминает Михаил Полторанин,  – я часто ездил по стране и постоянно слышал об этом. Они знали, что в Зюганове гораздо больше демократии, чем ее было в Ельцине – особенно в последние годы. (Демократия в понимании Ельцина с прилипалами – это возможность грести все под себя бесконтрольно и безнаказанно, а для социал-демократа Зюганова – по традициям правопреемства именующего себя коммунистом, - это равенство всех перед законом, право абсолютного большинства населения на лучшую жизнь, в том числе, за счет института частной собственности)».

Срок президентства Ельцина заканчивался. В 1996 году народ должен был выбирать нового президента. Избирательная компания прошла так, что у россиян возник вопрос: законно ли присуждена победа Ельцину? Ответа на него нет до сих пор.

Как бы там ни было, но руки у Ельцина и его команды были окончательно развязаны. Россия из мировой державы  быстро превращалась в сырьевой придаток Запада.

А у народа после распада Советского Союза  стала нарастать ностальгия  по прошлому. « Включил телевизор, - писал  Александр Зиновьев, - показывали фильм советских времен. Я помню его. Тогда он казался посредственным, идеологически тенденциозным. Над ним, как и над большинством других фильмов, мы тогда издевались как над социалистическим реализмом». Теперь эти советские «агитки»  смотрятся как шедевры. Теперь мы не замечаем или игнорируем то в них, что раньше воспринималось как вранье и приукрашивание».

Ностальгическую тоску до сих пор испытывают многие россияне и соотечественники за рубежом, в том числе тоску по социалистическому типу личности с характерным стремлением к духовности,  высоким нравственным качествам. В особенности это свойственно старшему поколению, которое вышло на пенсию и в силу  естественных причин оказалось малоспособным реализовать себя в новой жизни.

Человеческая позиция Владимира Путина в то нелегкое для России время не отличались от взглядов большинства его современников.

Позднее, в пору президентства, он будет заниматься разрешением этой проблемы, стараясь объединить ставшее разнородным российское общество гимном Советского Союза,   красным Знаменем Победы, петровским триколором.

В середине 1996 года, в газете «Коммерсант» появился пассаж  о Владимире Путине как о самом влиятельном и самом загадочном руководителе Санкт-Петербурга. С тех пор о загадочности Владимира Путина будут говорить не раз, вплоть до той поры, пока он не станет самым загадочным президентом в мире.

Внимательным наблюдателям было понятно, что главные деятели северной столицы. Путин и Собчак, оказались психологически совместимыми, дополняя друг друга теми качествами, которые отсутствовали в каждом из них.

Владимир Путин  никогда не претендовал на то, чтобы представлять власть в качестве первого лица. Это была прерогатива Собчака. А последний, в свою очередь, не вникал в скучные подробности работы мэрии, всецело положившись на своего первого заместителя. По его мнению, Путин был человеком осторожным, но эффективным:«там, где я был склонен поработать шашкой, Владимир Путин добивался успеха другими и более продуктивными методами».

Незадолго до смерти, Собчак, в период, когда Путин выдвигался в президенты РФ, дал ему такую характеристику: « Путин показал себя истинным демократом, рыночником и в то же время человеком государственным, решительным и мужественным. Он действовал безупречно. Он занимался внешнеэкономическими связями, а потом, став моим первым замом, всем спектром вопросов городского хозяйства, и оставался вместо меня, когда я уезжал в командировки. Давайте вспомним, кто первым в России стал создавать совместные предприятия? Петербург. С 1990-го по 1995-й годы у нас в городе было около шести тысяч СП – более половины от общего  их числа в России. Именно Путин создал ассоциацию руководителей СП, которая помогала городским властям поддерживать благоприятный климат для бизнеса. Сколько мы тогда всего построили!… Первыми в России мы открыли у себя иностранные банки – не представительства, не филиалы, а самостоятельные дочерние банки со стопроцентным иностранным капиталом. Они, кстати, настолько укрепили банковскую систему города, что после августа 1998 года, когда московские банки посыпались, как горох, наши выстояли. Это мы в Петербурге, а не в Саратовской области, первыми в стране начали продажу земли под предприятиями, а также бесплатную приватизацию жилья».

В пору работы Путина в мэрии многими  было подмечено едва ли не  основное свойство характера: несмотря на высоту положения, сохранять верность людям, которых он уважал.

Сам Путин, как отмечали многие, был исключительно вынослив , обладал огромной работоспособностью, что не могло не вызывать уважения. Собчак это ценил,   полностью полагаясь на своего заместителя. Как бы то ни было, но Владимир Путин комфортно чувствовал себя, не гоняясь за внешней атрибутикой, а реально решая проблемы.

Все чаще люди стали подмечать и такую  человеческую черту Владимира Путина: если уж он составит собственное позитивное мнение о ком-либо,  то независимо от  негативной ситуации, в которую тот со временем может попасть, Путин практически не меняет своего отношения , и всегда старается оказать посильную помощь

В 1996 году Владимир Путин  защитил кандидатскую диссертацию по вопросам экономики: «Стратегическое планирование воспроизводства минерально-сырьевой базы региона в условиях формирования рыночных отношений».

Между тем пошел вниз   рейтинг Анатолия Собчака. Слишком уж резко контрастировал размах приемов, банкетов, тусовок с именитыми гостями, а горожане стали жить все хуже и хуже. Однажды из уст Собчака выскочило  такое признание: «Что касается моего появления в светских кругах, то, знаете, я ведь мэр Петербурга, духовной и культурной столицы России, а не мэр какого-нибудь Мухосранска или другого завалящего провинциального городка».

Народ разочаровывался в лидерах, которых недавно боготворил. Петербуржцам нужен был хозяйственник, который следил бы за состоянием города, наполняемостью бюджета, безопасностью горожан.

В июне 1996 года полномочия Собчака в качестве мэра  заканчивались. Уже в мае этого года были назначены выборы в мэрию, дабы не приурочивать их к выборам президента Российской Федерации. Конкурентами Собчака были довольно сильные фигуры: Юрий Болдырев, бывший народный депутат СССР, Александр Беляев, бывший председатель Горсовета, Игорь Артемьев, руководитель городской организации «Яблоко», Вячеслав Щербаков, контр-адмирал, Юрий Севенард, строитель ленинградской дамбы и другие. Но среди них был и первый заместитель Собчака Владимир Яковлев, председатель Комитета по управлению городским хозяйством. Его в городе знали как хозяйственника, «сантехника», не боящегося лазить даже в такие места, как городская канализация. Яковлев не был назначенцем Собчака, он работал в жилищно-хозяйственных организациях города с 1965 года, поэтому воспринимать его как «предателя» было бы странно.  Он выдвинул свою кандидатуру, выдержал испытание  пролившимся на него потоком дезинформации и клеветы. Его имя связывали даже с криминальными структурами города.

Владимир Путин в этот период испытал на себе, каково быть сильной фигурой в мэрии. Конечно, кого-то  незаменимый и несменяемый заместитель Собчака мог не устраивать. Не секрет, что некоторые депутаты напрямую работали с крупными фирмами, пытаясь заработать большие деньги, выполняя роль посредников. Путин им мешал, и они стремились сменить его на «своего» человека в мэрии. Но в чем бы ни пытались тогда обвинить Владимира Путина, все попытки оканчивались неудачей.

Известно, если кто-то действительно не замешан в противозаконных действиях, то обвинение не «прилипнет» к такому человеку. По свидетельству людей, работавших с Путиным, Владимир Владимирович не только не «подставлялся» сам, но и оберегал других – в частности, своего патрона.

Упрекали его  и в том, что мэрия, якобы, занималась игорным бизнесом. Речь шла о попытках Путина установить жесткий контроль над игорной сферой, для чего было создано муниципальное предприятие, которое, не владея казино, попыталось контролировать 51 процент акций игорных заведений  города, с которых государство должно было получать дивиденды. На деле происходило иное: все деньги с игорных столов уходили «черным налом», и хозяева показывали убытки тогда, когда мэрия  надеялась на  прибыль. Владимира Путина эта ситуация обогатила опытом. Он очень хорошо осознал неэффективность такой схемы с экономической точки зрения, так как она не была  продумана, а значит, обречена на неудачу. Позже, когда  Владимир Путин станет исполняющим обязанности Президента РФ, то скажет твердо и жестко: «Но если бы я остался работать в Питере, все равно эти казино додушил бы. Я бы их всех заставил работать на нужды общества и делиться с городом своими прибылями. Эти деньги пошли бы пенсионерам, учителям и врачам».

Запомним эти слова. Они  во многом являются ключевыми в понимании характера и мироощущения Владимира Путина. Между тем Россия, по его словам, превращалась « в идейные задворки Запада, в рынок сбыта западного идейного «дерьма». Тут не может быть никаких свежих идейных струй. Чтобы нечто подобное появилось, нужна стабильная жизнь, стабильное образование, традиции, школы, отбор способнейших, терпимость к оригинальным талантам и гениям, гражданственность, патриотизм и многое другое. На это нужно время, время и время. Нужны исторические усилия и историческое терпение. И защита со стороны государства и гражданского общества, хотя бы общественного мнения. Но у нас ничего подобного нет. Начинать некому. Творить не для кого. Никакой защиты. Никакой настроенности молодежи на тяжкий труд, на открытия ради самих открытий, на самопожертвование….

Разрушена государственная система, то, что создается, - это ублюдочная система колониального режима. Разрушена идеология, разрушено моральное и идейное состояние населения, разрушена культура, деморализована молодежь, растлевается следующее поколение…Такого тотального разрушения страны мы еще не знали, даже когда мы разгромили Германию во время Великой Отечественной войны, - ничего подобного не было…. У меня же лично позиция такая: мы обречены, и поэтому я, как русский человек, буду драться до конца, пусть я останусь один против шести миллиардов».

Заканчивался срок пребывания Собчака на посту мэра, приближались новые выборы, и Путин уже в апреле возглавил предвыборный штаб. Но как бы ответственно  в развернувшейся  ожесточенной конкуренции ни относился Путин к выборам, его усилия сводились на нет противниками Собчака. А они были очень сильными. Людмила Путина вспоминает: «Однажды Володя приехал ко мне на дачу со своим шофером. Мы посидели, поговорили. Пошли спать. И тут я вижу, что он кладет помповое ружье рядом с собой. Видимо, какие-то проблемы возникли. Я говорю: «Вовка, ты чего? Думаешь, помповое ружье тебя спасет?» Он отвечает: «Спасти не спасет, но так спокойнее». Это было в последний год работы Путина с Собчаком.

А тем временем и на голову Анатолия Собчака лился  поток грязи. Чего только не приписывали ему. Полтора года его преследовали за квартиру, которую он якобы купил за счет города. Завели несколько уголовных дел, по которым он проходил свидетелем, а потом в ходе предвыборной кампании был послан запрос в  Генеральную прокуратуру, проходит ли Собчак по уголовным делам, а получив ответ, что проходит, ( при этом не было указано, что проходит свидетелем), размноженный ответ был разбросан в городе в виде листовок с вертолета. Против Собчака работали и Яковлев,  и Коржаков, и Сосковец.

Путин вспоминает: «Собчак решил сам руководить штабом. Потом подключилась Людмила Борисовна, его супруга. И он объявил, что она будет возглавлять штаб. Мы переубедили его и ее, потому что не были уверены, что ей станут подчиняться все, кто нужен для работы в штабе. Пока решали, кто будет руководить кампанией, упустили массу времени.

Перед первым туром мы с Алексеем Кудриным, который тоже был заместителем Собчака, решили все-таки включиться. Но Собчак сказал, чтобы я продолжал заниматься городом. Надо же было, чтобы кто-то занимался хозяйственной деятельностью пятимиллионного Петербурга в тот период. Тем не менее, в последний момент между первым и вторым турами мы с Кудриным еще раз все же попытались включиться, но это было уже бессмысленно. Выборы мы благополучно продули».

Собчак проиграл с небольшим разрывом, всего в 2%.  Он был настолько потрясен, что ему долго не верилось в это. Проигрыш был для него большим ударом.

Владимир Яковлев, соперник Анатолия Собчака еще до выборов предлагал Владимиру Путину войти в его команду, но  Путин ответил отказом, так как ,по словам одного из людей, хорошо знавшим его,  Путину свойственна одна черта – «не бросать и не предавать своих». Он не видел себя в команде Яковлева еще и потому, что был инициатором заявления, в котором все чиновники мэрии подтвердили, что в случае поражения Собчака, все они покинут свои посты в Смольном. Это был хороший стимул для всех, кто работал с Собчаком, так как проигрыш последнего обязательно был и крушением жизни его окружения. Интересно, что Дмитрий Козак, руководитель юридического отдела, уволился сразу без всяких на то проволочек. Но именно его Владимир Путин  и уговорил вернуться и поработать с Яковлевым, так как городу нужны были профессионалы. Позже, когда Путин уже будет избираться на второй срок президентства,  именно Козак будет играть одну из главных  ролей в реформировании аппарата государственных служащих.

После  ухода Собчака,  Путин полтора месяца   находился без работы, так как «запасных аэродромов», в отличие от современных чинуш, у него не было. Как назло, именно в этот период сгорела дача Путиных и последние сбережения, которые по старой русской привычке хранились там «в банке»

После проигрыша команды Собчака к Путину отношение людей не изменилось. Однако он со свойственной  щепетильностью не мог себе позволить «лезть» к кому-то, полагая,  что тем самым может нанести вред своим общением. «Впрочем,-  вспоминает он собственные ощущения, - тот мир, который был у меня в Питере, я потерял. Это я понял тогда, когда проиграли выборы. В прежней системе отношений мне было не существовать. Все изменилось. И с этого самого момента надо было просто найти себя снова. Вот и все. И это было хорошее время для поисков самого себя… Это был хороший момент… доказать, что можно, начав с нуля, сделать что-то еще, конкретно проявить себя в чем-то».

Однако Владимир Путин не собирался менять свою жизнь принципиально. Его тянуло к государственной службе. Бизнес не прельщал. Если бы он и занялся еще чем-то, то только юридическими консультациями, то есть работал бы в русле своей специальности.

На предложение нового руководства города продолжить работу Путин ответил, что предпочитает быть повешенным за верность,  чем награжденным за предательство. Так он отреагировал в полушутливой форме,  чувствуя, что будет мешать новому руководителю, так как он был своего рода центром притяжения в  прежнем составе мэрии, посчитал, что ему лучше сменить и родной город.

После Санкт-Петербурга единственным притягательным местом представлялась Москва. Тем более, что  его бывший соратник Алексей Кудрин, который сразу ушел на работу в Москву, позвонил и пригласил работать в администрацию Президента РФ. Точнее, дело было так: «И вот практически в последние, предпоследние дни моего пребывания в кабинете в Смольном раздался телефонный звонок. Звонил Бородин. Думаю, что, с одной стороны, это было желание и мне помочь (а я верю в искренние добрые чувства). Помочь именно потому, что у меня были неплохие отношения с руководством в Москве, хорошие рабочие контакты, в силу того, что сложновато было работать с мэром. Ну а я принципиально не ввязывался в политику…. А во-вторых, может быть (я именно сейчас подумал об этом), хотели и самого Владимира Анатольевича Яковлева   избавить от не очень удобного человека. Получалось, что после выборов в Питере оставался Собчак, да  еще я, со своими дополнительными отношениями с силовыми структурами и армией ( а у меня были очень хорошие отношения со всем этим блоком). Может, и этим было продиктовано желание «изъять» меня из Питера. Но это соответствовало и моим желаниям.

- Так вот, совершенно неожиданно позвонил Бородин и спрашивает:

Чем занимаетесь?

- Да вот, бумаги собираю и освобождаю помещение, - отвечаю.

- А где собираешься работать?

- Пока не знаю, - отвечаю…

- Предполагаю, что у меня, в Управлении делами Президента, тебе скучно будет, а вот в Администрации – в самый раз.

- Хорошо, - отвечаю.

Согласился сразу, после чего приехал в Москву и встретился с Егоровым, который в то время возглавлял Администрацию Президента. Тот мне предложил должность начальника Главного управления (оно, кстати, занималось и вопросами внешней политики) - заместителя руководителя Администрации.

Во время беседы я сказал, что меня подобная работа устраивает. Егоров показал заготовленный указ. Сказал, что в течение недели он будет подписан у президента, и чтобы через неделю я пришел к нему.

-Мне здесь быть или же домой ехать? – спрашиваю.

-Поезжай домой, - сказал Егоров, - что тебе здесь сидеть. В ближайшие два дня подпишу указ, и тогда приезжай.

- Хорошо, - ответил я и уехал.

Однако за эту неделю произошли не очень приятные события. Егорова сняли с должности дня через два-три после моего отъезда. На его место назначили Чубайса. Честно говоря, я исходил из того, что Чубайс – не чужой человек. Если на работу брал Егоров, которого я до этого ни разу в глаза не видел, то Чубайс уж точно возьмет.

На всякий случай я с ним связался, напомнил, что была такая договоренность, и спросил, остается ли она в силе. Получил ответ, что да, остается. Но потом наступила очень длинная пауза, по-моему, как раз в пару месяцев…. Правда, потом на меня вышел Кудрин и сказал, что Чубайс тоже не против моей работы в администрации, но уже не в качестве заместителя руководителя, а просто начальника управления. Речь не шла о прежней моей должности потому, что структура самой Администрации была изменена и то главное управление, которое мне предлагал еще Егоров, было ликвидировано, расформировано.

- Приезжай, поговорим конкретно,- предложил Кудрин.

Я приехал. Пообщался с Алексеем, который, как выяснилось, сам проявил инициативу по поводу моего трудоустройства. Чубайса на тот момент в Москве не было – он уехал в отпуск. Более того, Кудрин мне сказал, что, уезжая, тот ему дал следующее поручение: « Можете с Путиным придумать любую должность, которую он захочет. И пусть он приезжает, работает».

Но что-либо выдумать мне лично было сложновато, потому что я никогда в Москве не работал. Тем не менее, мы с Алексеем походили по различным службам и в конечном итоге остановились, а вернее, мне предложили другое управление – по связям с общественностью. Я и с этим согласился без всяких амбиций, потому что надо было работать… Ну я и поехал домой, в аэропорт вместе с Кудриным, который меня провожал. По дороге мы вспомнили о том, что в этот день произошло, по-моему, назначение премьера или же основных ключевых людей в правительстве. В том числе на должность первого и единственного вице-премьера был назначен Алексей Алексеевич Большаков. И вот когда мы ехали с Кудриным в аэропорт, он вдруг говорит:

- А давай позвоним Большакову, поздравим его.

- Давай, - отвечаю, - если ты можешь – позвони. Я-то не могу. Меня ни с кем не соединяют и никуда не пускают. Я же теперь с улицы, а ты большой начальник. (Кудрин в это время возглавлял Главное контрольное управление). Поэтому если можешь, то позвони – я его тоже поздравлю.

Прямо в машине Кудрин снял телефонную трубку, попросил Большакова, его соединили, и он поздравил Алексея Алексеевича с назначением и прибавил, что, мол, вот и Володя Путин здесь, он тоже Вас поздравляет.

-А  Большаков ему и говорит: Передай ему трубку.

Я взял трубку и тоже поздравил Алексея Алексеевича с назначением.

- А где ты есть-то? – спрашивает  он у меня.

- Здесь, в Москве, - отвечаю, - мы едем с Кудриным в аэропорт. Я улетаю в Питер.

- А что ты там будешь делать?

- Сейчас мы были в Администрации президента, - говорю, - готовлюсь к работе в ней.

- В качестве кого?

Я назвал должность, которую мне предложили.

-А ты хочешь там работать?

-В принципе, да, - отвечаю, - буду работать.

-Знаешь, - внезапно говорит мне Алексей Алексеевич, - есть другое предложение.

-Какое?

- Пойти на работу к Бородину в Управление делами.

- А от кого это предложение исходит? -  спрашиваю.

- От нас с ним. Ты мне перезвони минут через пятнадцать.

- Хорошо, - отвечаю, при том что наша машина все идет и идет в сторону аэропорта.

Мы приезжаем в аэропорт. Уже пора улетать. Звоню Большакову. Он мне и говорит:

-Знаешь, давай дня через два прилетай и подойди к Бородину. Я с ним договорился, ты у него будешь работать заместителем». (1)

Позже, когда Владимир Путин встретился с Бородиным, тот предложил ему заниматься внешнеэкономическими связями, в том числе и недвижимостью за границей.

Существует много различных домыслов по поводу того, кто же конкретно способствовал дальнейшему продвижению Путина во властные структуры. Часто называли Чубайса. Однако Чубайс не только не помог Путину найти работу в Москве, но  впоследствии был против его кандидатуры, когда того выдвигали на пост премьер-министра.

На самом же деле  Алексей Кудрин был  тем, кто в трудную минуту протянул руку Владимиру  Путину, занявшись его трудоустройством. Больше того, именно у него на квартире и остановился Путин.  Такие заботы  не забываются. И последующие отношения этих двух людей, конечно, были пронизаны светом благодарности со стороны Путина. И дело, по всей вероятности, не только в простом чувстве благодарности, а и в том, что работоспособность и порядочность Алексея Кудрина, его сдобренная здоровым консерватизмом надежность были для нового президента России, особенно на первых порах, особенно необходимы.

Разумеется, никто не догадывался тогда, что Путина ожидает головокружительная карьера. Ему помогали потому, что ценили его организаторские способности и человеческие качества. Однако то, что ему помогали совершенно бескорыстно, по-дружески, было для Путина особо ценно. Побыв безработным, он прекрасно знал, как тяжело человеку, если ему не протянут руку помощи. Он и сам всегда был  готов был ее оказать тем, кто нуждался в его поддержке. Это качество он  и сохраняет  по сей день. Одни россияне считают, что  это заслуживает уважения, другие, напротив, полагают, что оно мешает Путину быть беспристрастным на посту главы государства.

На новом месте Владимира Путина приняли тепло. Особенно его тронули внимание и забота, с какой отнесся к нему Бородин. Он  быстро решил все вопросы, сняв у Путина таким образом ощущение неустроенности и по работе, и в быту.

Путин стал управлять огромным хозяйством за рубежом, так как после распада СССР кроме долгов Россия стала  собственницей 715 объектов недвижимости в 78 странах. Неизвестно, как сложилась бы ситуация с собственностью, будь вместо Путина человек  другого склада. Вот где развернулись  бы тот же Гусинский или Березовский. Но государственник Путин так успешно провел операцию инвентаризации  зарубежной недвижимости, что через короткое время каждый особняк был поставлен на баланс, и скрупулезно были расписаны не только  расходы на содержание, но и прибыль от сдачи в аренду.

Недолго пришлось Путину поработать у Бородина. Через три месяца Чубайс ушел из Администрации Президента в правительство на должность первого вице-премьера. Туда же увел за собой и Кудрина. На место Чубайса пришел Юмашев, не имевший  аппаратного опыта, но зато вхожий в семью президента.  Главное контрольное управление Администрации, осталось без руководителя,  и встал вопрос, кто должен его возглавить.

Кудрин порекомендовал Юмашеву на это место Владимира Путина и тот согласился. Так Владимир Путин стал во главе Главного контрольного управления Администрации Президента. Эта работа не приносила большого удовлетворения, однако  привычка качественно и добросовестно относиться к своим должностным обязанностям делала свое дело.

И на этом поприще Путин сумел добиться за короткий срок видимых результатов. Прежде всего, он сделал все возможное ( с помощью группы аналитиков, которую сам же и создал), для того, чтобы определить истинную картину положения дел в регионах.  Он не успокаивался, пока не выявлял и не учитывал все факторы, от которых зависело решение региональных  проблем.

Но тут ушел из Администрации Александр Казаков, курировавший региональную политику. Валентин Юмашев предложил Владимиру Путину, имевшему опыт работы и в крупнейшем субъекте Федерации и уже глубоко вникшему в дела многих регионов, стать заместителем руководителя  Администрации Президента  по этому направлению.

Некоторое время, с марта 1997 года Путин совмещал две должности, сохраняя пост  руководителя Главного контрольного управления администрации Кремля.

К этому времени сгустились тучи над Анатолием Собчаком. Дело «с квартирами», начавшееся еще в мае 1995 года, когда начальник ФСБ Барсуков и министр внутренних дел Куликов, генеральный прокурор Скуратов создали межведомственную следственную группу, отразившую результаты расследования в нескольких десятках томов, продолжало раскручиваться.

В результате был установлен факт коррупции в деятельности мэра Собчака. После ареста трех сотрудников экс-мэра сам Собчак, прямо из здания прокуратуры, где случился с ним третий инфаркт,  попадает в больницу.  Ему грозит арест.

Владимир Путин пристально следит за событиями. Он приезжает в Петербург, уточняет у лечащих врачей подробности болезни Собчака, встречается с профессором Шевченко,  от которого узнает, что состояние экс-мэра весьма тяжелое. Он встретился и Собчаком и с его женой.

Благодаря  ноябрьским праздникам обстановка в городе была каникулярная. Используя старые связи, Путин оперативно и незаметно, сказался опыт разведчика,  организовал выезд  Собчака из России.

Позже он скажет об этом так: «Я был в Питере, встречался с Собчаком, приходил к нему в больницу. Седьмого ноября друзья из Финляндии прислали санитарный самолет. Поскольку это было 7 ноября, когда страна начала праздновать, то отсутствие Собчака в Санкт-Петербурге обнаружили только 10 ноября».

Борис Ельцин этот же эпизод через призму своего восприятия подает следующим образом: « Путин лучше,  чем кто бы там ни было, понимал всю несправедливость в отношении своего бывшего шефа и политического учителя. Он немедленно выехал в Петербург. Встретился с бригадой врачей, в частности с теперешним министром здравоохранения Шевченко, сказал о том, что попытается вывезти больного Собчака за границу. Благодаря ноябрьским  праздникам обстановка в городе была спокойная. Используя свои связи в Петербурге, Путин договорился с частной авиакомпанией и на самолете вывез Собчака в Финляндию. И уже оттуда Анатолий Александрович перебрался в Париж.

За Собчаком следили, выполняя инструкцию не выпускать его из города. Но следили не очень бдительно, думали, вряд ли кто-то будет помогать без пяти минут арестанту «Крестов» - в наше-то прагматическое время. Но один такой человек нашелся. Позже, узнав о поступке Путина, я испытал чувство глубокого уважения и благодарности к этому человеку».

Путин никого не просил о снисхождении к Собчаку, в том числе и самого Ельцина,  но он действовал. Случай с отношением Путина  к бывшему шефу запал в душу Ельцина.

Спустя время Ельцин еще раз вернется к этому эпизоду: « Путин не торопился в большую политику. Но чувствовал опасность более чутко и остро, чем другие, всегда предупреждая меня о ней. Когда я узнал о том, что Путин переплавлял Собчака за границу, у меня была сложная реакция. Путин рисковал не только собой. С другой стороны, поступок вызывал глубокое человеческое уважение…  Понимая необходимость отставки Примакова, я постоянно и мучительно размышлял: кто меня поддержит? Кто реально стоит у меня за спиной? И в какой-то момент понял – Путин».

25 мая 1998 года Путин назначается первым заместителем руководителя Администрации президента по работе с регионами. А  в главное контрольное управление приходит, по рекомендации Владимира Путина,  Николай Патрушев.       Для самого Путина это был своеобразный подарок судьбы, так как именно эта живая работа наиболее отвечала склонностям его души, и он был очень рад ей.

Руководитель Администрации Валентин Юмашев, будучи  личностью творческой, часто оставлял Путина вместо себя. «И тогда, - вспоминал Борис Ельцин, - нам приходилось встречаться чаще. Путинские доклады были образцом ясности. Он старательно не хотел «общаться» и, казалось, специально  убирал из наших контактов, какой бы то ни было личный элемент. Но именно потому мне и хотелось с ним поговорить! Поразила меня и молниеносная реакция Путина. Порой мои вопросы, даже самые незамысловатые, заставляли людей краснеть и мучительно подыскивать слова. Путин отвечал настолько спокойно и естественно, что было ощущение, будто этот молодой, по моим меркам, человек готов абсолютно ко всему в жизни, причем ответит на любой вызов ясно и четко. Вначале меня это даже настораживало, но потом я понял – такой характер».

Скрупулезно рассматривая любой вопрос, предпочитая эволюционный путь развития, Путин наладил диалог  с губернаторами так конструктивно, что авторитет его в их глазах быстро возрос. Путину нравилась эта работа. Он проявляет недюжинную энергию и фантастическую работоспособность. Это отмечалось всеми. Но и на этом посту ему пришлось задержаться ненадолго.

Ельцин был очень недоволен усиливающимся авторитетом директора ФСБ Николая Ковалева, а также независимостью его суждений. Надо сказать, что Владимир Путин уже много лет не интересовался этой темой, настолько далеко и глубоко он вошел в реку  своей новой жизни. Знал, видимо, только одно – возврата к к спецслужбе нет!

И для него было полной неожиданностью, когда  раздался звонок Валентина Юмашева:«Не мог бы ты подъехать в аэропорт и встретить Кириенко? Он прилетает со встречи с Борисом Николаевичем (Борис Николаевич тоже где-то был на отдыхе).

- Конечно, подъеду, встречу, - отвечаю.

А Кириенко в то время был премьер-министром.

Я поехал в аэропорт. Выходит из самолета Кириенко и говорит:

- Я тебя поздравляю.

- С чем?

- Ты назначен директором ФСБ.

- Спасибо.

Вот так я и оказался директором ФСБ», - вспоминает Владимир Путин.(4)

По воспоминаниям Ельцина, картина замены Ковалева была следующей: «Я задумался, кого ставить вместо Ковалева? Ответ пришел мгновенно: Путина! Во-первых, он немало лет проработал в органах. Во-вторых, прошел огромную управленческую школу. Но, главное, чем дольше я его знал, тем больше убеждался: в этом человеке сочетаются огромная приверженность демократии, рыночным реформам и твердый государственный патриотизм».

Согласовав это назначение с премьером, Сергеем Кириенко, Борис Ельцин был уверен, что Владимир Путин будет доволен, однако он ошибся.  Путин принял это назначение без радости и даже с некоторым  разочарованием.

Человек, однажды уже решивший для себя проблему, как правило, не желает вновь обращаться к пройденному этапу своей жизни.  Путин из этой породы. Однако, поскольку ему  доверили этот сложнейший участок работы, он, привыкший ответственно относиться ко всему, чтобы ему ни поручали, основательно берется за работу.

Прежде всего, невзирая на то, что поменялись премьеры: вместо Сергея Кириенко стал Евгений Примаков, - он реорганизовал центральный аппарат, освободившись от многих пенсионеров и сделав своими заместителями людей, с которыми потом будет работать и на более высоком поприще: Сергея Иванова, Виктора Черкесова, Николая Патрушева.

Еще одним подтверждением правильности выбора  для Ельцина стало то, что Путин и  в истории со Скуратовым  однозначно выступил на стороне главы государства.

Позже Александр Проханов осуждал Владимира Путина за сюжет с человеком, «похожим на генерального прокурора», задавая вопрос: «Несет ли Путин личную ответственность за операцию ФСБ по грязной дискредитации генпрокурора

Скуратова с использованием явочной квартиры ФСБ, «комитетских шлюх» и скрытых съемочных камер?»

На что Путин ответил в одном из интервью на телевидении, сказав, что на посту генерального прокурора нужно вести себя нравственно и тогда не будет сюжетов, подобных этому. Сказал довольно резко, но такова  была его точка зрения.

Как бы там ни было, но этот эпизод произвел глубокое впечатление на  Бориса Ельцина, посчитавшего, что Владимир  Путин поступил так из личной преданности. Видимо, тогда он окончательно решил, что на этого человека можно  полагаться. О чем Путин, конечно, пока даже не подозревал.

29 марта 1999 года,  Путину доверят еще одну должность – Секретаря Совета Безопасности России.

Надо сказать, произошло это не случайно. Рейтинг Ельцина к этому времени  упал до такой степени, что крупные  карьерные политики буквально шарахались от него, не желая разделять  ответственность за ошибки и грехи.

На фоне разнузданной «свиты короля» образца 1999 года Владимир Путин  выгодно отличался незапятнанностью своей биографии, верностью по отношению к людям, поддержавшим его в трудные годы, и тем, кто старался честно служить государству

В мае 1999 года Примакова сменил Степашин, а 9 августа этого же  года Путин стал сначала первым заместителем Председателя правительства РФ, а затем, в том же августе,  – исполняющим обязанности Председателя правительства России.

Это было началом восхождения на политический Олимп.

« Семья» Ельцина находилась в эту пору на грани истерики. И было от чего: был поставлен вопрос об импичменте президента, и хотя он не прошел, оппозиция продолжала оставаться очень сильной и жаждала крови. Беспокоил союз Примакова с Лужковым в будущей борьбе за президентство. При ужасающе низком рейтинге Ельцин не мог конкурировать с ними. Политическая элита, чувствуя это, качнулась в сторону противников Ельцина.

Именно тогда возник прагматический  вопрос о возможном добровольном уходе Бориса Ельцина с политической арены.

При этом нужно было сохранить себя и свою семью в том состоянии, каким оно было в эту пору, со всем нажитым. Кроме нового президента никто не мог дать такой гарантии экс-президенту РФ. Однако  не каждый человек  мог сдержать свое слово в виду многих обстоятельств. Ельцин это отчетливо понимал и потому, избрав Владимира Путина, подчеркнул, что       «собирался предложить ему не просто «повышение по службе». Он « хотел передать ему шапку Мономаха. Передать ему свое политическое завещание: через победу на выборах, через нелюбимую им публичную политику, во что бы то ни стало удержать в стране демократические свободы, нормальную экономику. Донести эту ношу до 2000 года будет очень и очень непросто. Даже такому сильному, как он».

Для осуществления своей задачи Ельцин выбрал август, рассчитав, что он « самая отпускная пора. Назначение Путина будет как гром среди ясного неба. Все мгновенно накалится. Но несколько амортизирующих недель, когда людям так не хочется влезать в политику, выходить из благостного настроения, у нас будут. У Путина будет время, чтобы взять разгон».

Стремительное карьерное движение Путина можно во -многом объяснить качествами его характера. «Путин человек эмоционально сдержанный и достаточно скрытный. Понять его отношение к обсуждаемому предмету не всегда просто. Как правило, он работает «на прием». Люди, умеющие слушать, анализировать информацию, и не делящиеся результатами этого анализа, обычно очень трудны для восприятия. Поэтому его знают ровно настолько, насколько он позволяет о себе знать. Наверное, поэтому в затруднительном положении находятся политологи, которые привыкли анализировать простые натуры, где все понятно и все на виду и где все реакции можно легко вычислить. А здесь впервые за многие годы появилась достаточно сложная натура, которая не очень легко просвечивается».

Что же могло заставить Ельцина, искушенного человека, испытывающего на себе сильнейшее давление со стороны окружавших его людей, ищущих его внимания, стремящихся к внеслужебным с ним отношениям, начать присматриваться к Путину? Прежде всего, как он сам отмечал,  его поражала постоянная готовность этого молодого человека, казалось бы, ко всему, что могло интересовать Президента РФ. Ему импонировали простота, четкость и ясность суждений Путина  в сочетании с отказом выходить за рамки чисто служебных отношений.  Эти черты личности Путина в чиновной среде ценились высоко. Некоторая отстраненность от происходящего, на  нее обращали внимание еще школьные учителя,  сыграла в высшей чиновной среде свою роль, дав Путину возможность, находясь в непосредственной близости от Ельцина и его «семьи», не стать ее членом. На это обстоятельство, несмотря на многочисленные домыслы, обращали внимание те, кто был посвящен в политические таинства кремлевских лабиринтов ельцинской эпохи.

Но хотя Ельцин подчеркивал приверженность Путина  демократии и государственности, его притягивали не только эти черты личности.  Главное, что оценил тогда Ельцин,  начав пристально вглядываться в Путина -  надежность, порядочность, умение быть, даже самой паршивой ситуации, людям, верным людям, с которыми его сводила жизнь и которые, в свою очередь , в свое время поддерживали его.

Истории с Собчаком и Скуратовым Ельцин расценил в свою пользу. Но это не дает полного ответа на вопрос, почему Ельцин остановил свой выбор на Путине в качестве Премьер-министра, а затем и Президента РФ?

В свое время в печати муссировалась версия о «заговоре», в итоге чего Ельцин был обязан назначить преемника. Кто же в этом случае был «заговорщиками»? Одни западные журналисты называли армейский генералитет и силы безопасности, другие считали, что ими являются  российские олигархи. Конкретным  покровителем Путина называли Березовского.

Если вспомнить громкое  утверждение Эдуарда Тополя о том, что в эпоху Ельцина к власти в России пришли евреи, то незамедлительно встает вопрос: почему тогда  именно Путину вдруг была отдана высшая государственная власть?  Путину,  которому во время первых шагов  в качестве президента РФ, пришлось столкнуться со столпами еврейской элиты в России: Гусинским, Березовским, Смоленским, а позже и с Ходорковским, со всеми, к кому обращался Эдуард Тополь в своем, теперь уже знаменитом, письме к олигархам:

Пожалуй, ближе всего к разгадке истины подошел  Николай  Федоров, когда сказал: « Тут комплекс причин. Но одну я бы выделил. Это отношение Путина к Анатолию Собчаку, своему учителю. Он не отступился от него…  Это важное качество Путина – для него самого, как я понимаю. И для Ельцина – как я понимаю его».

Путин не отступался от тех, с кем приходилось работать, даже если эти люди теряли посты и должности.  То есть, с точки зрения Путина, непорядочно и недопустимо предавать коллег и начальников тогда, когда у них наступает полоса трудностей.

Иными словами, Борис Ельцин, перебирая свое окружение, примеряя их на пост  Премьера, тем более – Президента, - искал, прежде всего, надежности, уверенности в том, что его не предадут.  Он не мог не осознавать, что ему нужны гарантии безопасности от будущего президента и от жаждущих реванша оппозиционных сил. Поэтому он расстался со всеми, в ком хоть чуть сомневался, хотя и ценил их деловые качества. Чутье Ельцина  не подвело.

В одном из своих интервью на вопрос Людмилы Телень: Как вы принимали решение о преемнике? – он ответил так: «Я довольно долго изучал его (Путина), и не только по анкетам. Хорошо был знаком с его работой в Питере у Собчака.  А когда он переехал в Москву, тем более стал присматриваться. Я довольно много времени на это потратил. Вижу, человек не просто умный и грамотный, но очень выдержанный и порядочный».

Под «порядочностью» Ельцин понимал надежность слова. А оно ему было необходимо как никогда, так как ненависть и презрение россиян достигли по отношению к нему и его семье апогея. Нужно было срочно уходить, чтобы не испытывать судьбу

После долгих размышлений Ельцин пригласил Путина к себе и сказал  о том, что хочет предложить ему пост премьер-министра. Осталось только еще переговорить со Степашиным, по поводу которого он уже принял решение. Владимир Путин вспоминает: «Накануне увольнения Степашина мне позвонили и попросили утром приехать к Ельцину в Горки. Мы сидели вчетвером – Борис Николаевич, Степашин, Аксененко и я. Сергею президент объявил об отставке. Представляете мое состояние! Я же его товарищ. Оправдываться мне вроде перед ним не в чем. Ну что сказать: «Сергей, все равно тебя уволят… Когда назначили премьером, было интересно, почетно. Думал, ну поработаю год, и то хорошо… А дальше…».

9 августа 1999 года появился Указ президента РФ о назначении Путина и.о. Председателя Правительства РФ.

Ельцин поставил одно важное условие: Путин должен организовать победу  на выборах в Государственную Думу. Владимир Путин с тоской вспомнил о выборах мэра Санкт-Петербурга, проваленных в прошлом, и спросил Ельцина, на кого же он должен опираться на выборах? На что тот ответил: «Не знаю. Будем строить новую партию».

Чубайс в период назначения по-прежнему  чутьем ощущал в Путине чужака  и потому, всеми силами противился его назначению, уговаривая Ельцина не передавать  власть.

Не видя понимания со стороны президента РФ, Чубайс пытался надавить и на самого Путина: «Ты просто не знаешь, что это такое. Лучше поэтому отказаться сейчас самому, чем позднее под влиянием обстоятельств». На что Путин  кратко ответил: «Извини, это решение президента. Я обязан его выполнять. Ты на моем месте поступил точно так же».

Выдающийся русский мыслитель Александр Зиновьев дал точную характеристику личностям Горбачева и Ельцина, созданным ими социально-политических режимов. « Период российской истории, начавшийся в 1985 году, разделяется на две части. Они персонифицированы именами Горбачева и Ельцина. Эти два человека дали свои имена новому периоду российской истории не в качестве выдающихся личностей, а, наоборот, в качестве самых гнусных порождений советского периода. Они причинили зла своей стране и своему народу больше, чем все их заклятые враги, вместе взятые. Возглавляемые ими клики развязали, мобилизовали самые грязные и разрушительные силы и страсти советского и затем российского общества, опираясь на которые они направили страну на путь капитуляции перед Западом и превращения страны в зону колонизации Запада. Не случайно они удостоились самых высших похвал на Западе. История человечества не знает ничего равного тому, как эти пигмеи были раздуты в средствах массовой информации Запада до масштабов исторических великанов. Правда, лишь на короткий срок, пока они громили свою страну и свой народ согласно инструкциям со стороны Запада и в угоду своим западным хозяевам…. Результатом «холодной войны» явилось то, что распался советский блок в Европе и Советский Союз утратил роль второй сверхдержавы планеты. И главную роль в этом сыграли не мудрость и мужество лидеров Запада, а предательская внешнеполитическая стратегия советского руководства. Оно по своей инициативе, добровольно капитулировало перед Западом, само приползло на коленях к противнику со слезными мольбами принять добровольную капитуляцию. На Западе не ожидали такого щедрого подарка. Это было сделано с поистине русской щедростью. Это была своего рода антиатака на Запад: мол, возьмите все, что мы имеем, причем даром, даже с приплатой…было невдомек, что Запад сам уже начал перестройку планеты, но по своим, западным планам и что в этих планах Запада ему, Горбачеву, отвели соответствующую роль – роль разрушителя советского общества».

Итак, констатируем вслед за Александром Зиновьевым, что « в ельцинский период произошел антикоммунистический переворот в России. Он начался в августе 1991 года и завершился в октябре 1993 года расстрелом Верховного Совета (Белого Дома). Был разгромлен советский (коммунистический) социальный строй, и на его месте был наспех сляпан постсоветский строй», который «возник не путем некоей естественной, внутренней эволюции советского общества, а был насильственно навязан России (сверху) в результате капитуляции Советского Союза перед Западом в «холодной войне» - как средство насильственной западнизации России. При этом России навязывался не столько реальный социальный строй западного образца, сколько его идеологически-пропагандистский образ, какой был выгоден победителю с целью разгрома России и удержания ее под своим контролем и использования ее в своих интересах. Этот строй был умышленно сконструирован так, чтобы не допустить возрождения России как мировой державы, способной конкурировать с Западом в борьбе за мировое господство».

ДВИЖЕНИЕ  К  ВЫСШЕЙ  ВЛАСТИ

«Ельцин не спрашивал, согласен ли я стать премьером или нет. Он лишь сказал, что относительно Степашина уже принял решение. Кстати, в разговоре со мной он не произносил слова «преемник». Ельцин говорил о «премьере с перспективой», что если все пойдет нормально, то он считал бы это возможным.

А потом, уже в эфире, президент сказал обо мне как о будущем возможном президенте. Он произнес это вслух на всю страну. И когда меня сразу после этого забросали вопросами, я ответил: «раз президент сказал, то так и сделаю». Возможно, это прозвучало не очень уверенно, но по-другому ответить не мог. На высоком посту главы правительства  он мог просуществовать столько, что и другие до него, а то и меньше. По всей вероятности, Ельцин желал подтвердить свои мысли о порядочности избранника, заодно и посмотреть, как же он поведет себя на новом, головокружительно  высоком поприще.

Владимир Путин повел себя в новом качестве просто, активно и вместе с тем сдержанно, что вновь полностью оправдал ожидания  уходящего президента, а также  поразил многих, кто не верил в него.   Это было весьма неожиданно для тех, кто снисходительно отнесся к приходу Путина в большую власть. Ведь совсем недавно Юрий Лужков по поводу его прихода пренебрежительно бросил: «Сплошной абсурд власти». Мэра столицы поддержали Геннадий Зюганов и Борис Немцов: «Клиника», «Акт безумия». Правда, депутаты  Государственной Думы, заслушав 16 августа выступление Путина, сразу утвердили его на посту премьер-министра. Похоже, что-то основательное и надежное проступило в образе Путина в момент представления его Думе. Корреспонденты, ожидавшие очередного скандала, были разочарованы: «Было как-то невесело и даже немного скучно». («Московский комсомолец»). Они еще не знали, конечно,  что с приходом Путина то скандальное веселье (драки, оскорбление женщин рукоприкладством и т.п.), которому они с таким удовольствием предавались на заседаниях Государственной Думы, отойдет в прошлое, наступит время напряженной конструктивной работы, лишенной циркового эпатажа.

Владимир  Путин, став премьером, решил для себя, раз его миссия скоро может так же внезапно, как и у Степашина, без видимых причин быстро закончиться,  надо всерьез взяться за разрешение ситуации на Северном  Кавказе. Успеть, хотя бы это сделать,  так как в противном случае России грозит распад, какой с полной уверенностью  уже предрекает Запад. Позже он вспоминал об этой непростой полосе своей жизни: «Тогда совсем непонятно было, чем все закончится, но мне, и не только мне, наверное, было ясно, что на Северном Кавказе «башку себе этот паренек сломает». Я к этому так относился. Сказал себе: Бог с ним, у меня есть какое-то время – два, три, четыре месяца, - чтобы разбабахать этих бандитов. А там уж пусть снимают».

Став главой Правительства, Путин, первым делом направил свои силы на разрешение кавказской проблемы. Обеспокоенный ситуацией в  Чечне, он срочно вылетел туда,  чтобы на месте принять свое решение. Он понимал, что надо бить по базам, а не гонять зайцев по лесам, понимая, многое, что до него делалось, было «любительством».

Еще в 1990-91 годах, на прежней службе, он был осведомлен о том, что кроме чеченских боевиков, с Россией воюют международные силы, желающие, чтобы поставить ее на грань распада. Он лично убедился в этом, желая остановить войну.  Это было страшное время. « Моя оценка ситуации в августе, когда бандиты напали на Дагестан: если мы сейчас, немедленно это не остановим, России, как государства, в ее сегодняшнем виде, не будет. Тогда речь шла о том, чтобы остановить развал страны. Я исходил из того, что мне нужно будет это сделать ценой политической карьеры. Это – минимальная цена, которую я готов был заплатить. Поэтому, когда Ельцин объявил меня преемником и все сочли, что для меня это начало конца, я был совершенно спокоен.

Ну и черт с ним. Я посчитал: несколько месяцев у меня есть, чтобы консолидировать вооруженные силы, МВД и ФСБ, чтобы найти поддержку в обществе. Хватит ли времени – вот только об этом и думал…

Первое, что я обязан был сделать, - это преодолеть ведомственную разобщенность: когда армия не понимает, что делает МВД, а ФСБ критикует всех, но сама ни за что ответственности не несет. Мы – одна команда, единый организм. Только тогда будет успех».

Путин понимал, что получившую независимость Чечню международные силы могли использовать как плацдарм для дальнейшего наступления, а то и прямо  на Россию: «Вот захлестнуло бы Дагестан – и все. Кавказ отошел бы весь, это же понятно. Дагестан, Ингушетия, а потом вверх по Волге – Башкортостан, Татарстан. Это же направление вглубь страны».

Для Владимира Путина вопрос о Чечне был вовсе не  борьбой  против ее самостоятельности, а войной против агрессивных устремлений международных сил, которые столь резко проявились на ее территории. « Мы не нападаем. Мы защищаемся. И мы их выбили из Дагестана. А они опять пришли. Мы опять выбили, а они пришли. И в третий раз выбили. А когда дали им серьезно по зубам, они взорвали дома в Москве, в Буйнакске, в Волгодонске».

После  утверждения Путина на посту премьер-министра  приоткроется еще  одна черта его характера: находясь в Казахстане и отвечая на частый и уже поднадоевший вопрос, заданный журналистами по поводу ситуации в Чечне, Владимир Путин неожиданно для присутствовавших страстно и жестко скажет: «Мы будем преследовать террористов всюду. Если в туалете поймаем, то и в сортире их замочим». При этом, все, кто наблюдал эту сцену, видели в этот момент выражение его лица, заметили, как оно посуровело,  и как жестко сверкнули  глаза. И тут же лицо его вновь  обрело первоначальное доброжелательное выражение.  Но всем, кто это заметил, вдруг стало понятно, что у этого человека есть воля и решимость довести дело до логического конца, что этот человек обладает необычайной силой характера. И как ни странно, но людям это понравилось: появилась надежда на приход в большую российскую власть сильной личности.

Завершение второй чеченской войны, несмотря на то, что оно сопровождалось серией террористических актов, как на территории Чечни, так и за ее пределами, способствовал росту популярности Владимира Путина. Премьер-министр воспринял международных террористов как преступников, поэтому он сразу четко обозначил свою позицию « С этими людьми бесполезно проводить профилактическую работу, их нужно выковыривать из подвалов и пещер, где они до сих пор прячутся, и уничтожать». Позже, став президентом и давая интервью американской радиостанции, он еще раз вернется к этой теме: «Террористы – это преступники, заслуживающие самого жестокого с ними обращения. Когда Буш говорит о Бен Ладане как «о злодее» - он очень интеллигентно выражается. У меня есть другие определения. Но я не могу их использовать в средствах массовой информации».

Для Путина международные террористы и местные чеченские боевики рассматривались как преступники, использующие стремление народа Чечни к самостоятельности и процветанию.

Одновременно с  решительными действиями на Кавказе новый глава  Правительства не упускал из виду внутриполитические проблемы. За три месяца до выборов было создано новое центристское объединение «Единство». Само по себе «Единство»  не приковало большого внимания россиян. Однако появление на политическом небосклоне фигуры Путина, сразу сумевшего мощно заявить о себе как о человеке дела,  не бросающем своих слов на ветер, мгновенно придало «Единству» зримую весовую категорию, как только Путин заявил, что будет голосовать за партию Сергея Шойгу.

19 декабря состоялись выборы в Думу. Они ознаменовались в сущности победой  Путина, так как «Единство», за которое голосовал премьер, взяло 20% голосов.

Многих поразила тогда электоральная победа Владимира Путина на думских выборах. Все помнили провалы предыдущих премьерских партий.

Однако эта избирательная компания открыла Путину глаза  и на то, как в современной России можно с помощью грязных технологий, черного пиара и неправедных денег  растоптать в сердцах людей идеалы справедливости , дезориентировать общество. Он еще раз убедился в зависимости журналистов от своих хозяев, от денежных сумм, которыми оплачивались авторские программы и содержание газет. Образ телекиллеров были тому яркими свидетельством. Убедился он и в том, что частные телеканалы способны внедрить в массовое сознание за считанное время все, что угодно. «То, как прошла избирательная компания, избавило меня от главной необходимости – необходимости вводить в заблуждение массы населения».

Не случайно, отвечая на один из вопросов журналистов о независимости СМИ,  Путин мгновенно остроумно парировал: «А что  - есть независимые?».

Думается, прав был политолог Николай Ульянов, когда объяснял  причину популярности Владимира Путина у россиян: «Причина быстрого роста популярности председателя правительства уже не в том, что Путин говорит и действует жестко, а это приходится по душе населению, уставшему от криминального беспредела, бесхозяйственности и воровства чиновников, а в ощущении, что этот премьер, в отличие от предыдущих, знает, что нужно делать для исправления кризисной ситуации в стране, и имеет осмысленный план действий. И не боится проявить самостоятельность, не оглядываясь на президента и его окружение. Поэтому даже полная поддержка Путина со стороны Ельцина, демонстрируемая президентом на каждой встрече с премьером, не снижает рейтинг доверия к последнему со стороны российских граждан. Если судить о качествах премьер-министра на примере его действий на Северном Кавказе, то первое, что бросается в глаза, - Путин дает обещание и выполняет. Так было в Дагестане и так происходит в Чечне, где за последние месяцы не отмечено ни одного серьезного случая несогласованных действий военных и подразделений МВД, которые повлекли бы за собой неоправданные человеческие жертвы».

Уже тогда, изучая обстановку на Кавказе, Путин остро осознал, что Чечня будет способна своим примером объединить все кавказские республики. Но для этого мало победить, надо сделать так, чтобы народ стал ощущать защиту государства, чтобы в нем было безопасно жить.

После Беслана Путин откровенно заговорил о поддержке некиими силами на Западе сепаратистов  с целью ослабления России. Обращаясь к россиянам, он сказал: «Мы проявили слабость, а слабых бьют». И тут же «западники» начали цепляться  к этой фразе: «Ах, славяне любят  и признают только силу. Ах, это свойство национальной психологии». А он имел ввиду другое. Для того, чтобы стать сильными, надо осознать свои слабости, работать на восстановление российской экономики,  обороноспособности страны, а не ныть и ходить по миру  с протянутой рукой. Он верил в свое отечество, говоря: «Россия может подняться с колен и как следует огреть», а «Кто нас обидит, тому в течение трех дней мало не покажется».

Сегодня, после горбачевской и гайдаровской инфантильности вновь стал очевидным тот факт, что силу  любят США и Западная Европа. Об этом можно судить по Югославии, Афганистане, Ираке, Ливии, где лилась и льется кровь в результате явных и неявных вторжений военного блока НАТО.

Была тогда и  еще одна зацепка для обвинений в адрес Путина: он -  офицер – чекист. Ему давали уничижительные  характеристики особенно после жестких слов в адрес генерала Калугина,  ему подобных предателей.

Путин был благодарен той среде, что дала ему профессию. Служба в КГБ заострила и развила его   личные качества, сделала его государственником.

Владимир  Путин провел детство, молодость и часть зрелых лет  в мирной стране, когда страшная война была уже позади, когда росло благосостояние  народа, когда СССР имел колоссальный авторитет на международной арене. Он привык гордиться своей страной, народом – победителем. И когда это ощущение в одночасье было отнято, он,  как и весь народ, был уязвлен этим.

Понимая, что на чужой роток не накинешь платок, он иронично относился к подкавыркам по поводу того, что служил разведчиком:  «Я не очень был взволнован тем, что ночевал на ранчо у Буша. Он должен был сам думать, что будет, если он пустил к себе бывшего сотрудника разведки. Но и сам Буш – сын бывшего главы ЦРУ. Так что мы были в семейном кругу и чувствовали себя неплохо».

Популярность нового премьера росла. Интриганы из кремлевской камарильи пытались внушить Ельцину, что Путина надо опасаться, ведь  он, чего доброго, может неожиданно отнять власть у главы государства.  В журнале «Профиль» была тогда  опубликована характерная  статья, в которой говорилось, что нынешний премьер – фигура, по замыслу, абсолютно протокольная. Но он, вопреки ожиданиям Кремля, оказался профессиональным политиком. … « Этим он напрягает Ельцина и его окружение. Путин не снял и не назначил ни одного министра, а потому не ввязался в войну олигархов. Он выполняет все просьбы администрации. И хотя Путин для президента, как для бывшего члена Политбюро, почти небожителя, никто, потому как снять его можно росчерком пера, но этот никто очень умный. Ельцина не может  не раздражать, что Путин чрезмерно все правильно делает. Раз так, значит, бережется, значит, какие-то глубинные мысли есть. Вообще Путин не ельцинского духа человек».

Верное было, кстати,  замечание: «не ельцинского духа человек»!

Между тем Ельцин, не реагируя на прессу, расширял полномочия Владимира Путина и помалкивал, видимо у него уже не было другого выбора. Окружение президента  чувствовало, что близятся последние дни правления Ельцина. Ельцин понимал: нужно вовремя уйти, чтобы не пострадать, оставив  на посту президента России человека, который сможет сдержать данное ему слово не преследовать по-человечески дорогую ему семью. Примаков, Зюганов, Лужков были чужими, опасными для ельцинской семьи людьми. Путин же был, хотя и не совсем «своим», но неангажированным и предсказуемым человеком.

Первый  разговор Ельцина с Путиным о возможном президентстве состоялся 14 декабря 1999 года, еще до выборов в Государственную думу. Ельцин сказал, что хочет уйти с поста президента РФ и оставить вместо себя и.о. президента Путина. Он добавил, что хочет уйти до Нового года.

- Думаю, я не готов к этому решению, Борис Николаевич, - сказал Путин.- Понимаете, это довольно трудная судьба.

- Я тоже когда-то хотел совсем иначе прожить свою жизнь, - ответил Ельцин. – Не знал, что так получится. Но пришлось…  Пришлось выбирать. Теперь вам надо выбирать».

Владимир Путин не мог не ответить на это, по сути,  последнее доверие, поэтому, дав согласие стать и.о. президента, он обещал гарантии семье Ельцина.    Однако  никаких обещаний на предмет того, каким образом он будет управлять страной, Путин не давал.

Политолог А. Пионтковский так отреагировал на появление и.о. президента РФ: «Путин несколько месяцев назад был никем. Он был создан ельцинской «семьей» и олигархами, близкими к ней. Олигархи предвидят возможность ущемления их возможностей и имеют сценарий для обеспечения лояльности Путина».

Его наблюдения основывались на том, что Путин, приняв власть из рук Ельцина, подписал первый свой указ о  пожизненной неприкосновенности, как самого Бориса Ельцина, так  и его семьи. Чутье Бориса Ельцина не подвело его. Путин действительно оказался человеком слова.

Но Пионтковский, говоря о «сценарии для обеспечения лояльности Путина», в сущности, участвовал в создании мифа, который долгое время вредил Владимиру Путину, отпечатавшись  в массовом  сознании россиян. В их глазах Путин выступил заступником человека, который развалил советское государство и, оказавшись при этом чрезмерно сытым и богатым, получил гарантии  безопасности от преемника.

Принимая  власть из рук Бориса Ельцина,  Владимир Путин чувствовал, что в действительности не может воспринимать себя  стопроцентным «преемником» экс-президента, так как в этом случае  нужно  быть продолжателем его политики, ориентироваться  на Запад, и быть по сути  марионеткой в руках  окружения прежнего  президента. Он  считал это возможным для себя.

Но по мере того как он погружался в комплекс существующих в России проблем, в глубинах его души вызревал естественный протест, отторжение многих прежних подходов.

Олигархи, вложившие по указанию предшественника, деньги в его избирательную компанию, заранее потирали руки от удовольствия, уверенные в том, что будущий президент России также будет идти на поводу, защищая их интересы. В этом  заключалась трагическая для некоторых из них ошибка.

Они не учли того, что Путин был подлинным государственником и патриотом России.  Как метко сказал Александр Зиновьев, «Путин был выдвинут «семьей» на роль главы правительства, а затем на роль главы «Кремля» как высшего органа власти, но не на роль главы «семьи». И именно это его новое положение, а не эгоистические интересы «семьи» вынудило его играть роль выразителя национальных интересов России, а в сложившихся условиях – оказывать сопротивление Западу».

Путин, наверное, в эту пору был единственным человеком, который точно знал, что  в действительности вовсе не является «преемником» Ельцина.  В этом случае  нужно было быть продолжателем его политики, а он вовсе не ощущал себя одним из тех, кто был  доволен ходом российской истории и поэтому вовсе не был  готов двигаться и дальше в этом направлении.

Позже, когда весь мир заговорил о преемничестве, он, внутренне раздражаясь при слове «преемник», испытывал внутреннее  сопротивление тому содержанию, что навязывали ему со всех сторон. Видимо, только сам Путин понимал в те дни, насколько он независим от Семьи. Большинство остальных, особенно властная элита, думали иначе.

Во время своего премьерства Путин ощутил силу реальной власти. Его уже  не только не пугала перспектива стать во главе страны, поскольку   появлялась возможность  реализовать себя наиболее полно. Он мало говорил, но быстро и решительно действовал, тогда как его политические конкуренты много говорили, но при этом не были способны на поступки. Все известные имена, стремящиеся к высшей власти, померкли по сравнению с Путиным.

Все больше россиян стало осознавать, что  Путин руководствуется иными принципами, нежели  Ельцин, что у него другое понимание жизни, человеческих взаимоотношений. По натуре своей Путин был человеком властным, но сама власть не была для него предметом мечтаний, в отличие от экс-президента

31 декабря 1999 года Борис Ельцин подал в отставку.

Владимир Путин, в соответствии с Конституцией стал исполняющим обязанности президента до 27 марта 2000 года, то есть  до выборов нового главы государства.

Александр Проханов, пассионарий российской журналистики,  образно описал уход экс-президента России: «Ельцин ушел жалко и отвратительно. Сбежал от власти. Ненавидимый, сгнивший, был отторгнут страной, которая всеми  своими сословиями молила о его скорейшей смерти, всеми слезами и проклятиями приближала его крах. Страшась расплаты, он просил не прощения, а умолял о пощаде. Как наваждение ада, он захватил великое государство. Самодур, невежда, бражник, бессмысленный и злой истукан оживлялся на мгновение лишь тогда, когда уничтожался очередной ломоть жизни, - погибал Советский Союз или истреблялся Черноморский флот, или горел под пушками Парламент, или погибал под бомбами Грозный. Он – уродство истории, ее вывих и опухоль. Он – извращение человечества, погубил свою Родину-мать, казнил свой народ, который в каждый год ельцинского ига уменьшался на миллион человек. Пишется Черная  Книга его преступлений, куда занесут каждую пядь земли, отторгнутую им от России, каждый военный секрет, переданный ЦРУ, каждый  алмаз или рубль, отданные бандиту и вору. Самый худший из всех, кого породила гнилая верхушка партии, он окружал себя негодяями, плутами, придурками, которые чавкали у золотой кормушки, безобразничали у святынь, дергали его за фалды, парили в бане, учили играть на деревянных ложках, наливали стакан».

Назначение Путина и.о  главой государства российского сначала вызвало шквал негодования у многих  представителей политической и интеллектуальной элиты.

Тот же Проханов повесил на нового главу государства все грехи прежнего : «Теперь, прикоснувшись к прокаженным страницам ельцинского свода, Путин ответственен за Беловежский сговор и разгром СССР, за расстрел Парламента и кровь убиенных мучеников, за предательство Югославии и геноцид народа, за убиение русской промышленности и культуры, за превращение  некогда мощной красной державы в бумажную салфетку Березовского».

Олигархат, сложившийся  в эпоху Ельцина, не мог допустить и мысли о неблагоприятном для себя раскладе сил. Государственники  страшили толстосумов, и они сделали все, чтобы не допустить их к власти. В общественное сознание тех лет  через средства массовой информации, принадлежащих различным олигархическим кланам, постоянно внедрялась мысль: Ельцина никто не может заменить, только он может дать России своего преемника.

Даже уважаемый Рой Медведев в своей книге «Владимир Путин: четыре года в Кремле» попался на эту удочку. Он пишет: «после августа 1998 года массированная критика в адрес Ельцина и его «семьи» шла со страниц респектабельных западных газет и журналов, которые в прошлом прощали первому президенту России все его недостатки. При этом большая часть упреков в адрес режима Ельцина была справедлива. Но кто мог реально заменить Ельцина, например, в 1993 году? Хасбулатов? Руцкой? Бурбулис? Макашов? Гайдар?

А кто мог стать во главе государства в 1997 году? Немцов? Черномырдин? Чубайс? Где была альтернатива? Способен ли был Зюганов в 1996 году принять на себя всю ответственность и избежать потрясений? Или, может быть, генерал Лебедь? Альтернатива Ельцину начала вырисовываться только с приходом в Белый дом Евгения Примакова, но политическое движение и идеология, на которые мог бы опереться Примаков, не успели сложиться в какие-то новые структуры, способные выдержать громадный вес российской государственности и российских проблем».

Думается,  Рой Медведев покривил душой. Альтернатива Ельцину была всегда. Честных,  порядочных и  умных людей было предостаточно. Иное дело, окружение президента не желало смены ельцинского режима. Прежде всего это были те, кто нажил громадные состояния: сама ельцинская семья и  несколько десятков человек,  имена которых россиянам хорошо известны. Эти люди никогда  не были патриотами России. Их транснациональное сознание было направлено на скорейший  вывоз капиталов. Объединяло их  презрение к той стране, что дала им эти  богатства, к России. Ко времени  прихода Владимира Путина во власть они жили по правилам, которые сами для себя и создали. Неслучайно позже, во время  встречи  с представителями крупного бизнеса в Кремле, Путин открыто выскажет свое суждение о их поведении в достаточно жесткой форме: « На зеркало нечего пенять…  Это государство вы сами и формировали через подконтрольные вам политические структуры».

Путин воспринимал олигархов как людей,  которым случайно и несправедливо достался кусок огромного народного пирога, и, не стесняясь, открыто высказывал свою точку зрения. Олигарх для него – это «человек с наворованными деньгами, который и дальше продолжает разворовывать национальные богатства, используя свой особый доступ к органам власти и управления».

Чем глубже Владимир Путин  вникал в проблемы страны, главой которой он  так довольно неожиданно и быстро стал, тем чаще он ловил себя на мысли, что никогда еще не  ощущал себя до такой степени государственником, патриотом своей страны, как  в эту пору. И чем больше он погружался в эти проблемы, тем тяжелее  становилось на душе.

Объезжая огромную страну, он видел как живут люди в глубине, в малых и крупных городах, с горечью констатировал печальные факты:  «В ходе приватизации, когда делили национальное достояние на энное количество частей, те, кто это делал, между собой договорились жить по определенным правилам – по понятиям».

Он полагал, что следует  скорее исправить положение дел, что всем следует «учиться жить по закону», иначе России просто скоро может уже и не быть. Не случайно он неоднократно старался донести мысль до жирующей публики и чиновных коррупционеров том, что «государство держит в руках дубинку, которой бьют всего один раз. Но по голове». Государство только еще взяло в руки эту «дубинку» для того, чтобы привлечь к ней внимание, но «когда мы действительно рассердимся, то без колебаний пустим ее в ход. Нельзя шантажировать государство. Если будет необходимо, мы уничтожим инструменты шантажа».

Решительность, с какой он произносил эти слова, не оставляла сомнений в том, что в нужное время это будет сделано.

И вот что примечательно: именно это качество Путина   было упущено теми, кто привел его к власти. Ельцинское окружение  не подозревало, что именно государственный патриотизм Путина  станет главным препятствием в их дальнейшей жизни безбедной , в новой после ельцинской России.

Журналисты скоро заговорили о «загадке Путина» только потому, что он действовал не так как Ельцин, которым можно было легко управлять. Управлять же Путиным, как оказалось, невозможно.

Став и.о. президента,  Владимир  Путин первоначально ощущал себя топ - менеджером огромной больной страны, которую нужно было спасать от банкротства, восстанавливать и укреплять ее целостность. В этом он не раз признавался в ряде интервью. На встрече с руководством ФСБ он пошутил,  «отрапортовав»: « Задание по внедрению в высшие органы власти успешно выполнено».

Хозяйство было настолько обширным, проблем было столько, что Путин решил объехать страну, чтобы лично определить ее главные больные точки. Кто-то иронизировал, что президент России постоянно в разъездах, говоря, что он, дорвавшись до высшей власти, забавляется  взрослыми «игрушками», так как телевидение показывало его то в самолете, то на корабле, то на подводной лодке, то за рулем автомобиля.

Многим было невдомек, что таким образом  Владимир Путин знакомился с состоянием дел совсем  не случайно. Ему проще было принимать решения тогда, когда он имел личное мнение о том или ином объекте огромной страны. Постоянные перелеты, смена часовых поясов требовала здоровья, которое поддерживалось спортивными навыками. Спорт помогал переносить нагрузки. И это производило на россиян определенное впечатление.  Наконец-то президент России – это здоровый, активный, энергичный человек, без вредных привычек, умеющий критично и стратегически мыслить и, что очень важно, принимая ответственность за свои действия. «Многие мои хорошие друзья, - делился Путин воспоминаниями, - которые не были замечены в лести (тем более, что у меня с ними близкие отношения и им не надо это делать), у меня сейчас порой спрашивают: «Как у тебя так быстро получилось свободно общаться на самом высоком уровне?» Они все забыли, что я в Петербурге семь лет этим занимался. И там очень высокий уровень общения. У нас же город очень популярный. У нас мэр был очень популярный. Мы много общались на самом высоком уровне. Я с с госпожой Тэтчер раза три встречался, причем как в Петербурге, так и в Лондоне. Трижды  - с Колем. С Бейкером. Несколько раз – с Киссинджером. Причем в неформальных встречах. А эти люди – киты мировой политики. Были встречи и с другими политиками. Это же накопление информации. Это постоянное накопление информации. И навыки общения». Владимиру Путину приходилось не раз обращаться к этому периоду жизни, подчеркивая: «Просто многие, обсуждая мой приход в мэрию, не обращают внимания на то, что у меня уже была хорошая база. Как правило, говорят. Вот, мол, пришел из университета или же пришел из органов безопасности. Но как-то никто не задумывался, что я не просто в органах безопасности работал, а все-таки был связан с внешней деятельностью. В Германии была специфическая работа. Да, это была не такая ярко выраженная внешнеполитическая или внешнеэкономическая деятельность, но так или иначе – эта сфера была. Я все равно в ней варился. Я был в этой проблематике. И информация-то накапливалась, накапливалась, накапливалась! Оттого-то и произошел достаточно быстро такой профессиональный рост, потому что была база…. Собственно говоря, у каждого человека в начале какого-то пути, какой-то конкретной работы, конечно же, нет достаточного опыта именно в этой работе. Но зато может присутствовать (или нет) определенный уровень предварительной подготовки. Ведь не будем забывать о том, что в городе я выполнял обязанности первого заместителя мэра и председателя комиссии, которая фактически была правительством пятимиллионного города, и работал в этом качестве почти пять лет. Почему-то именно этот период некоторыми как бы затушевывается, «забывается». И они говорят лишь  о том, что можно было бы преподнести как-то этак на публике. А многолетнее управление городом – это на самом деле такая рутинная и не очень заметная работа. Казалось бы, не очень заметная, но она, именно эта работа, имеет принципиальное значение. Это очень принципиальный вопрос. Те пять лет дали мне больше, чем работа в административных структурах в Москве.

В Петербурге у меня была персонифицированная ответственность за огромный город с такой значительной экономикой и промышленностью, с широкими внешними связями, с такой наукой и богатой культурой, с большим количеством вузов. Кроме того, были социальная сфера, жилищное хозяйство, оборонка.

Да, я не являлся первым лицом в городе, но должен честно сказать: сфера моих обязанностей была очень широкой. Помимо этого, я тесно работал с силовыми структурами, да и вообще – со всеми. Поэтому я все это знаю изнутри, как следует. И это – огромнейший опыт! К тому же мы очень много работали – с утра и до позднего вечера. А труд – он всегда приводит все к тому же опыту, накоплению в процессе знаний».

Сегодня, оглядываясь назад, можно твердо сказать, что Владимир Путин принял из рук Ельцина слабую, несчастную страну во главе  с горсткой олигархов, обобравших ее до предела.  Неполная сотня людей обладала огромными капиталами, тогда как основная масса населения России жила на грани или за гранью  нищеты.

«Крупный российский бизнес» - это вид плесени, выросшей на срубленном дереве российской государственности. Вакциной из этой плесени убили страну и могут убить весь мир», - высказал свою точку зрения Александр Проханов. -  «Крупный российский бизнес» нельзя сравнить с английским капитализмом, родившимся под стук мануфактур и рев паровых машин. Нельзя сравнить с американской буржуазией, которая в драных портках, отстреливаясь из кольтов, добралась до Клондайка и, царапая ногтями землю, отыскивала самородок. Нельзя сравнить с австралийским бизнесом, который, изживая в себе пирата и разбойника, в поте лица своего распахивал саванну, в  великих трудах создавал край благонравия и благоденствия. «Крупный российский бизнес» - это энергичная и преступная мразь, лишенная моральных основ, которая в сумерках перестройки торопливо, как мародер, обобрала убитую Родину, сдирая с хладеющего тела ожерелья, часы, нательные кресты, набивая ими пахнущие чесноком карманы. Не ударив палец о палец, не создав ни одной машины, ни одной философской доктрины, банкиры и олигархи действовали как шагающие экскаваторы. Прошли по стране и вычерпали все ее богатства, деньги, ископаемые, художественные и научные школы, перегнав за рубеж, оставив вместо страны жуткий, наполненный смрадом карьер».

В.Соловьев и Н.Злобин в книге  «Путин - Медведев. Что дальше» так охарактеризовали наследие Ельцина, доставшегося Путину: «Ельцин нанес тяжелый удар по коммунистической системе в России, продолжив то, что начал Михаил Горбачев…Появление олигархов, семибанкирщина – все это печальная заслуга президента Ельцина. … Для президента Ельцина крещением кровью стал 1993 год и расстрел здания парламента».

В сущности, авторы подтверждают в своих рассуждениях то, что емко выразил Александр Зиновьев: «Идеи перехода к капитализму пришли позднее, причем сверху и извне, а не из недр общества. Перестройка началась не с них. Горбачев в начале своей деятельности в качестве главы власти клялся в верности социализму и грозился усовершенствовать его…  Идея смены общественного строя пришла уже в ходе перестройки, когда стало ясно, что ее замыслы провалились. Эта идея возникла на высотах власти под давлением Запада и оттуда была спущена в массы как новая установка. И тогда свора советских ловкачей и приспособленцев кинулась выполнять эту установку, стараясь урвать для себя от нее как можно больше. Это была советская, то есть коммунистическая, реакция на распоряжение власти, а не созревшая в глубинах общества потребность».

Михаил Касьянов в книге «Без Путина» объясняет  победу Ельцина в 1996 году тем, что тот для выплаты задолженностей по зарплате взял кредит на Западе, который, дав кредит, по сути, стал держать «на крючке» президента России, диктуя ему свою волю.

В процессе своих размышлений, В.Соловьев и Н.Злобин приходят к очень важному заключению для понимания последующих действий окружения Ельцина уже в период президентства Владимира Путина:

«Во –первых, Ельцин открыто продемонстрировал, что Запад принимает активное участие в делах суверенного государства, осуществляя по сути противоправное вмешательство.

Во-вторых, он показал, что, будучи  неспособным доказать правоту своей позиции российским гражданам, видит единственный выход из ситуации в том, чтобы взять на Западе деньги для подкупа избирателей.

Третий вывод очевиден и заключается в том, что после всего этого Ельцин никогда не сможет вести внешнюю политику, которая противоречила бы интересам тех  стран, которые выступили кредиторами. И как бы жестко это ни звучало, иначе как предательством родины такие действия трудно назвать».

Годы правления Бориса Ельцина  стали трагическими для России. Кто бы ни хотел ныне каким-то образом обелить президента Российской Федерации, обязательно наталкивается на тот факт, что сам Ельцин был практически недееспособен из-за пристрастия к алкоголю и  серьезной болезни. Разумеется, такой президент устраивал тех, кто пытался пробиться к разделу «пирога» народной собственности. Среди них засияли имена всем известных хватких людей, которые стремились  войти в «Семью» Ельцина. Их успехи привели к тому, что с 1996 года правил не Ельцин, а сформировавшийся круг, который плотным кольцом обступил его, не давая ему  малейшей свободы действий.

Образ президента России как человека непредсказуемого, больного алкоголизмом складывался и на Западе. Вместе с  падающим имиджем Ельцина, падал и престиж Российской Федерации. Шутовство Ельцина устраивало США и страны Западной Европы. Они были удовлетворены тем, что прежнего колосса – СССР нет, а нынешняя, ельцинская Россия, беднела и ослабевала на глазах. Основные доходы от тех сфер народного хозяйства, которыми располагало советское государство, теперь находились в руках горстки жирующих дельцов, входящих в «семью».

Передел народной собственности в пользу нескольких десятков частных владельцев не привел к тому, чтобы они вкладывали деньги в отечественное производство, в реальный сектор российской экономики. Их капиталы через офшоры питали США, Западную Европу.

Не было социальной базы,  которая позволила бы проводить эффективные  реформы. Средний класс упорно не появлялся.. Больше половины населения находилось на грани нищеты. Почти все социальные программы были свернуты. Чиновный произвол, коррупция душили Россию. Но  это еще было полбеды. Сегодня страшно вспомнить, но страна была поставлена на грань расчленения. Россия могла перестать существовать как государство

.           Сегодня в сознании российских граждан Ельцин предстает как разрушитель, а не созидатель. Да и сам он  давал пищу этим суждениям. В своих записках он не случайно делает акцент именно на разрушении старой экономики: « Наверное, по-другому было просто нельзя. Кроме сталинской промышленности, сталинской экономики, адаптированной под сегодняшний день, практически не существовало никакой другой. А она генетически диктовала именно такой слом – через колено. Как она создавалась, так и была разрушена». Продолжая эту мысль, он уточняет: «Россия сопротивлялась их ( Гайдара и Чубайса) экспериментам, поскольку в России очень сложно что-либо сделать, но еще сложнее в ней что-либо развалить».  Именно поэтому он, как признается, и подобрал соответствующую команду, которая ничего из прошлого не ценила и должна была только строить будущее. Но хорошее будущее команде президента Ельцина удалось построить только для себя и близкого окружения, а не для народа.

По мнению Александра  Зиновьева, ельцинская организация власти без опоры на коммунистический партийный аппарат закономерно привела к образованию уголовно-мафиозной структуры на высшем уровне власти. Народ чувствовал, что это несправедливо. Да и  Путин это осознавал. С одной стороны, он действительно был лично обязан Ельцину тем, что тот именно на нем остановил свой выбор. С другой, давая  гарантию экс-президенту, он, в сущности, закладывал первые кирпичики под новую Россию: он давал понять  народу, что не следует забрасывать комками грязи человека, ушедшего с поста главы государства, устраивать политическую свару,  как это бывало до сих пор. Минутное злорадство от свершившегося поругания не принесет счастья и процветания. Новая Россия требовала  новизны общественного сознания и в отношении уходящих лидеров. Это, видимо,  было главным мотивом решений  Владимира Путина в отношении Бориса Ельцина и его семьи. Поэтому и был издан закон, определяющий права экс-президента. По мнению Путина, закон должен определять развитие России:  «Перед законом должны быть равны все – и скромный клерк, и государственный чиновник – даже самого высокого ранга, как в известном случае бывшего министра федерального правительства – и рядовой гражданин, и средний предприниматель, и крупный бизнесмен вне зависимости от того, сколько миллиардов долларов числится на его личных или корпоративных счетах».

Реакцию россиян на приход во власть Владимира Путина особенно эмоционально выразила В.В.Баша, опубликовав в день выборов Путина на должность президента России, статью « Феномен   Путина », в которой она выразила надежды и тревоги народа: «         Откуда эта боль в народе? Посттравматический синдром… . Нам не хватает нормальной власти. Это – самое больное. Лет десять власть от слов «русский», «национальный» как черт от ладана шарахалась. Как надо было изнасиловать свою страну, чтобы 31 декабря в момент отречения процентов девяносто девять населения от облегчения чуть не плакали.  Феномен   Путина . Загадка?! Березовский за ним. Он – преемник Ельцина. И ученик Собчака. Шансов с таким послужным списком – никаких. А вот приглянулся он народу. Интуитивно чувствую – рейтинг настоящий. Дело не в Чечне».

Собчак, вернувшись из Франции, посчитал своим долгом быть доверенным лицом Владимира Путина. 15 февраля он с агитационным туром  поехал по Калининградской области, активно выступая в разного рода аудиториях, давая интервью, а в ночь на 19 февраля скоропостижно скончался от сердечного приступа.

Владимир Путин впервые, буквально перед смертью Собчака, 17 февраля, приоткрыл завесу своих отношений с  ним в интервью газете «Коммерсант»: « Я абсолютно  был убежден в том, что Собчак порядочный человек на сто процентов. Я просто знаю, как он думает, что является для него ценностью, а что нет. Он порядочный человек с безупречной репутацией. Более того, он очень яркий, талантливый, открытый. При том, что мы с ним совсем разные люди, он мне очень симпатичен. Мне искренне нравятся такие люди как он. Он настоящий. Мало кто знал, что у нас с Собчаком были близкие, товарищеские отношения, очень доверительные. Я думаю, что могу назвать его старшим товарищем».

На похоронах Собчака Путин не мог сдержать слез. Здесь он был не государственным деятелем, а простым человеком, которого посетило горе. Вместе с Собчаком отходил в прошлое большой пласт его прежней жизни. Путин многому научился у Собчака, в том числе и тому, как нельзя себя вести, находясь на вершине власти.

Долго вспоминали коммунисты его слезы, его собчаковское прошлое, всякий раз поминая недобрым словом самого Собчака.

В январе в  новой Государственной Думе было создано две фракции: «Единство», лидером которого стал Борис Грызлов, и «Народный депутат» во главе с Геннадием Райковым. Они ставили своей целью поддержку и.о.президента. Были и центристские фракции: «Регионы России», которую возглавлял Олег Морозов, и «Отечество – Вся Россия» с лидерами Евгением Примаковыи и Вячеславом Володиным. Более половины депутатов входило в эти фракции. Лояльно к Путину относилась партия ЛДПР с  Владимиром Жириновским и часть фракции «Союз правых сил», в частности, Сергей Кириенко, Ирина Хакамада.

Как бы ни трудились политтехнологи, работая над образом Путина, используя факты его биографии, но кандидат в президенты действительно был выходцем из народных глубин, о чем неоднократно говорил: «Я помню, как  у меня папа на пенсию уходил. Он самый был простой человек, работал мастером на заводе всю жизнь». Не скрывал Путин  и того, что не привык работать в таких роскошных условиях, как в Кремле: «У нас в Питере такое только в Эрмитаже можно увидеть. Здесь своеобразная обстановка, такая дворцовая, я никогда к этому не стремился». Народ верил ему.

8 февраля 2000 года газета «Санкт-Петербургские ведомости» опубликовала Заявление членов инициативной группы Санкт-Петербургского университета по выдвижении В.В.Путина кандидатом в президенты Российской Федерации.

На выборах 26 марта 2000 года Владимира Путина поддержало большинство избирателей.

Сразу после избрания Путин посчитал нужным вовлечь в политические процессы и молодежь. Так появилось молодежное движение «Идущие вместе».

Важно отметить, что Путин в этот период отказался от  финансовой поддержки олигархов. Это был первый сигнал тем, кто думал, что президент и правительство будут наняты капиталом. Человек, еще недавно совсем неизвестный России как политик, получил 53 % голосов. Никто, даже Геннадий Зюганов и Евгений Примаков не стали  ему конкурентами. Не удивительно, что, почувствовав это, Примаков снял свою кандидатуру незадолго до выборов.

И вот что интересно: несмотря на то, что Владимира Путина поддержали почти все губернаторы, главы республик РФ,  некоторые олигархи, десятки партий и общественных движений, Путин держался так, как будто никому  не был обязан.

К этому времени он почувствовал собственную силу в качестве главы государства.   «Когда я уже начал работать, как исполняющий обязанности президента, то почувствовал… удовлетворение… может быть, это не самое удачное слово… от того, что самостоятельно принимаешь решения. Это приятное чувство ответственности. У меня есть некоторые собственные правила. Одно из них – никогда ни о чем не жалеть. Постепенно я пришел к выводу, что это очень верно. Как только начинаешь жалеть, возвращаешься назад, начинаешь раскисать. Думать надо всегда о будущем, смотреть всегда вперед…  Анализировать нужно только для того, чтобы скорректировать тот курс, которым ты идешь по жизни».

В феврале 2000 года группа исследователей набросала психологический портрет Владимира Путина. Как ни странно, но он оказался весьма симпатичным: «Это человек серьезный, здравомыслящий, с чувством ответственности. На таких людях держится общество: они честно выполняют свои обязательства и держат слово. Обладают способностью сосредоточиться, организовать дело надежно, довести до конца. Отличаются  четкими продуманными взглядами, их трудно отвлечь в сторону и зародить сомнения. По общей совокупности качеств людей, подобных Путину, до сих пор не было в высшем эшелоне власти России, но сегодня именно такого человека хотело видеть во главе государства российское общество, и он соответствует желаниям и ожиданиям населения страны».

Президент понимал, что 90% россиян не считают приватизацию справедливой, а соответственно, собственников - законными. Все это нужно было еще раз осмыслить для того, чтобы нащупать верный путь в отношении крупного бизнеса, причем вести себя так, чтобы не разрушить то, что приносит России прибыль и авторитет.

Отвечая на вопрос главного редактора «Независимой газеты», которая была частью медиа-империи Березовского, Путин  подчеркнул: «У нас в стране под олигархами понимали представителей крупного бизнеса, которые из тени, за спиной общества стараются влиять на принятие политических решений. Вот такой группы людей быть не должно. Но представители крупного бизнеса, российского капитала не только имеют право существовать, они вправе рассчитывать на поддержку государства. А вот те, которые влияют из тени, я таких вокруг себя не вижу. Я думаю, что это тоже плюс».

Таким Владимир Путин пришел в высшую власть.

НА  ВЕРШИНЕ  ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

После 27 марта 2000 года начался новый этап жизни Владимира Путина – президента Российской Федерации.

Не успел он войти в курс дела, как многие СМИ заговорили о его зависимости от «Семьи», о  нерешительности по отношению к олигархам,  о  слабости характера по отношению к членам правительства, к кабинету министров, действия которого не удовлетворяют народ, а, напротив того, зачастую озлобляют. В частности, сокращает льготы пенсионерам и ветеранам, проводит реформу в ЖКХ, ликвидирует выборность губернаторов, укрепляя федеральную вертикаль  власти и т.п.

Подозревали, что российский президент вслед за Ельциным выполняет все, что диктует Америка.  Считали, что Россия сдает бывшие республики СССР, а сама  движется к распаду, остановить который уже невозможно. Подозревали, что у Путина  нет никакой программы развития России, нет стратегии.

Многие удивлялись, почему Путин не опровергает негативные предположения в отношении его деятельности. Почему он молчит.

Правда, прорастали и иные мнения  о Владимире Путине. Говорили с надеждой о том, что как хорошо, что Ельцин  и те, кто лоббировал выдвижение Путина в президенты, ошиблись в своем выборе, так как  если бы они знали о том, что тот окажется патриотом России и государственником, то ни за что бы не остановили на нем свой выбор. Говорили о том, что наконец-то появился молодой президент, высоко образованный, умный, спортивный. Говорили зачастую очень осторожно, смущаясь, что нашли положительные качества в человеке, принявшем на свои плечи огромный государственный груз.

.        Между тем, чем больше народ приглядывался к Владимиру Путину, тем больше он  нравился. В государстве давно не было главы, в котором  бы сочетались молодость, энергия, ум, высокое образование и уровень общей культуры. Путин ощущал на себе пристальные взгляды миллионов глаз, но делал все от него зависящее для укрепления России, невзирая на повышенное внимание к его персоне как внутри страны, так и на мировой арене.

Александр Проханов, хотя и отнесся к появлению нового лидера  с предубеждением, писал 11 января 2000 года: «Станем внимательно, уповая на добро, наблюдать за Путиным. Если он не оборотень, превратившийся в человека из подземного нетопыря, если он русский, то не сможет обратить во зло ту надежду и наивное доверие, которыми наградил его измученный Ельциным, жаждущий перемен народ».

Александр Зиновьев, осмысляя избрание Путина Президентом России в первом круге писал, что это «не просто личный успех конкретной личности. Это – событие большой исторической важности. На мой взгляд, это – самое  значительное социальное событие в жизни постсоветской России. Я расцениваю его как третью попытку сопротивления России насильственной западнизации и превращению ее в зону колонизации со стороны глобального западнистского сверхобщества (глобализации). Первой попыткой я считаю «путч» в августе 1991 года, второй – восстание Верховного Совета в конце сентября – начале октября 1993 года. В этом состоит социальная сущность события, независимо от того, какими были и какими являются субъективные намерения активных участников его».

Владимир Путин понимал: в том, что произошло в стране в 90-е годы, виноваты не только президенты Горбачев и Ельцин, а и весь народ: « Я прекрасно знаю, что во всем виноват, даже если не виноват. Это в полной мере относится и ко всем, кто сидит сегодня в зале. Вы тоже виноваты, даже если не знаете, о чем идет речь», - говорил он губернаторам на заседании Госсовета. Виноват народ, принявший власть Горбачева и Ельцина, так можно трактовать эти слова. Виноват народ, желавший, чтобы полки магазинов ломились от сотен сортов колбас и сыров, и за этой картинкой забыл о главном, о том, что исчезло из жизни в 90-е годы.

Журналист Алексей Пушков, ведущий телевизионной программы «Посткриптум», размышляя о Ельцине как главе государства, с горечью констатировал:« В последнее время мы многое слышали о первом президенте. В основном нас убеждали в величии  этой фигуры. В том, что он был великим демократом. В том, что он спас Россию. Но нам не надо новых мифов. Не надо новой лжи. … Как не нужны карлики, пытающиеся подтянуться на плечах усопших. Мы все знаем, кто распустил Советский Союз, враз оставив за пределами Родины 25 миллионов русских и лишив страну 25 процентов ее территории. Да, расставание с коммунизмом не могло быть простым. Но когда главный мотив действий – не страна и люди, а жажда власти и победа любой ценой, то расставание становится  разрушением, в том числе разрушением человеческих душ и людских надежд….Карлики надрываются: мы, кричат они, предотвратили гражданскую войну и массовый голод. Но это недоказуемо. Это вновь бесстыдная самореклама. Известно другое: реформы 1991-1992 годов не предотвратили, а подготовили гражданскую войну в России. И она вспыхнула на улицах Москвы в октябре 1993-го. Это – бесспорно. Мы все это видели. Не будь у нас ТАКИХ реформ, не было бы и танков на улицах Москвы, стреляющих по недавним соратникам  нового вождя….Нам не нужно новых мифов. Нельзя, чтобы за словами о демократии и свободе мы забыли о том, ЧТО именно произошло с нашей страной».

Эмоции – благодатная нива для журналистов и парламентских трибунов. Удел главы государства – строгий анализ и выбор стратегии.

В первом  Послании Федеральному Собранию  Путин так обрисует сложившее положение России: «Давайте вспомним, в каком состоянии находилась страна в конце 1999 - начале 2000 года, и какие причины, какие факторы повлияли на это состояние… Деструктивные процессы разложения государственности при развале Советского Союза перекинулись – и это можно и необходимо было предвидеть – на саму Российскую Федерацию. Политические спекуляции на естественном стремлении людей к демократии, серьезные просчеты при проведении экономических и социальных реформ привели тогда к очень серьезным последствиям. За чертой бедности оказалась треть населения страны. При этом массовым явлением стали многомесячные задержки с выплатой пенсий, пособий, заработных плат. Люди были напуганы дефолтом, потерей в одночасье всех денежных вкладов и всех своих сбережений, не верили уже в то, что государство сможет исполнять даже минимальные социальные обязательства. Страну лихорадило от забастовок горняков, учителей, других работников бюджетной сферы. Ставки налогов постоянно повышались, а фискальная политика в целом была направлена на элементарное выживание. Большинство крупных банков обанкротилось, а после кризиса 98-го года кредитная система была практически парализована. Больше того, страна впала в унизительную зависимость от международных финансовых организаций и разного рода международных финансовых спекулянтов. Только вдумайтесь: в пересчет на ВВП внешний долг России на конец 99-года составил почти 90%.

Ситуация усугублялась тем, что к этому времени Россия в значительной мере утратила самостоятельные позиции на внешней арене. А те силы в мире, которые продолжали стереотипами «холодной войны» и, несмотря на «сладкие»речи, продолжали рассматривать Россию в качестве своего политического соперника, всячески поддерживали все, что могло как можно дольше законсервировать подобное состояние нашей страны. Не менее драматично развивалась ситуация и во внутриполитической сфере. Конституция страны и федеральные законы утратили во многих регионах качество актов высшей юридической силы. Региональные парламенты принимали законы вразрез с конституционными принципами и федеральными нормами. Неизбежным следствием такой «конкуренции» стал произвол властей, от которого только страдали люди. Борьба за «особые» финансово - экономические режимы была постоянным предметом торга регионов с федеральным центром. Дело дошло до того, что отдельные регионы фактически оказались вне единой правовой и финансово - экономической системы государства, перестали отчислять налоги в федеральный бюджет, требовали создания собственных золотовалютных резервов, собственных энергетических, таможенных систем, региональных денежных единиц. Результат – экономическое неравенство регионов и, как следствие, экономическое неравенство граждан. Разрушался только еще нарождающийся единый рынок товаров и услуг. Сепаратистские процессы, вызревавшие в России в течение нескольких лет, не получали адекватного ответа со стороны власти, но были активно поддержаны международными экстремистскими организациями и, в конечном итоге, выродились на Северном Кавказе в наиболее опасную форму – терроризм. Речь идет в первую очередь, конечно, о Чечне. После подписания Хасавюртовских соглашений, в результате которых были брошены произвол судьбы и сама Чечня, и весь чеченский народ, кому – то могло показаться, что кошмар гражданской войны закончился. Не тут-то было. Чувствуя нашу слабость, понимая всю расхлябанность власти и удручающее моральное состояние общества, летом 99-го года многочисленные банды международных террористов пошли, как и следовало ожидать, дальше.  Они обнаглели настолько, что совершили открытое нападение на Дагестан, совершили агрессию с целью отторжения от России и вовлечения в зону своего криминального влияния дополнительных наших территорий. Россия всегда была сложным государственным образованием и требовала к себе бережного, я бы сказал, профессионального отношения. Но, к сожалению, к концу 90-х годов, и это надо признать, она под ударами всех вышеперечисленных факторов стала утрачивать основные признаки единого государства. Это то, с чем мы столкнулись, и то, в каких условиях нам необходимо было решать и острейшие каждодневные проблемы, и работать на то, чтобы заложить новые – долгосрочные – тенденции роста».

18 апреля 2002 года  в очередном Послании Федеральному Собранию Владимир Путин подчеркнул: Многие политики и граждане страны были уверены или жили иллюзиями, что окончание периода военно-политической конфронтации в мире чуть ли не автоматически откроет России путь в мировую экономическую систему, что мир распахнет нам свои «экономические объятия».

Жизнь оказалась куда сложнее. Президент обращал внимание россиян на то, что нормой в международном сообществе, в современном мире является жесткая борьба за рынки, за инвестиции, за политическое и экономическое влияние. И в борьбе этой  надо быть очень конкурентоспособными.

К моменту прихода Путина в мире царила либеральная модель рыночной экономики, куда уже была сильно вовлечена и Россия.  Суть  этой модели рыночной экономики состояла в перепроизводстве основной мировой валюты – доллара США, так как  с 1971 года была отменена привязка доллара к золотому содержанию, в результате чего покупательная способность  американской валюты обеспечивалась не только ВВП США, но и ВВП стран мира. Россия была  привлекательна в глазах Федеральной Резервной системы США , поскольку ее может обеспечить новые  объемы  эмиссии доллара, а значит принести огромную прибыль. Жизнь за чужой счет давно стала правилом для США.  Ельцинская верхушка на этот счет не вдавалась в подробности. Она была занята переделом народной собственности.

Главе государства многое пришлось осознавать заново, в полном масштабе.

Во-первых, следовало признать, что после распада СССР потеряло свою суверенность, фактически подчинившись внешнему управлению со стороны  стран Запада, которые, в свою очередь, долго работали над тем, чтобы обрушить Советский Союз.

Во-вторых,  Ельцин почти бесплатно раздал до двух третей национальной собственности, создав таким образом компрадорскую буржуазию, занятую экспортными спекуляциями, в основном – сырьевыми.

В- третьих,  государственная казна к началу нового тысячелетия  была пуста.  Все было растащено горсткой  дельцов, тесным кольцом окружавших экс-президента, их капитал невероятно возрос.

В-четвертых, военная мощь  Советского Союза, которая сдерживала Запад,  приказала долго жить. В плане безопасности риски для  России возросли неимоверно.

И, наконец, в-пятых, удручало трагически несправедливое несоответствие между уровнем жизни россиян и огромными природными богатствами России.

.        Выборы показали степень доверия россиян Владимиру Путину. Голосуя за него, они вверяли ему свои судьбы. Это было главным  и ко многому обязывало.

Он чувствовал, что кардинально изменяется  его жизнь и жизнь его семьи: «Я как таракан в бронированной банке: из резиденции – в Кремль, из Кремля –в резиденцию».

Уходили в прошлое одни проблемы, но приходили новые, серьезные и тяжелые: «У меня каждый день - понедельник».

В этих условиях он решил так построить свою жизнь, чтобы получать удовлетворение и от работы и  от самого процесса текущей человеческой жизни. Но главное - обязательно добиться уже в ближайшее время позитивных результатов в строительстве  новой России.

Многие политологи старались понять Путина, анализируя его первые 100 дней правления. Куда пойдет страна под руководством Владимира Путина? В каких отношениях будут состоять власть и бизнес.

Многим и в голову не могло прийти то, что Путин, выбранный Ельциным из многих кандидатур, мог быть другим, не таким как Ельцин.

Не допускалось  мысли о том, что  экс-президент  мог сознательно передать власть своему антиподу. Поэтому Путин оказался  для многих  большой загадкой.

Всех мучил вопрос: является ли Путин преемником Ельцина по существу, а не по форме? Отсюда рождались многие  ожидания, и опасения. На первых порах деятельности Путина - президента бросалось в глаза  одно

его качество: казалось, что  он выступал неким примиряющим крайности началом, центром притяжения для людей, желающих видеть Россию сильной, могущественной, богатой. Россияне постепенно открывали в нем  достоинства, свойственные крупному государственному деятелю.  Заметным было и то обстоятельство, что президент, хотя и слушал внимательно всех, чье мнение ему было не безразлично, однако  умел не подпадать под чье-то непосредственное влияние. Решения он всегда принимал самостоятельно.

В своей книге Ельцин, выйдя на пенсию, напишет: «Путин дал людям обеспеченные государством гарантии личной безопасности. И люди поверили лично ему, Путину, что он сможет их защитить. Это стало главной причиной взлета его популярности. Он не рисовал образ врага и не пытался разжечь в россиянах низкие шовинистические инстинкты. Я глубоко убежден, что причина популярности как раз в том, что Путин сумел внушить людям надежду, веру, дать ощущение защищенности и спокойствие. Он не играл словами, он искренне и твердо отреагировал на события, так, как ожидали от него десятки миллионов людей в России. Страна, загипнотизированная правительственными кризисами, давно не видела столь позитивной идеологии. И то, что создал эту идеологию молодой, только что пришедший во власть политик, произвело на всех очень сильное впечатление. Путин избавил Россию от страха. И Россия заплатила ему глубокой благодарностью».

Первые строки:  «Путин дал…обеспеченные государством гарантии личной безопасности. И… поверили лично ему, Путину, что он сможет …защитить», по сути,  напрямую относятся и к самому Ельцину.  Он первым поверил а затем ощутил на себе, что Путин может  защитить и его самого, и его семью.' Хотя это выше понимания Запада и большей части российской интеллигенции, народ Путина любит, особенно средний класс, - объясняет Александр Ослон, один из официальных социологов. Откуда такая любовь? «Он похож на них, и он позволил им снова ощутить гордость за свою страну».

Владимир Путин, в свою очередь,  понял, что тяжелее ситуации, в какую он попал представить трудно. Ведь изменить жизнь к лучшему в одночасье невозможно. Прежде всего,  нужно было обеспечить безопасность граждан, постараться наполнить государственную казну деньгами.

Кроме того, Путин чувствовал, что нужно найти символы, которые бы объединили народ, в прошлом делившийся на «красных» и «белых». И те другие были по-своему правы, защищая свою правду. Надо дать сигнал  и тем и другим, что он «свой» для всех. Интуитивно он ощущал, что если будет служить интересам меньшинства, а не большинства, то в качестве  главы государства в конечном итоге он будет иметь те же проблемы, что и Ельцин.

Иными словами, Путин вынужден был учитывать и природные условия страны, и человеческий материал и внутреннее самочувствие страны, выражающееся в формах власти, идеологии, культуры и т.п., а потому в результате он стал выразителем интересов большинства.

Осенью 2000 года по его распоряжению была создана комиссия, которую возглавил губернатор Санкт-Петербурга Владимир Яковлев, который, победив на выборах 1996 г. так резко изменил жизнь Путина. Комиссия была призвана предложить решение важнейшего вопроса о государственных символах. Дело в том, что к тому времени уже семь лет государственная символика России не была утверждена, как полагается по Конституции1993 г., Федеральным Конституционным законом. Не один раз развертывались в Государственной Дум острые дискуссии, вносились законопроекты, но собрать необходимые для принятия конституционного закона голоса никак не удавалось. Комиссия представила свои предложения. Предлагалось утвердить в качестве государственного бело-сине-красный петровский флаг, в качестве герба – восходящий ко времени создания централизованной Руси образ двуглавого орла, а мелодией гимна сделать музыку композитора Александрова, которая в течение полувека была гимном Советского Союза. Новые слова к гимну были написаны Сергеем Михалковым. В интервью Путин прокомментировал свои действия так: « Ясно, что если был Борис Николаевич Ельцин президентом, мы не вернули бы, скажем, такие символы нашей государственности, как гимн Советского Союза, мелодию гимна Советского Союза». А чуть позже он подчеркнет: «По многим проблемам у меня есть свое мнение, и я буду реализовывать то, что считаю нужным, то, что считаю соответствующим интересам России».

При всей своей важности государственные символы не могли автоматически сплотить государство.

Путин понимал, что старого устройства государства уже нет, а новое еще далеко не сложилось. Существовала некая фантомная   видимость государства. Нужно было срочно решать задачу сохранения целостности России.

В эпоху Ельцина многие  регионы,  национальные республики практически  не считались с Центром. Ельцинская формула: «глотайте суверенитета, сколько хотите!» очень понравилась Чечне, Татарстану, Башкиростану. Начали муссироваться идеи о самодостаточности этих республик.  Грозил  распад России.

Путин после прихода к высшей власти укрепил ощущение единства страны, дав всем понять: никаких «хасавюртовских» соглашений больше не будет. Одновременно с этим он  старался так провести свою объединяющую всех в единую страну политику, чтобы не вызвать всплеска национализма в этих республиках.

Нужно было выстроить жесткую вертикаль федеративного влияния на регионы.  Для осуществления этой задачи необходимо было срочно решать вопросы кадровой расстановки. Невозможно оставлять у руля страны тех, кто помогал грабить и  разваливать Россию. Путин неслучайно  обратил свои мысли  к тем, кого знал прежде как убежденных  государственников.  Многие из них были  офицерами КГБ. Он был рад отметить, что именно в этой структуре еще оставались честные люди, на которых можно было опереться, потому что именно их задачей всегда было «собирание» и сохранение, а не разбазаривание государства. Разумеется, и в этих рядах попадались  предатели.  Но, видит Бог, тех,  кто желал  видеть Россию умной,  богатой, сильной, было большинство.

Для того, чтобы эффективно действовать, выполнять поставленные задачи, требовалась надежная команда, которая будет с доверием относиться к президенту России, и на которую можно положиться. Были друзья детства, на спортивной арене. Этих людей он знал настолько, что мог положиться  на них безоглядно. И это были в основном такие же государственники, как и он сам.

Владимир Путин приводит во власть своих единомышленников, в том числе  кадровых разведчики. Начала формироваться путинская элита. Он делает необходимые кадровые перестановки.

Заметим, что жизнь строится так, что глава любого государства мира всегда стремится к созданию своей команды, на которую может опираться в достижении поставленных целей, либо она формируется стихийно, если таких целей у его главы нет, так, как это произошло в ельцинскую эпоху. Власть и олигархи слились тогда в едином экстазе. Среди них знаковые фигуры: скрывшиеся за границей России Борис Березовский, Владимир Гусинский, сидящий в тюрьме  Михаил Ходорковский, действующие Владимир Лисин, Владимир Потанин, Михаил Прохоров, Роман Абрамович,Олег Дерипаска, Александр Мамут, Алексей Мордашов,Вагит Алекперов, Михаил Фидман, Ваксельберг, а также Рем Вяхирев, Виктор Черномырдин.

Владимир Путин в силу своего характера сразу установил такой стиль отношений со своим окружением, который держал всех на определенном расстоянии от него. Понял и то, что если он и хочет добра своей стране в окружении ельцинского стана ему надо быть очень осторожным в высказываниях по части дальнейшей судьбы России.

Как только Борис Ельцин ушел в отставку, в начале января 2000 года Путин сразу же назначил Владимира Кожина управделами президента. Он остается до сегодняшнего дня бессменным управляющим. Владимир Путин начал постепенно создавать свою команду, в  которую вошли  в основном питерские. Наиболее известными и яркими фигурами являются: Игорь Сечин, Герман Греф, Алексей Миллер, Патрушев, Владимир Чуров, Андрей и Сергей Фурсенко, Сергей Иванов, Дмитрий Медведев, Виктор Зубков, Нарышкин, Виктор Иванов, Сергей Миронов, Сергей Собянин, Николай Токарев, Владимир Якунин, Игорь Левитин, Валентина Матвиенко,Борис Грызлов и, конечно, Алексей Кудрин, приведший его в Москву и способствовавший его трудоустройству в ней.

Так в высших эшелонах власти образовалась группа, так называемых, «питерских».

Московские чиновники очень ревниво отнеслись к  к такому подбору кадров. Однако Путину нужны были люди, на которых можно было положиться. Вспоминаются слова его тренера, Анатолия Рахлина: «Он (Путин), насколько я знаю, откликается на просьбы Аркадия, Бориса, Василия и других ребят. Потому что они друзья. В характере Путина сохранилось здоровое «пацанство». Он и «питерских» берет на работу не за красивые глаза, а потому что доверяет проверенным людям. Лично я понимаю и принимаю такие отношения…. Ребята, которые тогда окружали Путина и сейчас поддерживают связь с ним, они и сейчас рядом. Некоторые стали депутатами Госдумы, работают в Федерации дзюдо России, Национальном союзе дзюдо, занимают посты в министерствах, стали крупными бизнесменами».

Свидетельством тому является и характеристика  сокурсников Путина, которых тот привел в большую власть, данная в 2008 году Станиславом Белковским(и это несмотря на его общую недоброжелательность по отношению к Путину):  «Если присмотреться, то можно увидеть, что Алексей Аникин, Александр Бастрыкин и Олег Сафонов … за 7 лет дружеского правления они так и не смогли (или не отважились) по-настоящему воспользоваться именем президента, не заработали крупных денег, не построили бизнес-империй, не вписались в аппаратно-рыночную мафию. Подотчетны они лично Путину – и только ему. …Все они похожи, скорее, на Сергея Миронова».

Александр Проханов так характеризовал путинскую команду: «Усмирение террористической Чечни, разгром террористической армии Басаева и Хаттаба, которые с чеченских гор затевали экспансию в Дагестан, на Волгу, в Сибирь, по всей «дуге нестабильности» бывшего Советского Союза, спасли от кровавой беды колоссальные территории и народы, их населяющие. Победа в чеченской кампании подарила стране новую плеяду талантливых военачальников и государственников, многие из которых прямо из армии пошли в управление губерниями, принесли дух оптимизма и победы в охваченные деградацией и прозябанием регионы. Генералы ФСБ Патрушев и Угрюмов – среди минных взрывов Чечни – объект особой, религиозной ненависти объединившихся либеральных предателей и ваххабитских недобитков».

Все первые годы правления Путина были посвящены  одновременно и укреплению федеральной власти и обозначению ее разделительных функций с властью в регионах.

Дело в том, что при Ельцине, который, в сущности,  не занимался страной должным образом,  из восьми десятков Конституций и Уставов субъектов Федерации, почти все в той или иной степени противоречили Федеральной Конституции, а законы, указы губернаторов не соответствовали федеральному законодательству.

Путин, понимая,  что Россия в течение столетий  создавалась централизованное государство,  считал невозможным управлять такой огромной страной при такой   разбалансировке центральных и местных законов.

Опыт Сталина, Шарля де Голля, Людвига Эрхарда и Франклина Рузвельта, кому доставалась тяжелая ноша восстановления стран, воссоздания наций  либо после военной разрухи, либо после великой экономической депрессии, говорил ему о том, что на крутых поворотах  глава государства должен учитывать интересы большинства народа, то только тогда все что  задумано, удастся.

Надо сказать, что и на международной арене у Путина быстро вырос авторитет. Он тактично  мудро и решительно расставил точки над i в период событий 11 сентября, случившихся в США. Он первым позвонил Бушу, выразив соболезнования  по поводу гибели мирных граждан. Единомышленниками Путина по многим ключевым вопросам безопасности стали и руководители Германии, Франции, Италии.

На вопрос о месте России в мире, будет ли она крупной державой, Владимир Путин, не раскрывая полностью своих планов и желаний, тактично заметил, дав очень тонкий посыл: «Россия даже по месту своего расположения и по своей величине является глобальной страной. Она и в Европе, и в Азии, причем очень сильно представлена и там, и там».

Деликатно он высказывал свое мнение и о Сталине: «Сталин, конечно, диктатор. Это – без всякого сомнения. Это человек, который руководствовался в значительной степени интересами сохранения личной власти, и этим многое объясняется. Проблема заключается в том, что именно под его руководством страна победила во Второй мировой войне, и эта победа в значительной степени связана с его именем. И игнорировать это обстоятельство было бы глупо».

Его рейтинг из года в год, несмотря на раздававшиеся время от времени критические голоса, стабильно  рос.  В 2000 году -65% россиян отдавали ему голос, в 2001 – 70%, в 2002 – 80%.

Когда Владимира Путина спрашивали, как он смотрит на то, что за коммунистов голосуют миллионы человек, отвечал: «Нужно бороться не с коммунистами, а за тех людей, которые за них голосуют. Причем бороться не словами, а делами. Нужно, чтобы люди на практике увидели, что те идеалы, которые мы с вами защищаем, а это идеалы демократии и рыночной экономики, приносят практический результат, и людям становится жить лучше».

Владимир Путин предпринял ряд важных шагов для усиления влияния центрального правительства и ограничения региональных властей. Он добился изменения структуры Совета Федерации, заменив губернаторов и глав региональных законодательных органов, бывших при Ельцине членами Совета Федерации, профессиональными представителями от регионов. Тем самым была ограничена сфера влияния губернаторов на федеральное законодательство.

Деятельность на посту Президента не раз омрачалась для него, как и для всей страны, трагическими событиями. Сначала это была гибель подводной лодки «Курск», унесшая жизни 118 человек.  Через два с половиной года произошел захват террористами –смертниками московского театрального центра в Дубровке с более 800 зрителями и актерами.

Владимир Путин поручил директору ФСБ Николаю Патрушеву провести операцию по освобождению заложников и уничтожению террористов. 51 террорист был убит во время операции, среди заложников не все остались живы: 128 человек погибло.

Казалось бы, в обществе могло возникнуть  недовольство. Однако доверие оставалось  по-прежнему высоким: 85 граждан России одобряли действия Путина.

Газета «Цайт» писала: «…фигура этого человека стала символом новой России. Этот человек с обаятельной улыбкой проветривает свою страну, чтобы ветер выдул пыль из закоулков… Он намерен преобразовать государство и общество, модернизировать экономику… Державшийся поначалу натянуто, имевший за плечами карьеру сотрудника секретней службы, он за два года, прошедшие с момента прихода к власти, превратился в осыпаемую почестями «звезду» на российской и международной арене».

Занимаясь внутренними проблемами России, Владимир Путин остро ощущал и  внешнеполитические изменения.  Сфера  влияния России,  по сравнению с Советским Союзом,  постоянно уменьшалась, словно шагреневая кожа. Борису Ельцину было не  до республик. Ему бы удержаться в России. Олигархический клан вокруг президента РФ также не был заинтересован в какой-то четкой позиции по отношению к внезапно образовавшимся независимым государствам. По этой причине Ельциным и было продекларировано: берите столько суверенитета, сколько унесете. Но уносили с границами, которые были определены в рамках СССР, и с миллионами соотечественников, которые в один прекрасный день вдруг поняли, что живут за  рубежами свой исторической родины

На Владимира Путина сыпались упреки в том, что при нем Россия потеряла рычаги политического влияния на Молдавию, Грузию, Белоруссию. Он же, понимая, что так называемое Содружество Независимых Государств –  СНГ, возникшее после распада СССР, недееспособно, как только стал президентом России, сразу поддержал идею Нурсултана Назарбаева о Евразийском союзе.

Идея евразийства изначально была преподнесена Нурсултаном Назарбаевым 29 марта 1994 года во время встречи с профессорско-преподавательским составом и студентами в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова. И хотя сама по себе идея евразийства не нова, однако Назарбаев возвел ее на новый виток развития. После распада СССР он быстро осознал, что его родной стране  нужен рынок сбыта. Европейский рынок закрыт и неизвестно еще откроется ли он  перед Казахстаном.

Президент Казахстана  выдвинул идею Евразийского союза путем интеграции бывших республик СССР. Речь шла о совершенно новом объединении стран-участниц СНГ. Предполагалось, что создание Евразийского союза подразумевало обязательную разработку согласованных программ экономических реформ, принятие наднациональной валюты. Говоря о проекте создания Евразийского союза, Назарбаев подчеркивал, что в нем «учтен опыт взаимодействия различных межгосударственных союзов, внимательно изучена как теория евразийства, так и история и менталитет народов, населяющих обширное пространство на стыке двух частей света».

По мнению Назарбаева, на первых порах такой союз могли бы образовать Россия и Казахстан.

Считая Россию самой большой страной в мире по территории и самой богатой ресурсами, президент Казахстана был уверен, что именно она должна стать центром притяжения других государств на своем континенте, тем более по отношению к бывшим республикам Советского Союза.

Было ясно, что страны СНГ в силу неравенства расстановки сил в области экономики не могут сразу войти равноправными партнерами в развитые экономические блоки. Весьма беспокоили руководителей стран СНГ и опасения по части ущемления суверенитетов при вхождении в Евразийский союз.

В результате 10 октября 2000 года из республик, объединенных в СНГ, пять  образовали Евразийское Экономическое Сообщество ( ЕврАЗЭС): Россия, Казахстан, Белоруссия, Киргизия и Таджикистан.

С Х В А Т К А   С   О Л И Г А Р Х А М И

Создавая новые международные и внутренние структуры, Владимир Путин полагал,  что страна должна сделать огромный рывок  из сырьевого болота  к статусу энергетической державы, чтобы в дальнейшем стать индустриальной страной с передовыми технологиями.

Если в период правления Ельцина энергоресурсы безоглядно раздавались в частные руки, то  новый президент решает, собрав их, поставить на службу государству.

Путин был уверен в том, нужно добиваться этого, чтобы в будущем  прийти к  созданию интегрированных корпораций – предприятий с длинными технологическими цепочками, включающими добычу сырья и производство конечного  наукоемкого и дорогого продукта.

Понимая, что глава «Газпрома» может влиять на политику страны, Владимир Путин выдвинул на пост главы совета директоров Дмитрия Медведева, заместителя главы администрации президента РФ. Через некоторое время председателем правления ОАО «Газпром» стал Алексей Миллер, в прошлом заместитель министра энергетики, который очень быстро разобрался в делах компании и навел порядок.

Именно Миллер выявил тот факт, что часть активов «Газпрома» осела в структурах, связанных с частными лицами. В их числе был и «Сибур», что дало основание Путину как-то  высказать Миллеру такое пожелание: «Необходимо серьезно относиться к вопросам собственности, а то рот разинете, и не будет у вас не только «Сибура», но и других предприятий».

Дело в том, что контрольный пакет созданной постановлением правительства 1995 года Сибирско - Уральской нефтегазохимической компании («Сибур»)  в результате хитрых манипуляций с акциями, оказался у Якова Голдовского.  Последний,  собрав по России нефтехимические активы, продал за большие деньги  контрольный пакет (51% акций) тому же «Газпрому», который некогда выдал ему кредит на покупку этого контрольного пакета акций. Подобных сюжетов было много.

Миллер, проводя инвентаризацию «Газпрома» выяснил, что проданный «Сибур» далеко не тот, чем ему следовало быть. Настоящий находится по-прежнему у Голдовского.

На предложения Голдовскому выбыть из компании, тот ответил отказом. За день до собрания акционеров СИБУРа Голдовский был арестован по статье УК РФ « Злоупотребление должностными полномочиями» и  приговорен к семи месяцам лишения свободы. Так Алексей Миллер начал выполнять данное президенту слово об установлении  государственного контроля в самой компании «Газпром», которая, в свою очередь, возвращала контроль над утраченными ранее активами.

Этот эпизод с Голдовским настолько повлиял на сознание держателей нефтегазовых активов, разбросанных по стране, что в середине 2005 года госконтроль над «Газпромом»  был окончательно установлен.

Путин понимал, что, благодаря мощным российским энергоресурсам, можно было экономически войти в западную Европу, заняв там достойное место. Так была разработана «Энергостратегия России в 2001-2020».

Владимир Путин  рассчитывал на приобретение Россией  заводов и электростанций в Европе, оснащенных новыми технологиями, а те, соответственно получили бы сибирские месторождения нефти и газа.

Еще в 1991 году Россией был подписан Договор к Энергохартии, но он был еще не ратифицирован. Москва рассчитывала, подписывая договор, что с Запада пойдут технологии, инвестиции, энергосбережение, однако Запад потребовал от России открыть ее трубопроводы для всех желающих, а к себе не впустил.

Тогда  Путин решил иным путем преодолеть барьер, разделявший Россию от Европы. Ориентируясь на создание общей европейской крыши, куда вошла бы и Россия, он принял решение о погашении долга  перед Парижским клубом, после чего Россия должна была, по мнению президента,  восприниматься равноправным партнером.

Владимиру Путину хотелось показать Западу, что Россия уже не Советский Союз, что нет противостояния  России с остальным миром, что она возвращается в систему цивилизованных наций. Единственное, что нужно: считаться с Россией, чтобы учитывались ее национальные интересы.

Однако Запад понял одно: с приходом Путина на вершину государственной власти  Россия постарается занять в Европе доминирующее положение. Именно Путин может вернуть России былую мощь.

Владимир Путин прекрасно понимал, что государственная власть в России ослаблена. А авантюрная программа приватизации привела к тому, что стратегическая собственность России оказалась в руках случайных людей. Запасы нефти, газа, металлов оказались в частной собственности. Лишь 4 процента всей нефти России к началу ХХ1 века контролировалось государством. Больше того, владельцы стратегических запасов страны старались не платить в казну государства даже символических  налогов.

В январе 2001 года на встрече с промышленниками Путин жестко сказал: « Ситуация, при которой две скважины находятся рядом и работают примерно одинаково, но одна платит налога в три раза меньше, чем другая, мало кого может устроить. «Оскорблять» нефть всякими несуразными названиями типа нефтяной жидкости должно стать не модно, надо прекратить такие манипуляции в области лингвистики».

26 января 2001 года нижняя палата парламента урезала неограниченный иммунитет экс-президента  Ельцина, приняв в третьем и последнем чтении текст, предусматривающий в случае тяжких преступлений, совершенных во время правления, в том числе отмывание денег в крупных масштабах или организованное группой, отмену иммунитета. В день рождения Ельцина, 31  января, за этот проект закона проголосовал почти единогласно и Совет Федерации. Агентства новостей тут же раструбили на весь мир о том, что экс-президент Борис Ельцин может стать первым, против кого будет применен этот закон, возможно, ему и после отставки придется опасаться уголовного преследования. Не случайно уже в феврале он подписал закон об ограничении иммунитета бывшего президента России, тем самым окончательно освободившись от  зависимости  прежних  моральных обязательств.

Нужно было срочно отделять присосавшихся компрадорских олигархов от государственной власти. Это очень болезненный процесс, но его следует начинать для оздоровления больного государственного аппарата, для оздоровления экономики, да и всего российского общества

Он прямо и достаточно жестко представил обществу свою позицию: «В ходе приватизации, когда делили национальное достояние на энное количество частей, те, кто это делал, между собой договорились жить по определенным правилам – по понятиям… . Им нужно учиться жить по закону».

Владимир Путин потребовал от бизнеса принципиальной  удаленности от власти, подчеркнув: «Надо исключить то, чтобы кое-кто присосался к власти и мог использовать это в своих целях. Ни один клан, ни один олигарх не должен быть приближен к региональной и к федеральной власти – они должны быть равноудалены от власти».

Реакция со стороны олигархической элиты была нервно-негативной, так как  Путин поставил перед своей командой задачу: проанализировать состояние дел не только в отношении российского газа, но и нефтяных компаний.

Предупреждение, которое президент сделал олигархам, не все из них сразу приняли всерьез. Следом за «Газпромом» началась инвентаризация нефтедобывающих компаний.

Преследуя эту цель, Владимир Путин предложил Игорю Сечину,  войти  в совет директоров государственной нефтяной компании «Роснефть» с тем, чтобы детально разобраться в сложившемся нефтяном рынке,  постараться увеличить  нефтяные резервы, взять  их под государственный контроль. То, что он услышал по истечении некоторого времени, могло повергнуть в шок: пораженный полученными сведениями о состоянии компании Сечин доложил президенту о том, что та владеет небольшим   нефтяным ручейком, а  реки российской нефти находятся в частных руках,  в      основном в ЮКОСе, главой которого является  олигарх Михаил Ходорковский.

После распада Советского Союза в мутной воде стали ловить золотых рыбок многие продвинутые деятели. Сумел сделать это и  Ходорковский. Скромная  компания «Менатеп» при Фрунзенском  райкоме комсомола, скоро превратилась  в банк «Менатеп». На меанатеповских  раутах и приемах, поражавших  роскошью, Ходорковский быстро понял: подкупая чиновников, можно добиться всего, что желаешь. Так началась его работа по коррупционированию  государственного аппарата всех родов и уровней.

Справедливости ради надо сказать, что, конечно, Ходорковский был не одинок.

В 2003 году  стало очевидно, что владелец ЮКОСа Михаил Ходорковский стал, пожалуй, самым активным из предпринимателей и в политической сфере.  В апреле  ЮКОС  подписала соглашение о слиянии с «Сибнефтью» Абрамовича, в результате чего стала четвертой в мире нефтяной компанией. Начались переговоры с компаниями Chevron Texaco и Exxon Mobil.

Одновременно Ходорковский  занимался финансированием различных партий -  «Союза правых сил», «Яблока» и даже КПРФ для усиления своего влияния на принятие законов, выгодных его компании, а, возможно, и создания контролируемого конституционного большинства в Думе. По свидетельству Германа Грефа, без одобрения ЮКОСа в Государственной думе не проходил ни один проект.

Депутаты, купленные Ходорковским, отрабатывая полученное, принимали решения, выгодные олигарху. Законопроекты, поданные правительством России, проваливались один за другим. Так, например,  был заблокирован законопроект « О налоге на дополнительный доход от добычи углеводородов», невыгодный для месторождений с высокой рентабельностью. Против законопроекта о налоге на сверхдоходы нефтяных компаний проголосовали даже коммунисты, которые, как иронизировал  Греф, должны бы быть первыми при поддержке этого закона. В результате цены на нефть всё возрастали, а нефтяные деньги продолжали течь мимо государственной казны.

Ирина Ясина, директор программ и член правления МОО «Открытая Россия», констатирует: «Ходорковский … «скупал» депутатов не под конкретные проекты…. Он помогал пройти в Думу людям, которые были в состоянии отстаивать близкие ему идеи… Ходорковский готов был давать им деньги, поскольку, как все мы знаем, проход в Думу у нас не бесплатный».

Владимир Путин, внимательно наблюдавший за положением дел в Государственной думе, в беседах с лидерами фракций, с депутатами констатировал: «Даже более мягкие вещи сегодня уже не проходят, потому что те, кто не заинтересован в их прохождении, блокируют их. И делают это эффективно… Вот Селезнев – я доверяю ему как председателю Государственной Думы – говорит мне: « Вы знаете, я молчал, и вы можете поверить в мою искренность и объективность.  Просто уже тошнит, не могу уже больше сидеть. Кроме того, что и так тяжело, текущие дела, но то, что бизнес творит в зале, - это просто переходит границы».

Трагической ошибкой одного из самых богатых и влиятельных олигархов, стало то, что он судил о Владимире Путине с позиций ельцинских времен. Овладев правдами и неправдами одним из самых крупных месторождений, (Юганскнефть), затем увеличив свою собственность путем приращения других месторождений  и сформировав гигантскую компанию ЮКОС, Ходорковский стал смотреть на мир свысока. Даже  Президент в его глазах не был фигурой достаточно значимой, так как был небогат, а потому, по мнению олигарха, зависим.  Государство же, которое Путин возглавил, было просто нищим, а госаппарат нужных структур подкупленным.

Но Ходорковский не учел одного важного обстоятельства: он забыл, что, в сущности, его богатство, как и у других олигархов, было добыто неправедными путями, в результате чего российский народ и был ввергнут в нищету. Здесь уместно вспомнить, что еще в октябре 1998 года газета «Аргументы и факты» опубликовала открытое письмо Эдуарда Тополя к Березовскому, Гусинскому, Смоленскому, Ходорковскому и остальным олигархам под названием «Возлюбите Россию, Борис Абрамович!».

Автор письма по сути предупреждал олигархов в лице вполне  конкретных людей о том, что они могут стать изгоями российского общества, если не предпримут  усилия для завоевания симпатий народа. Для этого следует вкладывать деньги в экономику России, оказывать поддержку социальной сфере, заниматься меценатством.

« В жизни есть российское правительство – Ельцин, Кириенко, Федоров, Степашин. Но главный кукловод имеет длинную еврейскую фамилию – Березовско-Гусинско-Смоленско-Ходорковский и так далее. То есть впервые за тысячу лет с момента поселения евреев в России мы получили реальную власть в этой стране. Я хочу спросить вас в упор: как вы собираетесь употребить ее? Что вы собираетесь сделать с этой страной? Уронить ее в хаос нищеты и войн или поднять из грязи? И понимаете ли вы, что такой шанс выпадает раз в тысячу лет? И чувствуете ли свою ответственность перед нашим народом за свои действия?… даже если вы успеете улететь из России на своих личных самолетах, вы все равно будете кончеными людьми – вы потеряете доступ к рычагам власти и экономики этой страны, вы станете просто беженцами на иноязычной чужбине. Для вас это, поверьте моему опыту, будет смерти подобно – даже при наличии ваших счетов в швейцарских банках. И потому тот факт, что, ни свой Божий дар, ни свои деньги, - вы все еще не употребили на благо этой страны и этого народа, - это самоубийству подобно….Сегодня народ, среди которого мы живем, в настоящей беде. В стране нищета, хаос, отчаяние, голод, безработица, мародерство чиновников и бандитов. Наши возлюбленные, русские женщины, на панели. Так скиньтесь же, черт возьми, по миллиарду или даже по два, не жидитесь и помогите этой нации на ее кровавом переходе от коммунизма к цивилизации. И скиньтесь не только деньгами – скиньтесь мозгами, талантами, сноровкой, природной и Божьей сметливостью, употребите всю свою силу, волю, власть и богатство на спасение России из пропасти».

Перечисленные имена олигархов как самых богатых людей России не случайно волновали Эдуарда Тополя. Он понимал, что источник их доходов был неправедным, так как построен на присвоении народного богатства в момент вакханального растаскивания. Этой группой  были созданы  законы, согласно которым они  овладели национальным богатством, жили и хотели бы, чтобы так было вечно. Они пытались использовать свое богатство для приобретения политического веса в России и за рубежом. Не брезговали  самыми примитивными методами – подкупами. С этой целью именно этими людьми были созданы свои охранные службы, свои средства массовой информации.

Первым олигархом, у которого после заявленной Путиным позиции не выдержали нервы,  был  Владимир Гусинский, заслуживший жесткую характеристику  Президента в интервью газете «Карьера дела сера»:  «Рассовал по карманам свыше миллиарда долларов, не хочет их отдавать, а пытается использовать подконтрольные ему средства массовой информации в качестве инструмента шантажа государства».

Действительно, Гусинский жил широко, как и прочие выскочившие  «из грязи в князи» олигархи. Обзавелся собственностью во всех концах мира. Посещал шикарные рестораны, направо – налево  давал интервью. Млея от восторга, журналисты писали, к примеру, так: «Лучи испанского солнца играют в бассейне за окнами его шикарной виллы… , расположенной на фешенебельном  курорте Сотогранде. Журчит мраморный фонтан в форме дельфина. Незаметно ходят слуги и охранники».

Вложившись большими деньгами в 1996 году в кампанию по избранию Ельцина президентом РФ, он  получил за это «четвертую кнопку» телевидения, которую президентским указом отдали НТВ, сделав его при этом общефедеральным каналом. Во время  выборов президента 2000 года Гусинский  активно использовал НТВ в поддержке противников Путина. «Наезд» на нового Президента был им продолжен и после выборов.

Вместе с Березовским  Гусинский участвовал в информационной войне против руководства страны, вбросив в информационное поле гнусный сюжет о причастности российских спецслужб к взрывам в Москве и Волгодонске. Запад «заглотил» эту информацию, и в результате «медиахолдинг Гусинского стал восприниматься в качестве «главного внутреннего врага» не только среди дремучих маргинал-патриотов, но и в достаточно широком кругу функционеров действующей власти».

13 июня 2000 года Владимир Гусинский был арестован и препровожден в  Бутырскую тюрьму в связи с уголовным делом о  приватизации компании «Русское видео». Поскольку Гусинский имел два гражданства – России и Израиля, а также был руководителем одной из крупных еврейских общественных организаций,  на Владимира Путина и на руководство Генеральной прокуратуры со всех сторон обрушился шквал упреков практически немедленно.

Владимиру Гусинскому было предъявлено обвинение по статье 159, часть 3 Уголовного кодекса РФ, «мошенничество в особо крупных размерах».

Но через три дня после ареста, Гусинского  выпустили из тюрьмы. Оказавшись на свободе, он тут же заявил, что его арест – месть со стороны президента РФ и его окружения.

Владимир Путин довольно обстоятельно  говорил  о сомнительном характере происхождения богатства Гусинского, о задержке возвращения кредитов на сотни миллионов долларов. Вместе с тем его позиция была сдержанной. Как юрист он понимал,  что арестовывать олигарха  не следовало, можно было взять лишь подписку о невыезде. Однако заметим, что это было его личное мнение.  Прокуратура по российскому законодательству не подчиняется ни президенту, ни правительству. Иными словами, президент вновь напомнил обществу  о  том, что надо опираться на законы.

Общественность России занималась гаданием: кому же не угодил Гусинский. Версии были самые разные. Ссылались на Александра Волошина, на силовиков, на заказ со стороны Березовского, который был доволен арестом Гусинского и недоволен п                                                                резидентом.

Сложив с себя полномочия депутата Думы, Борис Березовский сразу противопоставил себя Владимиру Путину, сделав несколько громких заявлений и выпадов против действующего президента. Правда, его намерение стать эпицентром объединенной оппозиции, как только он это озвучил, сразу провалилось.

Политолог Глеб Павловский так охарактеризовал эту ситуацию:  «Березовский не случайно видит в реформах Путина чуть ли не крушение государственного строя. Для него государством был теневой баланс политики, где конституционные роли, такие как «губернатор», «партия», «СМИ», стали псевдонимами нелегальных точек торговли властью. Не хочу злоупотреблять критикой, но его последний демарш – это, с моей точки зрения, признание провала. Березовский пытался поставить в зависимость Путина, используя свои обычные средства: СМИ, деньги, связь с недовольными. Не вышло. Путин обесценил политический рынок, на котором Березовский занимал прочные позиции. Сегодня власть перестает быть оптовым потребителем коррупционных услуг – рынок падает, и бойкое место посредника на нем  уже ничего не стоит».

Российская прокуратура предъявила обвинения олигарху Борису Березовскому по статье о мошенничестве в особо крупных размерах. Березовский, получив приглашение в Москву на допрос, не захотел возвращаться, предпочтя моментальную эмиграцию.

«Обеспечение юридически безупречных условий, при которых телекомпания НТВ, субсидированная Гусинским, перестала существовать, - есть колоссальное достижение информационной политики путинской власти. Перестало действовать крупнокалиберное информационное орудие, заряжаемое разрушительными снарядами, стреляющее прицельно по самым чувствительным центрам государственной и народной жизни. Артиллерийский наводчик этой пушки находился в Лэнгли и в штаб-квартире НАТО. Заряжающий – в студии «Останкино». Взрывы – в каждом русском доме», - писал Александр Проханов.

Теперь уже почти всем было понятно, что за годы правления Ельцина, Россия стала придатком англосаксонского капитализма, а российский олигархат  не случайно приобрел высокий авторитет в США и Европе. Не идентифицируя себя с Россией, олигархи своими близорукими действиями  сделали все, чтобы восстановить против себя российский народ.

В сущности, и Гусинский, и Березовский, и Смоленский, да и Ходорковский, впрочем, и им подобные, чувствовали себя на земле России временщиками, не связывали с ней будущее своих детей, ощущали себя вне контекста национальных интересов страны, из которой они выкачивали несметные богатства.

В 2003 году  Путин во время встречи с Ходорковским  призвал того отказаться от финансирования партий. На что последний издевательски ответил, что ЮКОС не финансирует, это делает  лично он, Ходорковский, и менеджеры компании.

Уверенность в себе Михаила Ходорковского подкреплялась многомиллиардным состоянием, крепкими связями с Западом. Поэтому, он считал, можно  игнорировать  предупреждения президента.  Он был уверен: его не посмеют тронуть, за него тут же вступится руководство США. Эта уверенность строилась на том небезосновательном тогда положении, что он преподносил США Россию как нефтяной резервуар. Леонид Невзлин, коллега Ходорковского, во время встречи Кондолизой Райс говорил, что на следующем витке политического цикла России, когда - либо они сами с Ходорковским займут ключевые позиции во властной машине, либо их влияние на власть будет увеличено, то под их влиянием Россия может пойти на ядерное разоружение.

Владимир Путин ясно понимал, что ядерное оружие России оставалось мощнейшим гарантом ее безопасности. США, конечно, выгодно говорить о разоружении, так как у них имелось  высокотехнологичное оружие и гигантская хорошо оснащенная армия.

Разоружив ядерные страны, США станут  единственными правителями мира. Путин это прекрасно осознавал. Олигархи не случайно хранят свои капиталы на Западе. Там же живут и учатся их дети. Они в любой момент готовы покинуть Россию.  Интересы президента-государственника и  интересы компрадорского частного капитала рано или поздно должны были, столкнуться и вылиться в конфликт.

Ходорковский, выступавший в авангарде олигархата,  в сущности, был обречен на столкновение с действующим президентом России. По своему духовному строю они  были людьми, находящимися на противоположных полюсах.

Главная ошибка Ходорковского состоит в том, что он в погоне за наживой, бросил в лице Владимира Путина вызов российскому государству. Богатство  вскружило голову,  хотелось стать еще круче, подняться на мировой уровень.  Президент, с его точки зрения, не обладавший богатством, человек временный, поэтому всерьез не воспринимался. Ходорковский полагал,  что власть в России принадлежит олигархам, а президент России нужен только для обслуживания их интересов.

Между  тем даже в оппозиционной  печати все чаще стали появляться  высказывания в пользу президента. В газете «Завтра» появились такие строки: « Путин вызывает сочувствие. Ему хочется верить. Хочется помогать. Да и как не помочь ему, убирающему нечистоты в родном храме, где враг устроил конюшню».

Против Путина вдруг перестали выступать лидеры партии «Яблоко» и КПРФ.

Газета «Московские новости» констатировала; «Ни для кого не секрет, что даже в лице КПРФ Путин имеет в большей мере союзника, чем оппонента. Не пошевелив и пальцем, Путин сумел сделать то, что не удавалось Ельцину – ликвидировать «непримиримую» оппозицию. Даже «Русское национальное единство», оказавшись на грани раскола, намерено было учредить новую организацию, которая могла бы поддержать президента  РФ в его борьбе с экстремизмом и терроризмом».

«Путин внушает не страх, а уважение. Но уже сейчас можно безошибочно сказать, что с появлением Путина закончился период «царствования, лежа на боку и многомесячной  работы с документами».

Постепенно российскому народу приоткрывались все новые  привлекательные черты характера Владимира Путина. Главными из них были умение принимать трудные решения и при этом не перекладывать ответственность на плечи других, брать ее на себя. А ироническое отношение к миру в сочетании с  быстротой реакции вызывали чувство симпатии и уважения всех, кто бы с ним не общался.

Широко известными стали такие ситуации, в какую попал Александр Ширвиндт. Знаменитый артист, увидев в театре  Путина, протянул ему руку и представился: «Шура». И получил незамедлительный ответ– «Вова».

- « Может быть, выпьем за знакомство?» - нашелся Ширвиндт.

- «  А почему бы и нет? -  ответил Путин,  и они пошли в сторону театрального буфета.

Другой случай. На вопрос, будет ли Россия вступать в НАТО, Путин ответил; «Почему бы нет?», - тем самым тремя словами породив массу слухов и глубокомысленных комментариев.

На вопрос банкира: А что будет у нас в России с банковской тайной?»- ответил предельно кратко: «А она была?».

Или такой  примечательный эпизод. При утверждении кандидатуры премьера в Думе Геннадий Зюганов выступая, сделал вид,  что забыл фамилию Путина. Григорий Явлинский также намеренно исказил имя будущего премьера, назвав того Сергеем Владиленовичем Путиным. В ответ Путин, поблагодарил всех депутатов за доверие, особо обратив свои слова к  «Григорию Алексеевичу Зюганову».

Лондонская газета «Таймс» сообщала: «Лидеры восьмерки страдают от острого языка Путина. На прошлой неделе жертвой стал Дик Чейни. В субботу – президент Буш. Потом наступила очередь Тони Блэра. Похоже, никто не защищен от язвительных шуток президента Владимира Путина».

Народ быстро оценил шутливые и ироничные выпады Президента. Стало ясно, что Путин далеко не так прост, как могло показаться на первый взгляд. Острый ум,  мгновенная остроумная реакция на оппонента,  меткие высказывания, пронизанные иронией, - все это вкупе заставляло считаться с таким  человеком,  рождало симпатию.

Многие губернаторы, до этого несколько настороженно относившиеся к новому президенту, стали искренне поддерживать его стремление укрепить федеральную ветвь власти  в России. В свою очередь  Путин, обращаясь к ним, сказал : «Мне часто задавали вопрос: как вам удалось добиться, чтобы региональные лидеры в верхней палате парламента при принятии закона о том, что они не будут там больше работать, проголосовали как бы сами против себя? Ведь никто рук не выкручивал на самом деле. Никто не принуждал к этому решению. Да, я твердо заявил о своей позиции, сделал это открыто и публично. Но эффект был даже для меня необычным. Вы знаете, почему? Да потому, что они сами стали понимать и чувствовать, что неурегулированность в федеральной сфере в этом плане мешает развитию не только всего государства, но прежде всего самих регионов. Это было их ответственное решение. С моей подачи, но решение было их».

Общаясь с олигархами, Путин все чаще ловил себя на мысли о том, что богатства России попали в руки случайных людей. Он знал, что владельцы крупных предприятий не вкладывают средства в полученную собственность, а лишь выкачивают из нее, всеми доступными им способами,  максимальную выручку, зачастую скрывая свои доходы, чтобы не платить налогов государству.

Между тем Михаил Ходорковский  продолжал бурную деятельность, разъезжая по регионам России, откровенно пытаясь скупить состав будущего парламента. Не все, к кому обращался Ходорковский, реагировали так, как ему хотелось,  но были и такие, кто легко поддавался соблазну,

преподносимому им в разных вариантах и видах.

В сущности, шло откровенное развращение россиян. Главное, к чему пришел, наблюдая за этим  Владимир Путин, было то, что Михаил Ходорковский, подтянув под себя огромный нефтяной пласт народного достояния, позиционировал себя уже выше государственной власти в России.

В ЮКОСе  к этому времени верховодили американцы. Ходорковский пользовался огромной поддержкой США.

То, чему противился президент Путин, задумав сделать Россию энергоресурсной державой, стать равноправным партнером с Европой и интегрироваться в мировое хозяйство, Ходорковский всеми силами  утверждал  в ЮКОСе. Он готовился  продать часть компании США,  в то время как государство в лице Путина путем огосударствления собирало уведенные в частные руки ресурсы.

Эпизод с Ходорковским показателен и поучителен. Владимир Путин понимал, что следует безусловно  пресечь коррупционные связи парламентариев с олигархами.

19 февраля 2003 года на встрече ведущих бизнесменов с президентом в Екатерининском зале Кремля Ходорковский  в сущности обвинил государственную компанию «Роснефть» в том, что она скупает такие активы, как «Северная нефть».

Раздраженный тем, что государство явилось конкурентом ЮКОСа: ( государственной компанией «Роснефть» была куплена компания  «Северная нефть», а также  чуть ранее приобретены большие месторождения нефти на севере России), - он прямо предъявил претензии Путину по части этих сделок. Путин поглядел на Ходорковского и очень сдержанно дал понять, что вообще-то именно государству следует увеличивать запасы нефти. Нефть, газ  должны принадлежать прежде всего России, а не пребывать в руках частного монополиста, которому безразличны национальные интересы страны. В корректной форме он напомнил Ходорковскому  о методах получения собственности российскими олигархами, которые, мягко говоря, не располагали к уважительному отношению, тем более со стороны президента России. И,  помолчав,  заметил, что у ЮКОСа, насколько известно, есть проблемы с неуплатой налогов.

Путин заявил, что государство будет бороться с коррупцией всеми возможными путями, но главное,  нужно создать такие условия, когда бизнесмены будут чувствовать себя легко и уверенно только тогда, когда будут соблюдать  законы, а не нарушать их.

Похоже, все присутствующие поняли президента. Кроме Ходорковского.

Президенту  докладывали, что Ходорковский делает ставку  на Государственную Думу, куда он  проведет своих людей, финансируя партии и не гнушаясь прямым подкупом. Новый парламент назовет Ходорковского первым кандидатом на должность премьер-министра. Сценарий такого ползучего переворота был вполне возможен, если  своевременно не принять соответствующих мер по его разрушению.  Путину это было очевидно. Иное дело, встал вопрос: что же необходимо было  предпринять для пресечения этих угроз?

Между тем планы Ходорковского разрастались: он активизировался в переговорах с американскими нефтяными компаниями, стараясь привлечь их в качестве партнеров в новом концерне. Кроме того, он решил построить частный нефтепровод в Китай, несмотря на то, что транспортировка нефти была прерогативой государства и заметно питала бюджет.

Путин понимал, что уход под американское крыло, превращение компании  ЮКОС в независимого от  России игрока на мировом рынке  ослабит российское  государство, так как только нефть  способна восстановить экономику страны.

Началось официальное расследование деятельности компании ЮКОС, связанной с неуплатой налогов.

Летом Институт национальной стратегии представил аналитический доклад политолога Станислава Белковского «Государство и олигархи», в котором говорилось о том, что олигархи готовят государственный переворот,  собираясь взять под контроль Государственную думу. Когда кто-то из журналистов задал вопрос Владимиру Путину на пресс-конференции о том, знает ли он о докладе Белковского, то получил неожиданный ответ: « Я абсолютно убежден, что за последние годы пресловутая равноудаленность различных представителей бизнеса от органов власти и управления в стране все-таки состоялась… Что до тех, кто не согласен с этой позицией, то, как раньше говорили, иных уж нет, а те далече».

11 июля 2003 года  в штабе-квартире ЮКОСа был произведен обыск, были конфискованы документы.

6 августа в офисах, принадлежащих компании, были изъяты электронные файлы. Никто, правда,  еще и не подозревал, что олигарха такого уровня, можно подвергнуть аресту. Однако изъятые документы компании рассказали о многих нарушениях российского законодательства,  и в октябре 2003 года Ходорковский был арестован.

После ареста Михаилу Ходорковскому было предъявлено обвинение в мошенничестве, совершенном организованной группой, в  хищении  имущества, вверенного виновному, в причинении имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием.

Соратники Ходорковского: Невзлин, Пичугин и Лебедев, кроме того,  обвинялись в убийствах людей.

Арест Ходорковского стал лакмусовой бумажкой, по которой можно было определить настроение разных слоев  общества.

Арестом Ходорковского были потрясены лидеры партий «Яблоко» и СПС.  Они даже выступили с совместным заявлением, в котором говорилось: «Масштаб  происходящего совершенно независимо от намерений правоохранительных органов в худшую сторону изменяет политическую ситуацию в стране и ставит под сомнение незыблемость конституционного строя в России».

Исполком СПС пошел еще дальше, распространив заявление о том, что арест Ходорковского наносит ущерб репутации и экономическим интересам России, провоцирует бегство капиталов и сокращение инвестиций в российскую экономику, может привести к сокращению темпов экономического роста.

Волнение, которое они испытали, было  не случайным: эти партии финансировались ЮКОСом, и в момент предвыборной кампании они оказались лишенными мощной финансовой поддержки а, следовательно,  должны были рассчитывать только на себя, либо на незаконную поддержку Запада.

Не молчала и западная пресса.  «Гардиан» (Великобритания): «Аналитики выражали надежду, что продолжающиеся уже три месяца нападки на российский нефтяной гигант ЮКОС – не более чем предвыборная страшилка для напоминания представителям большого бизнеса держаться подальше от парламента и президентских выборов… Силовики, или «ястребы», пытаются расправиться с оставшимися элементами ельцинского режима, известными как «Семья».

«Ле Монд»: «Ходорковский заявил на этой неделе о политических мотивах проверок компании ЮКОС, которая, по мнению зарубежных инвесторов, является одной из самых «прозрачных» российских компаний. Аналитики объясняют арест Ходорковского реакцией власти на его президентские амбиции. В начале 2003 года Ходорковский объявил о том, что хотел бы в скором будущем оставить бизнес и заняться политической деятельностью. Не случайно одновременно с этим заявлением он усилил финансирование различных партий и общественных движений, в особенности «Яблоко», и даже добрался до КПРФ. Газеты запестрели публикациями о том, что олигарх вполне мог бы возглавить российское правительство. Политическая активность Ходорковского сопровождалась попытками увести свои активы из России, причем не только регистрацию, капитал, но и само управление российским нефтяным бизнесом. По задумкам олигархов во главе с Ходорковским нефтяной бизнес России должен был выведен в транснациональную компанию, не подвластную президенту России. Иначе говоря, компрадорский  капитал был ориентирован не на интересы России, а на западных партнеров. Не удивительно, что Ходорковский на собрании германской экономической элиты в отеле «Адлон» 29 сентября, то есть незадолго до ареста, обронил такую фразу: «Не позволю, чтобы мне диктовали, что делать с моими миллиардами».

Владимир Путин понимал, что олигархи все еще надеялись на соблюдение негласных правил, идущих еще от Ельцина, охраняющих исключительность их существования. Важные черты  олигархической системы ценностей– вакханальный гедонизм, культ денег как орудия власти, нарочитое пренебрежение к жизненно важным интересам страны, показывали,  что  их базовые ценности, в сущности, были антинациональными. Не случайно они апеллируют к  лидерам других государств, рассматривая их в качестве гарантов сохранения  на политико-экономическом пространстве России;

Ощущение олигархами собственной  исключительности наиболее ярко и полно выразилось в заявлении Российского союза промышленников и предпринимателей, общероссийских организаций «Деловая Россия» и «Опора России»: «Эскалация действий власти и правоохранительных структур по отношению к российскому бизнесу в последнее время резко ухудшила атмосферу в обществе. Подорвано доверие бизнеса к власти, и фактически прерван их диалог. Под жернова правоохранительных структур попадают именно те бизнесмены, которые пошли на публичное раскрытие информации о своих компаниях и прозрачную уплату налогов.

Сегодня российский бизнес не доверяет действующей правоохранительной системе и ее руководителям. От их произвола ежедневно страдают тысячи средних и мелких предприятий.

Компании вынуждены пересматривать свои инвестиционные стратегии, отказываясь от значимых для страны проектов. Грубые ошибки власти отбросили страну на несколько лет назад и подорвали доверие к ее заявлениям о недопустимости пересмотра результатов приватизации.

Значимость этих событий для судеб стран такова, что российский бизнес призывает действующие политические партии, общественные организации открыто высказать свое отношение к поставленным проблемам.

Развернуть ситуацию может только ясная и недвусмысленная позиция президента РФ В.В. Путина.

Ее отсутствие сделает необратимым ухудшение экономического климата и превращение России в страну, неблагоприятную для развития бизнеса».

Это заявление появилось 25 октября 2003г.  В нем  упоминалось о мелком и среднем бизнесе, которому якобы  мешают правоохранительные органы.

Однако Владимир Путин понимал, что это выступление крупного капитала, обеспокоенного развивающимися событиями, связанными с арестом Ходорковского.

Путин четко  дал понять, что не позволит манипулировать им:  « В связи с арестом главы компании «ЮКОС» ко мне есть обращение руководства Российского союза промышленников и предпринимателей, а также некоторых политических деятелей с просьбой о встрече.

Встречи с представителями политических партий, с руководством объединений работодателей, с объединением профсоюзов трудящихся, с отдельными предпринимателями у нас проходят регулярно, на систематической основе, они нужны, полезны, и это мы будем практиковать и в будущем. Однако никаких встреч и никакой торговли по поводу деятельности правоохранительных органов не будет, если, конечно, эти органы действуют в рамках российского законодательства. Разумеется, нам много еще нужно сделать для совершенствования деятельности правоохранительной сферы. Но в России уже принята демократическая и в правовом смысле выверенная система принятия решений в сфере уголовного процесса.

Лишить человека свободы, даже на время предварительного следствия, не могут органы исполнительной власти, не может этого сделать и прокуратура, это может сделать только суд. Если в данном конкретном случае сделано именно так, то я исхожу из того, что для этого у суда были основания. Кстати говоря, виновен человек или нет, это еще должны доказать те, кто так думает, но, в конечном итоге, решение по этому вопросу может принять только суд, а перед ним, также как и перед законом, должны быть равны все: и скромный клерк, и госчиновник даже самого высокого ранга, как, например, в известном нам случае министр, точнее, бывший министр федерального правительства, рядовой гражданин, средний предприниматель, крупный бизнесмен, независимо от того, сколько миллиардов долларов числится на его личных или корпоративных счетах. Все должны быть равны перед законом, иначе нам никогда не справиться с решением проблемы создания экономически эффективной и социально  выверенной налоговой системы, никого не научить и не заставить платить налоги, делать отчисления в социальный и пенсионный фонды, нам никогда не переломить организованную преступность и коррупцию… Вместе с тем, я понимаю и озабоченность бизнес- сообщества, потому что у нас любые действия федеральных властей чаще всего или часто превращаются в какие-то кампании. В этой связи считаю необходимым подчеркнуть: в связи с рассматриваемым делом никаких обобщений, аналогий, прецедентов, тем более связанных с итогами приватизации, не будет, поэтому все спекуляции и истерику на этот счет просил бы прекратить, а правительство прошу в эту дискуссию не втягиваться».

Это было предельно ясное послание президента в адрес российских олигархов.

Многие не верили, что Ходорковского можно осудить. Думали и о том, что президент не допустит ареста.  Особенно в связи с позицией премьер-министра Михаила Касьянова, который  был на стороне Ходорковского.

Благодаря открытой позиции Владимира Путина, из  разноголосицы мнений вырисовывалась следующая картина: не следует ожидать тотального  пересмотра результатов приватизации.  Но Россия вступает в такую фазу развития,  когда владельцы капиталов должны осознавать свою зависимость от государства, соблюдать его интересы, действовать во благо  своей страны.

Стоит упомянуть ряд публикаций, в которых, хотя и по-разному, отразилась борьба мнений вокруг горячей темы: «Олигархи думают только о себе. А потом, надо еще разобраться, что они приватизировали. Нефтяную вышку, трубу, перерабатывающий завод, т. е. железо. Ни в одном законе, указе не сказано, что приватизированы недра, полезные ископаемые. Они по-прежнему у государства. Олигархи же считают, что это уже их ресурсы… всеобщим достоянием пользуются, как своим собственным», - писала Ольга Вандышева  в статье «В России богатых не любят, потому что не за что».

Журналистка Ксения Юдаева в статье «Не массовые зачистки», наоборот,  выразила сокровенное желание олигархов: если российский президент смирится с тем, что российский бизнес будет выходить на международную арену путем продажи части собственности иностранцам, становиться частью мирового и принадлежать инвесторам, то это может несколько стабилизировать нынешнюю ситуацию.

«Вы представляете, какую пятую колонну выстроили нарушители закона и их пособники в тылу президента?» - восклицал Антон Саржевский.

В статье «Пряник от зайчика»  Саржевский писал: « Миф о страданиях нефтемагната якобы из-за его политических амбиций несостоятелен. «Наверняка этот миф запущен ловкими адвокатами для того, чтобы отреставрировать образ олигарха, попавшегося на уголовных преступлениях. Но черного кобеля не отмоешь добела».

А в «Известиях» появилось интервью  канадского адвоката Ходорковского Роберта Амстердама, откуда россияне вдруг узнали, что дело главы ЮКОСа не является внутренним делом России.

На вопрос, зачем Ходорковский нанял иностранных адвокатов, услышали более чем странный ответ: « Для него это очень важно, потому что российская прокуратура в своих действиях не подчиняется законам России. Если бы прокуратура соблюдала законы, а Басманный суд Москвы мог принимать независимые решения, то в иностранных адвокатах не было бы никакой необходимости».

Обеспокоенный арестом Ходорковского, Запад пытался понять, каким образом можно вытащить его из тюрьмы?  И  пришел к заключению  объявить его узником совести. А если и это не поможет, был приготовлен еще один ход конем, открыто заявленный  в  «Вашингтон пост»: « Для тех, кто еще не обновил свое знание русского языка, поясним: «олигархи» - это термин для обозначения «богатых» евреев», которые нажили свои состояния в эпоху массовых приватизаций советского имущества в начале 1990-х. Быть успешным евреем в исторически антисемитской России – хуже не придумаешь. После избрания Путина в 2000 году все лица, арестованные за финансовые преступления, оказались евреями. Выражаясь в финансовых терминах, мы являемся свидетелями крупнейшей незаконной экспроприации еврейской собственности в Европе с 1930-х годов, когда за этим стояли нацисты».

Еврейская община в России едва ли не первой  четко среагировала на эти выпады, ясно выразив свою позицию  через газету «Еврейское слово»: «Ходорковский, Невзлин и их  коллеги по клубу миллиардеров, доказали, что они умеют делить и вычитать в масштабах всей России. Теперь им придется доказать, что они умеют складывать и умножать в том же масштабе. Они богатели вместо России, дальше им придется богатеть вместе с Россией…  Путь первоначального накопления (разграбления) пройден до конца. Теперь надо начинать какой-то новый путь».

Политолог Александр Ципко в статье «В России нет «еврейского капитала» дал ответ на публикацию в «Вашингтон-пост», увидев в ней попытки этнизации дела Ходорковского, превращения его в дело Дрейфуса:   «Если бы он был осмотрительнее и действительно хотел стать русским политиком, то ему следовало бы тратить миллионы  не на подкормку «либерально настроенной» общественности США и в России, а на строительство сельских школ и больниц где-нибудь  в российской глубинке. Но вместо этого он с Соросом и с «Открытой Россией» мечтал переделать русского человека и русское сознание.

В результате, как выяснилось, в «Матросской тишине» оказался не просто бывший комсомольский работник, не просто российский олигарх, а владелец «еврейского капитала».

Сам Ходорковский передал пакет акций «ЮКОСа» на сумму 12 млрд. долларов под попечительство президента Института исследования еврейской политики в Великобритании лорда Ротшильда.

Теперь для нас, не посвященных в дела «ЮКОСа», становится понятно, почему заместитель Ходорковского Леонид Невзлин стал в свое время  (до бегства в Израиль), президентом Российского еврейского конгресса. Скорее всего, Ходорковский сознательно, задолго до ареста превращал  свой российский бизнес в еврейский бизнес, надеясь таким образом укрепить его защищенность.

Правда, непонятно, как он намеревался совместить свое личное, открытое врастание в еврейский мир с претензиями на политическое лидерство в многонациональной, по преимуществу, русской России. …Всемирная еврейская община, ввязавшись в открытую защиту Ходорковского как представителя еврейской нации, несомненно достойного представителя своего народа, все же должна считаться со всеми негативными последствиями этнизации, точнее, евреизации его дела…

Во-первых, она должна считаться с тем, что в России капитал Ходорковского не воспринимается и никогда не  будет восприниматься, как еврейский капитал, как капитал, за которым стоит труд и старания его еврейских предков. Остатки настоящего еврейского капитала сгорели в пожаре Октябрьской революции.

Есть существенная разница между национальным еврейским капиталом Ротшильдов и Рокфеллеров, и капиталом Ходорковского, который возник благодаря хаосу и коррупции в госаппарате.

В посткоммунистической стране, где еще 10-20 лет назад было все общее, не может быть национального капитала в строгом смысле этого слова. На мой взгляд, попытки трактовать капиталы наших нефтяных олигархов как еврейский капитал наносят урон авторитету еврейского капитала в подлинном смысле этого слова.

Всемирная еврейская община должна учитывать, что и состояние Михаила Ходорковского, и состояние Романа Абрамовича, созданные за счет по сути бесплатной передачи национальных ресурсов, т. е. нефти, в частные руки, воспринимается в России подавляющим большинством населения как «ворованная», «неправедная» собственность».

В статье «Паны дерутся, а у холопов чубы трещат»…», мысли  Ципко получают своеобразное  развитие: «Прошло пять лет, и названные Эдуардом Тополем олигархи в порядке указанной очередности исчезали с российской  политической и экономической арены. Может быть Эдуард Тополь пророк? Или он просто посвящен в знание неких планов, результаты реализации которых, мы и наблюдаем сегодня. Что же это за планы?»

Первый раз им открыто об этом сказал Джордж Сорос в 1996 году в Давосе:  «Ребята, ваше время кончилось, готовьте самолеты и смывайтесь».

Ребята не послушались, сложились, и вскладчину протащили Ельцина на второй срок, тем самым  наплевав на советы опытного гуру.

Ходорковский и Невзлин еще в 1992 году в своей книге «Человек с рублем» высказали  свои сокровенные мысли: «Нейтралитета по отношению к нам уже недостаточно. Необходима реализация принципа – «кто платит, тот и заказывает музыку»… Нам предпринимателям, не нужно купленное правительство. Мы будем способствовать тому, чтобы путем демократических выборов к власти пришли те, чьи независимые интересы совпадают с нашими устремлениями. Такую власть мы и будем поддерживать и финансировать. Не справятся – последуют соответствующие шаги, направленные на то, чтобы у власти были сторонники предпринимательства…

Перед началом  любого дела мы не можем избавиться от мерзопакостного ощущения, что вот-вот откроется дверь и мы услышим: «Бизнесмен? Пожалуйте в кутузку!». И от скамьи подсудимых нас не убережет самый опытный адвокат: ибо, и обвинитель, и судьи будут действовать в соответствии с нормами закона».

Целиком поддержал  действия правоохранительных органов от имени Народной партии Геннадий Райков, сказав о том, что расследование дел одного олигарха вряд ли поставит под сомнение реформы 90-х годов. Все гражданственно ориентированные политические партии страны должны встать на защиту интересов народа, государства и президента от зарвавшихся олигархов. И добавил конкретно: « Когда начинается крик и визг по этому вопросу, я не понимаю, в чем дело. Если гражданина Иванова, который в деревне украл поросенка, арестовали, то никто не визжит. А гражданин Ходорковский – да, это очень много, имущество, видный человек и т.т., но закон один для всех. Арест не отразится на взаимоотношениях власти и общества, потому что это больше касается отношений власти и отдельных олигархических структур. Часть из них перепугается и побежит, а другая, которая не имеет грехов, останется».

«В России,- писал Вячеслав Костиков в статье «Судьба олигарха»,- все крупные состояния возникли в середине 90-х годов, когда беспомощная власть раздавала собственность в обмен на поддержку. Мгновенное обогащение и породило те «навороты», которые более всего и вызывают раздражение: демонстрация богатства (роскошные особняки за десятки миллионов долларов, зарубежные виллы), психология «нуворишей» - все позволено, все куплю. И, наконец, претензия управлять страной, ставить своих министров, премьеров, откровенный подкуп депутатов, судей, политиков. Но главная линия напряжения – в огромной бездне между богатыми и бедными.

Понятно, что президент России при сложившейся до него ситуация не сможет уничтожить этот разрыв, не затронув интересов российской олигархии».

Председатель Совета Федерации Сергей Миронов прямо заявил, что избранная мера пресечения в отношении Ходорковского не является чрезмерной. Больше того, он поддержал идею о необходимости внесения в законодательство статьи, предусматривающей наказание за уклонение от уплаты налогов.

Геннадий Зюганов отмечал, что когда Ходорковский занимался только бизнесом, то он был соратником власти, но как только заявил о своих политических намерениях, так тут же естественно превратился в противника.

Алексей Митрофанов, первый заместитель председателя фракции ЛДПР в Государственной Думе, высказал предположение о том, что все аресты связаны с намечающейся сделкой с американцами – «Шеврон» или «Экссон Мобил» и что государство волнуется именно по этому поводу, так как может случиться, что половина нефти окажется фактически под контролем американцев. Он недоумевал, чего это ради акционеры ЮКОСа, получившие в свое время пакет бесплатно, должны вдруг продавать компанию и получать огромные барыши.

Лидер партии «Единая Россия» Борис Грызлов заявил, что действия Генеральной прокуратуры РФ соответствуют закону.

Владимир Жириновской – лидер ЛДПР вообще одобрил арест Ходорковского, мотивируя это тем, что этого давно следовало ожидать, так как такие деньги нельзя заработать честно. Кроме того, он подчеркнул, что Ходорковский «нагло финансировал партии антироссийской направленности». По его мнению, олигархи являются людьми, которые используют свои грязные деньги для управления страной.

О планах Ходорковского проговорился американский журналист Дэвид Хоффман, сочинивший книгу о российских олигархах, где писал следующее: «Честолюбие Ходорковского, однако еще не было удовлетворено. 22 апреля 2003 года ЮКОС объявил о новых планах  слияния с Сибнефтью, нефтяной компанией,  созданной Борисом Березовским… Теперь объединенная компания, компания, которую собирались назвать ЮКОС-Сибнефть, могла занять четвертое место в мире по размерам добычи. После объединения гигантская компания стала бы привлекательным объектом для поглощения и приобретения другой нефтяной компанией. В этом и заключалось намерение и самая честолюбивая цель  Ходорковского: создать свою империю, а затем продать ее «Эксон-Мобил или «Шеврон-Тексако» Сделка сулила фантастическую прибыль».

Путин осознавал, что  формирующееся общественное мнение о несправедливости свершившегося в 90-е годы распределения национального достояния, закономерно приводит к мысли о целесообразности огосударствления крупных олигархических компаний, а не о новом перераспределении его по лояльным к власти частным карманам.

Телеведущий Владимир Соловьев о случившемся тоже высказался достаточно ясно: «По отношению к Ходорковскому у меня есть внутреннее ощущение, что свершилась достаточно российская по своей природе, то есть корявая, но справедливость. Часто мы пытались проводить исторические параллели, вроде: «в 30-е годы американцы не могли ни за что другое посадить Аль Капоне, кроме как за неуплату налогов, вот и с Ходорковским мы пошли тем же путем».

Ведущий  «Посткриптума» Алексей Пушков считал тогда, что Ходорковский предпринял попытку прямой конвертации денег во власть, как в обменном пункте. « Человек заявил: у меня 15 миллиардов, хочу обменять их на власть в России. Операция была сорвана. Говорят, что это недемократично. А Ходорковский действовал демократично? Как получены 15 миллиардов? Вообще имеет ли человек право покупать власть?  Вся история олигархата в России есть стремление обратить деньги во власть. Это делали Березовский и Гусинский с помощью СМИ и финансов. Когда Гусинский через НТВ помог Ельцину выиграть выборы 96-го года, это была конвертация медийного ресурса во власть. После того как Коржаков в 94-м  году по указанию Ельцина провел против Гусинского операцию «Мордой в снег», тот понял: с властью в России не надо конфликтовать, ее нужно покупать, и не обязательно деньгами. Можно – дозированной информацией, медиаатаками с дальнейшим их смягчением, поддержкой на выборах… Березовский за услуги даже сумел получить должность в госаппарате – стал замсекретаря Совета безопасности, отвечал за Чечню – больший абсурд трудно придумать!».

Алексей Пушков привел высказывание  Невзлина о кремлевских интригах: «Мы Ельцина все равно обыграем, потому что если он учился играть в домино, то мы давно уже научились играть в шахматы».

И дальше  Пушков продолжает  развивать свою мысль: логика Ходорковского такова: при уме и больших деньгах в России можно сделать все. Ему и сподвижникам уже казалось, что они разыграют блестящую партию по превращению Путина в фиктивного президента. А реальным руководителем страны будет Ходорковский – через  купленный контроль над Думой и Советом Федерации. А власть не стала играть ни в домино, ни в шахматы – просто перевернула стол. Некрасиво?  Возможно. Но это была обоюдная игра без правил.

Итак, жестко  осадив Ходорковского, Путин показал: внутренней и внешней политикой России будет заниматься государство, а не отдельные, пусть даже очень богатые люди.

Позиция Владимира Путина была однозначно выражена им в интервью «Нью-Йорк таймс»: «У нас есть категория людей, ставшая миллиардерами, так сказать, за один  день…  Государство назначило их миллиардерами. Оно раздало огромную собственность практически даром. Они сами говорили: «Меня назначили миллиардером». Потом – они стали считать, что они – любимцы богов, что им все разрешено».

Самые дальновидные в олигархической среде поняли, что хотел сказать Владимир Путин. Президент решение для себя принял: все, кто не будет выполнять волю государства, учитывать его интересы, будут либо изгнаны из России, либо «присядут на дорожку».

Со временем первоначальный  накал страстей вокруг «ЮКОСа» и Михаила Ходорковского начал стихать.

«Запад довольно быстро успокоился, в первую очередь, потому, что отношение к Ходорковскому там никогда не было однозначным: в начале  90-х тот довольно весело себя вел с иностранными инвесторами и принципиально ничем не отличался от других российских бизнесменов, которые рассматривали Запад, как тупую дойную корову… .

В любом случае, можно сказать, что дело Ходорковского уже давно перестало быть столь интересным – как в России, так и на Западе, - как хотелось бы самому Ходорковскому. Ну и, конечно, история с подачей прошения об условно-досрочном освобождении показала, что Ходорковского уже реально сломали. Его заставили признать правила игры системы, и когда он попытался выскочить, а его публично унизили, объяснив, что он на самом деле не прочувствовал и не искупил свою вину, - то от этого, я думаю, ему стало вдвойне тяжело. Его и унизили, и оставили сидеть в тюрьме» - писал Владимир Соловьев.

А Николай Злобин, эксперт по российско-американским отношениям,  откровенно написал в своей книге «Противостояние. Россия. США» : «Мысль о политическом одиночестве Владимира Путина, его дистанцировании от российской элиты и нелюбви к ней впоследствии, стала почти общим местом в рассуждениях о российской политике. Да, я тогда наглядно убедился, что президент России Владимир Путин презирает российскую элиту, а она его боится и поэтому изображает колоссальную преданность и лояльность. И понял, что оппозиции будет очень и очень тяжело бороться с Путиным, ибо в голове у президента сформировалась достаточно цельная концепция развития России».

В мае 2005 года после длительного судебного процесса Михаил Ходорковский был признан в мошенничестве  и осужден на 9 лет тюрьмы.

ГОСУДАРСТВЕННОЕ  СТРОИТЕЛЬСТВО И ПОЛИТИЧЕСКИЕ

СТРАСТИ

Путин понимал, что ограничение роли компрадорских олигархов в решении государственных вопросов, превращение крупного капитала в социально ответственную часть общества возможно только лишь при смене внутреннего политического вектора.

В этой связи интересно, что аналитики не раз обращали внимание на некоторые «странности» в посланиях нового президента народу.

Во-первых, входя во власть, Владимир Путин достаточно четко обозначал границу между государственной властью и бизнесменами, тем самым  как бы дистанцируясь от них.

Во-вторых, уже в послании 2001 года Путин, торжественно провозгласив: «Я хочу сказать определенно: мы не боимся и не должны бояться перемен», ничего существенного о грядущих переменах не сказал.

Первое послание носило программный характер. Цели ставились стратегического масштаба. Одна из них была сформулирована так: « Вакуум власти привел к перехвату государственных функций частными корпорациями и кланами. Они обросли собственными теневыми группами, группами влияния, сомнительными службами безопасности, использующими незаконные способы получения информации».

Борьба со структурами Гусинского, Березовского привела к известному результату. Расчистив поле действия, президент в 2001 году стал давать конкретные поручения по решению практических проблем. Тогда надо было решить три главные задачи. Первая – это «разграничение федеральными законами предметов ведения и полномочий»  между центром и регионами. Для реализации этой задачи была создана группа Дмитрия Козака, которая в течение года разрабатывала методологию реформы и подготовила рекомендации.

Вторая задача – наведение «порядка в системе территориальных структур федеральных органов исполнительной власти». Сюда же относилось и «приведение регионального законодательства в соответствие с федеральным».

Путин отметил работу, проделанную полпредами президента в федеральных округах совместно с окружными структурами. Было выявлено более 3500 региональных нормативных актов, не соответствовавших федеральным законам. Причем к моменту произнесения Президентом послания 2001 года 4\5 из них уже были поправлены.

Была проведена масштабная судебная реформа, приняты – Уголовно-процессуальный, Гражданский процессуальный, Арбитражный процессуальный кодексы.

Третья задача – наведение порядка в межбюджетных отношениях.

Президент призвал «перейти к формированию бюджета из двух частей». Первая предназначена для исполнения государственных обязательств, а вторая, предназначенная для решения крупных перспективных задач, должна пополняться за счет доходов, связанных с благоприятной внешнеэкономической конъюнктурой.

В 2001 году Владимир Путин поставил проблему, связанную с принятием нового Земельного кодекса, а также назвал важной задачей подготовку пенсионной реформы.

В послании 2002 года были заявлены новые темы: военная реформа, включающая переход к профессиональной армии при сокращении службы по призыву. Она была названа приоритетной.

Еще одной животрепещущей темой была  предстоящая реформа жилищно - коммунальной сферы. Президент подчеркнул, что основное – это «передать права распоряжаться бюджетными субсидиями самим гражданам», разрушить монополизм в сфере ЖКХ.

В послании 2003 года Президент позволил себе перечислить некоторые положительные итоги развития страны. Было отмечено следующее: общая стабилизация, восстановление – фактическое и юридическое – единства страны, укрепление государственной власти, судебная, налоговая, пенсионные реформы, начало военной, совершенствование избирательной системы.

Президент говорил об этом со свойственной ему лаконичностью. Он не обольщался, понимая не без оснований, что страна стоит на пороге больших трудностей и даже «серьезных угроз», так как ее экономический фундамент еще слаб и неустойчив, а политическая система недостаточно развита. Не случайно он акцентировал внимание на трех задачах: удвоение за 10-летие ВВП, преодоление бедности и модернизация Вооруженных сил. Все это к 2010 году должно было решиться.

Президент, подчеркивая необходимость борьбы с бедностью, пояснил, что низкая покупательная способность большинства населения сдерживает расширенное воспроизводство.

Были в послании 2003 года подведены и итоги развития ситуации в Чечне. Президент поставил задачу: вернуть Чечню в политико-правовое пространство России.

Вспомним, что еще в 2002 году Владимир Путин, отвечая на вопрос о Ельцине, приведшем его к власти, с одной стороны, сдержанно подтвердил некоторую преемственность: «Я не думаю, что сегодняшний курс президента России, всего российского руководства, как бы отрицает все, что было сделано до сих пор. Наоборот, мы развиваем страну на той базе, которая была создана прежним политическим руководством во главе с первым Президентом России Борисом Николаевичем Ельциным».

Но следом фактически тут же отмежевался от экс-президента в личностном плане, что вполне понятно и естественно: « Ясно, что мы разные люди. У нас во многом могут быть разные оценки различных ситуаций сегодняшнего и будущего России. Ясно, что если бы был Борис Николаевич Ельцин президентом, мы не вернули бы, скажем, такие символы нашей государственности, как гимн Советского Союза, мелодию гимна Советского Союза».

А чуть позже Владимир Путин выскажется еще конкретнее: «По многим проблемам у меня есть свое мнение, и я буду реализовывать то, что считаю нужным, то, что считаю соответствующим интересам России».

Еще один знаменательный штрих: «О какой борьбе с преступностью могла идти речь?… У нас были целые регионы, которые позволяли себе творить такое беззаконие, которое в голову современному цивилизованному человеку не укладывается. Даже не хочу повторять все эти ужасы. О каком законе, и соблюдении закона могла идти речь, если полуофициально на протяжении длительного времени, на протяжении 10 лет в отдельных регионах не было, скажем, федерального казначейства, не платились налоги в федеральную казну? Это вообще признак отсутствия единого государства».

Эти  недвусмысленные высказывания дистанцировали  Путина от ельцинской команды.

Становилось очевидным, что Владимир Путин перерастал из топ-менеджера России, управленца, как он называл сам себя ранее, в зрелого главу государства.

Своими  действиями, рассчитанными не на революционный переворот, а на эволюционное преобразование государства, Путин шаг за шагом продвигал Россию к формированию гражданского общества.

Путинская линия резко уменьшила  вмешательство США, Западной Европы во внутренние дела России. Россия выступила против агрессии США в Ираке, была последовательной в этом своем решении. Владимир Путин открыто выражал свое несогласие с администрацией Буша.

На переговорах с итальянским премьер-министром Берлускони он так сформулировал свою позицию: « В ответ на предложение, чтобы российские военнослужащие сейчас приняли участие в операции в Ираке, так и хочется сказать: «Нашли дураков». А в ответ на списание Россией долгов Ирака после его оккупации американцами, Путин высказался еще четче: «Кто-то пострелял, кто-то немножко пограбил, кто-то должен за это удовольствие платить – всегда так бывает».

Президент  отчетливо понимал, что России надо сбросить долларовое иго, которое она на себя надела в предыдущие годы, но при этом следует действовать осмотрительно. « На протяжении десяти лет… нас постоянно обманывали. Мы платили по долгам бывшего Советского Союза. Непонятно, зачем нам это нужно, и я бы никогда не согласился с этим. Но прежнее руководство согласилось, приняло это решение,  и мы исполняем эти дурацкие обязательства и платим за все республики бывшего Советского Союза».

Исправно и быстро выплачивая прежние долги, Россия оставалась едва ли не последним стратегическим бастионом доллара, защищая экономику США часто в ущерб своим национальным интересам. Не случайно 1 января 2004 года был основан Стабилизационный фонд Российской Федерации, а его средства размещены в гособлигации США под небольшой процент.

Итак, Путин провел блестящую операцию,  сорвав планы американцев в отношении «ЮКОСА», направив  денежный поток в  российскую государственную казну.

Одновременно с этими действиями Путин дал задание руководству военно-промышленного комплекса России, последовательно усиливать оборонную мощь страны, выделив на это соответствующие средства.

Становилось очевидным, что Владимир Путин гораздо масштабнее многих политических деятелей, чья харизма так хорошо оттенялась своеобразным характером и манерой поведения Ельцина.

ВЫБОРЫ  В  ГОСУДАРСТВЕННУЮ   ДУМУ 2003 года.

ВЛАДИМИР  ПУТИН  ПЕРЕД  НОВЫМ   СРОКОМ

ПРЕЗИДЕНТСТВА

В преддверии выборов в новую Думу все более  очевидным  становилось,  что российское общество вот-вот потребует демонтажа олигархической системы. Поэтому те партии, чьи программные документы в разной форме обозначили это  неприятие, были обречены на то, что народ их поддержит.

Ясно ощущалось и другое: те партии, что выступят в поддержку олигархов, едва ли найдут поддержку у населения , а значит вряд ли  преодолеют пяти процентный барьер.

Судя по заявлениям лидеров партий в отношении ареста Ходорковского, а также по их программным документам, непопулярность  «Союза Правых Сил» и «Яблока» была обеспечена. Лидеры «Союза правых сил»  подчеркивали, что предельно обеспокоены задержанием главы компании ЮКОС  Ходорковского: «Для нас очевидно, что дело Ходорковского и ЮКОСа в целом носит заказной политический характер.»

Партия «Яблоко» в лице Сергея Митрохина заявила: «Что же касается преследования компании ЮКОС, то «Яблоко» давно и последовательно выступает в ее защиту». Эти заявления далеко не в первый раз прозвучали в «Независимой газете»  27 октября 2003 года, то есть накануне выборов в Государственную Думу.

Рейтинг СПС и «Яблока» особенно упал  в глазах прежних сторонников после того, когда Ходорковский вынужден был признаться в том, что финансировал эти партии. Становилось  понятно, чем диктуется его позиция  защитников.

Едва оправившись от этого невольного разоблачения,  СПС не нашла ничего лучшего, как ввести в тройку лидеров Анатолия Чубайса, видимо, полагая,  что тот держит в руках энергосистему страны, а потому  привлечет  большое  число избирателей на сторону партии. Однако при этом  совершенно не было учтено тотальное негативное отношение народа к Чубайсу.  Пытаясь отыграться, лидеры СПС  подняли истеричный шум по поводу того, что стране угрожает «коричневая» угроза в лице партии «Родина». Но сколько ни пугали россиян Немцов, Чубайс,  Хакамада тем, что нынешняя ситуация в стране напоминает им ситуацию в Веймарской Германии перед приходом к власти Гитлера, что «Родина» – это националисты, истерика не достигла успеха. В глазах россиян они уже  были тесно связаны с олигархами. А рекламный ролик с присутствием лидеров партии на борту вызывающе роскошного белого бизнес - лайнера не добавил, а, наоборот, лишь отнял часть электората. Тогда тройка лидеров партии  предприняло попытку столкнуть лбами «Единую Россию» и блок «Родина», категорически утверждая, что Рогозин или Глазьев составят Путину конкуренцию на президентских выборах, но и это не возымело своего действия, поскольку конструкция была» склеена жидкими политическими слоями». Народ отталкивала и  завышенная самооценка руководителей СПС, и пренебрежение ко всем, кто не являлся их приверженцами. Вот лишь некоторые «заявы» сопредседателя СПС Чубайса в адрес лидеров блока «Родина»: «В стране поднимает голову национал-социализм в самом отвратительном виде». «Коммунисты идут вниз, это очевидно, им хребет переломали, а эти, наглые, циничные, идут вверх. Эту плесень надо уничтожать». Это говорил человек, исповедующий якобы либеральные взгляды.

Дмитрий Рогозин сдержанно заявил тогда  в ответ, что это «примитивный пиар-ход»: «У нас были сведения, что штаб СПС мечется в поисках средства для поднятия рейтинга. Ничего, кроме грустной усмешки, действия правых не вызывают.   Рогозин обвинил правых в том, они взяли на вооружение политику шельмования блока «Родина», раздувания угрозы национал-социализма, доказав тем самым, что  им все равно не только то, как закончатся выборы для них, но и то, чем они закончатся для России, так как своими действиями они подрывают репутацию страны.

Иными словами, российская олигархическая элита,  представленная партиями «Яблоко» и СПС, не сумела найти свою «нишу». И это не случайно.  Вячеслав Костиков в статье «Дефолт ельцинской элиты» дал  ей очень меткую образную характеристику: « Оторванная от населения, она изначально была обречена на кулуарный стиль взаимодействия с властью. Она могла только просить или скандалить - писала письма президенту, обивала пороги администрации, устраивала сцены «мелкого неповиновения» на Васильевском спуске. А когда очень уж сердилась – бежала жаловаться в западные СМИ…. Сегодня элита очень обижается на новый кремлевский стиль с «мочиловкой», «наездами» и «цугундером». Но ведь первые уроки «мочиловки» нам преподали Березовский с Гусинским. А элита хлопала в ладоши при виде невиданной «свободы слова». Элите очень хотелось быть одновременно и «фрондой», и частью властного истеблишмента, и членами закрытого клуба олигархов. Шатаясь между этими дверьми, она совершенно заблудилась... .  Во всех этих играх между властью, олигархами и элитой народ был попросту вынесен за скобки взаимоотношений…Увлеченная процессом обслуживания, элита так и не смогла предложить отвечающих интересам страны и населения механизмов взаимодействия власти и бизнеса, государства и общества, народа и лидеров.»

СПС потеряла почти половину прежних голосов и , не набрав вожделенных процентов,  не прошла в Государственную Думу.

У партии «Яблоко» потеря процентов произошла по важнейшим центрам опоры -  Санкт- Петербургу, Московской и Ленинградской областям.   Интеллигенция, которая всегда шла за этой партией, сделала выбор в пользу «Единой России», блока «Родина»,  партии «Жизни».

Станислав Белковский, объясняет этот проигрыш элиты тем, что, по его мнению, хотя она и зародилась в период «позднего» Михаила  Горбачева, но не превратилась бы в класс, если бы не «один престарелый, пьющий, не очень здоровый человек».

Белковский подчеркнул одну существенную черту так называемой элиты: «Элита 90-х сегодня премного говорит о свободе и демократии. И яростно мусолит какую-то очередную резолюцию полубезумных геронтократов из конгресса и  сената США, осуждающую Путина за «отступление от демократической линии». На самом деле нет для этой элиты ничего ужаснее демократии. Потому что, если бы у народа России был настоящий выбор, к власти в стране пришли бы носители совсем других ценностей, других идеологий. Эта элита признает одну свободу – свободу купить все что угодно за деньги. Свободу денег, а не свободу личности. Когда олигарх покупает средство массовой информации и вводит в нем жесткую цензуру (попробуйте  сегодня покритиковать Ходорковского в любом из принадлежащих ему СМИ) – это нормально. Зато если кто-то выступает против олигарха – это преступно».

В представлении общества сложился устойчивый негативный образ олигарха, суть которого хорошо выразил Евгений Примаков: «Ведь кто такой олигарх. Это человек, который набивает карман за счет махинаций, в том числе с налогами, который может поставить ножку сотоварищам, который грубо стремится лезть в политику, развращает чиновников, партии и депутатов.»

Ходорковский, если и питавший надежды на большое количество  голосов в пользу СПС и «Яблоко», уже с тюремных нар,  с горечью констатирует: русский либерализм потерпел поражение.  И задался риторическим вопросом, (сам же и ответил на него):  «Что происходит после декабрьского фиаско с Союзом правых сил и «Яблоком», никому, по сути, неизвестно, да и, в сущности, не интересно. « Комитет –2008», решивший сыграть роль совести русского либерализма, сам с готовностью расписывается в собственном бессилии и говорит, почти извиняясь: да уж, мало нас, да и  делаем мы все не вовремя, так что рассчитывать не на что, но все же…  Я не хочу сказать, что Чубайс, Гайдар и их единомышленники ставили перед собой цель обмануть Россию. Многие из либералов первого ельцинского призыва были людьми, искренне убежденными в исторической правоте либерализма, в необходимости «либеральной революции» в усталой стране, практически не знавшей прелестей свободы. Но к этой самой  революции либералы, внезапно получившие власть, подошли излишне поверхностно, если не сказать легкомысленно. Они думали об условиях жизни и труда для 10% россиян, готовых к решительным жизненным переменам в условиях отказа от государственного патернализма. А забыли – про 90%. Трагические же провалы своей политики прикрывали чаще всего обманом. …Социальная стабильность, социальный мир, каковые только и могут быть основой всякой долгосрочной реформации, затрагивающей основы основ национального бытия, были российскими либералами проигнорированы. Они отделили себя от народа пропастью….Либеральные лидеры называли себя смертниками и жертвами, свои правительства «кабинетами камикадзе» Поначалу, видимо, оно так и было. Но к середине 90-х они слишком сильно обросли «Мерседесами», дачами, виллами, ночными клубами, золотыми кредитными карточками. Стоическому бойцу либерализма, готовому ради торжества идеи погибнуть, пришла на смену расслабленная богема, даже не пытавшаяся скрывать безразличие к российскому народу, безгласному «населению». Этот богемный образ, приправленный демонстративным цинизмом, премного способствовал дискредитации либерализма в России…. Информационные потоки захлебывались от сентенций про «диверсифицированную экономику будущего». На деле же Россия прочно села на сырьевую иглу. Разумеется, глубочайший кризис технологического комплекса был прямым следствием распада СССР и резкого сокращения инвестиций из-за высокой инфляции. И либералы обязаны были решать эту проблему – в том числе путем привлечения в правительство сильных грамотных представителей левого политического крыла. Но они предпочли проблему игнорировать. Стоит ли удивляться, что миллионы представителей научно-технической интеллигенции, основной движущей силы советского освободительного движения конца 80-х гг., теперь голосуют за «Родину» и КПРФ? Они всегда говорили – не слушая возражений, - что с российским народом можно поступать как угодно. Что «в этой стране» все решает элита, а о простом люде и думать не надо. Любую чушь, любую наглость, любую ложь  он, этот народ, примет из рук начальства как манну небесную. Поэтому тезисы «нужна социальная политика», «надо делиться» и т.п. отбрасывались, отвергались с усмешкой. Что ж, час искупленья пробил. На выборах 2003 народ сказал официальным либералам твердое и бесслезное «прощайте»! И даже молодежь, про которую думали, даже были уверены, что она-то точно проникнута идеями СПС и всецело поддержит Чубайса, проголосовала за ЛДПР и «Родину».

Но лучше поздно прозреть, чем никогда.  «Крупный бизнес … ушел с арены вовсе не из-за внезапного расцвета коррупции в России, а только в силу того, что стандартные лоббистские механизмы перестали работать. Так как были рассчитаны на слабого президента и прежнюю кремлевскую администрацию.  Вот и все».

Был ли искренен Ходорковский, трудно сказать, но выводы, к которым он пришел, впечатлили российскую общественность: « Что мы можем и должны сегодня сделать? Назову семь пунктов, которые представляются мне приоритетными.   Осмыслить новую стратегию взаимодействия с государством…

Научиться искать правды в России, а не на Западе. Имидж в США и Европе – это очень хорошо. Однако он никогда не заменит уважения со стороны сограждан. Мы должны доказать – и в первую голову самим себе, - что мы не временщики, а постоянные люди на нашей, российской земле. Надо перестать пренебрегать – тем паче демонстрировать – интересами страны и народа. Эти интересы – наши интересы.

Отказаться от бессмысленных попыток поставить под сомнение легитимность президента. Независимо от того, нравится нам Владимир Путин или нет, пора осознать, что глава государства – не просто физическое лицо. Президент – это институт, гарантирующий целостность и стабильность страны…

Перестать   лгать – себе и обществу…

Оставить в прошлом космополитическое восприятие мира…. Признать, что либеральный проект в России может состояться только в контексте национальных интересов…..

Легитимировать приватизацию. Надо, необходимо признаться, что 90 % российского народа не считает приватизацию справедливой, а ее выгодо приобретателей – законными  собственниками. И пока  это так, всегда будут силы – политические и бюрократические, а то и террористические, - которые будут посягать на частную собственность…. Чтобы изменить страну, нам надо самим измениться».

Реакция со стороны его прошлых  единомышленников не заставила себя ждать. Политсовет  Союза правых сил 27 апреля принял заявление «Об отношении СПС к проблемам, поднятым в ходе дискуссии о судьбах российского либерализма». Правые в очередной раз  пришли к выводу, что именно сейчас складываются условия, когда « либерализм и демократия объективно востребованы для развития страны». Ходорковскому же порекомендовали держаться «более достойно», несмотря на то, что он находится в тюрьме.

После того как был избран новый состав Государственной  Думы, согласно Конституции РФ в политическую повестку дня встали выборы президента Российской Федерации.

Владимир Путин не торопился с заявлением по поводу выдвижения своей кандидатуры. Многим ясно было, что начатые реформы не могут быть переложены на плечи другого человека, тем более, что по Конституции РФ одно лицо может избираться на два срока президентства. Надо сказать, что и рейтинг Президента РФ в этот период был очень высок : по данным социологических исследований он  не опускался ниже  75 %. Тому были  основания: Путин во многом изменил Россию к лучшему: решил проблемы Чечни, восстановив там государственный порядок и предоставив самим чеченцам строить свой  дом; укрупнил регионы России, объединив их в федеральные округа, ограничив  при этом  полномочия губернаторов.

Он сумел в короткий срок восстановить единое правовое пространство России, укрепить государственную власть, усилив ее объективно централизацию, необходимую в то время.

Страна достигла финансовой независимости. Золотовалютные резервы Центрального Банка составили 84 миллиарда долларов. ВВП за это время вырос на 30%, в три раза упал уровень инфляции. А самое главное – это то, говоря словами  Владимира Путина, прошло время неопределенности и тревожных ожиданий. Он сумел укрепить позиции России на международной арене, усилить ее голос в хоре крупных стран. Личные достоинства Путина в сочетании с присущей ему скромностью и сдержанной  иронией  расположили к нему многих государственных лидеров, особенно Шредера, Берлускони, Ширака, Буша.

Острый ум, знание европейских языков, спортивность, высокая общая культура  – все это располагало к серьезному восприятию его личности, рождало невольные симпатии.

Первоначальное  представление о Путине, по рукам и ногам повязанному   «семьей» Бориса Ельцина, так раздражавшее народ России,  постепенно заменялось другим. Все очевиднее становилась патриотичность и приверженность государству. Все это выгодно отличало  Путина от предшественников.

Правда, действия Путина многим казались нерешительными. Люди недоумевали, что же связывает руки президенту РФ в отношении «семьи»,  олигархов ельцинской эпохи, слагали мифы о каком-то письменном или негласном договоре между экс-президентом и действующим. Некоторые в этой связи кивали на порядочность Владимира Путина как человека, держащего свое слово в отношении  безопасности и неприкосновенности «семьи».

Своим поведением  Владимир Путин как бы  подчеркивал, что действующему президенту не обязательно участвовать в дебатах  предвыборной компании, если он на протяжении четырех лет делал все возможное,  чтобы укрепить  мощь  и безопасность государства, стремился улучшить жизнь его  граждан.

Это должно быть видно всем без рекламы. Пока лидеры различных партий кричали о том, что у Путина нет программы развития России, он системно и сосредоточенно работал над тем, чтобы повернуть курс страны на восстановление и наращивание мощи..

Дебаты ельцинской поры, идеологами которой были Попов, Гайдар, Собчак, Чубайс, Бурбулис ушли в прошлое. Дебаты времен Путина во многом направлялись самим президентом, одновременно выступавшим главным идеологом смены политического курса. И если Ельцин рождал свою элиту благодаря тому, что наделял ее собственностью, то Путин формировал союз единомышленников через создание  ответственных политических структур, привлечения к управлению государством профессионалов-исполнителей.

.        Большинство граждан понимали, что  выдвижение кандидатом на пост президента РФ в предстоящих выборах для Владимира Путина было вопросом решенным. По данным различных социологов, 75 % россиян были уверены в том, что Путина изберут с огромным перевесом и в первом же туре.

Среди выдвинутых кандидатов самыми серьезными  претендентами явились Сергей Миронов, Сергей Глазьев и Николай Харитонов от КПРФ.

Выдвижение Сергея Миронова было  важным в случае  попыток срыва выборов Президента. Кремль вполне допускал такие варианты, как снятие своих кандидатур перед самыми выборами со стороны Ирины Хакамады, Сергея Глазьева, Николая Харитонова. Тогда выборы попросту не состоялись бы.

Сергей Миронов не обольщался по поводу того , что может стать президентом РФ. Свое участие в предвыборной компании он объяснял тем, что каждый кандидат, выдвигая свою программу, влияет на будущего президента. То есть на президентскую кампанию нужно смотреть, по мнению Миронова, не на как политическую распрю, а как на состязание идей, целей, предлагаемых решений.

Любопытной и интригующей оказалась  история с выдвижением Ивана Рыбкина. Судя по- всему она  была задумана Борисом Березовским как операция  по дискредитации выборов президента РФ. Рыбкин должен был  сделать несколько резких выпадов в адрес действующего президента Владимира Путина, а затем исчезнуть. Об этом откровенно заявил тогда Владимир  Соловьев. Позже он напишет книгу «Русская рулетка», в которой подробно изложит план Березовского о «сакральной жертве».

Вообразим, если бы, не дай Бог, в день выборов труп кандидата в президенты  Рыбкина, был бы подброшен в Киеве, куда его кто-то внезапно вызвал, то результаты выборов были бы отменены, и президентом РФ,( а срок Владимира Путина оканчивался в мае), автоматически становится второе лицо в государстве, то есть Михаил Касьянов. В действительности  почти все произошло так как и было задумано, но Рыбкин, внезапно исчезнув, вдруг снова объявился живым и невредимым, засветился перед телекамерами и тем самым  разрушил  планы лондонского стратега. Иван Рыбкин явился обществу в весьма  странном психологическом состоянии, и через некоторое время снял свою кандидатуру.

Едкий политолог Леонид Радзиховский по этому поводу высказался так: «Ну спасибо Ивану Петровичу  - он отдохнул, мы отдохнули на него глядя…Какие же мысли приходят после смеха? Первое. Про Иван Петровича как зеркало русской номенклатуры. Его жена выдала, с горя, золотые слова: «Бедная Россия, если ею пытаются руководить такие люди!»…Второе. Про Борис Абрамыча как зеркало русской демократии. Жизнь положить на то, чтобы стать Воландом – а в итоге оказаться творцом… Иван Петровича!… Выясняется, что наш Мефисто, лишенный «прямого провода в Кремль», способен только на очевидные и несусветные политические глупости – примерно на том же уровне, что Ходорковский. (Но тот хоть в бизнесе, в отличие от Березовского, разбирался). Взять ту же историю с Рыбкиным. Ну написал он для бедняги Ивана Петровича несколько крепких ругательств в адрес Путина, тот покорно озвучил. Дальше о судьбе Рыбкина можно было лишь гадать. Но зная суровый нрав нашего членкора, могу предположить, что тело И.П. Рыбкина собирались в дальнейшем (выловив, скажем из Днепра) предъявить публике в качестве неоспоримого доказательства «кровавой диктатуры Путина». Двухходовка немудреная (разоблачения Путина – убийство разоблачителя), но в целом все это вполне могло взорвать выборы. Прогноз БАБа, данный еще много месяцев назад, о том, что гладкого избрания Путину не видать, блестяще бы оправдался. Но «тело Рыбкина» вдруг зажило отдельной от команд БАБа жизнью – возьми да и сбеги из Киева. И вот такого сложного варианта наш специалист по «системному моделированию» как-то не предусмотрел. В результате остался в дураках, да с Рыбкиным на руках… В чем же цель, каковы реальные мотивы? Они довольно прозрачны: комбинация скуки богатого эмигранта, личной ненависти к Путину, мании величия «отставного Воланда»…Свято место пусто не бывает: «некриминальные демократы», лидеры тех СПС, Яблока и т.д. молча, быстро, с облегчением слиняли с политической сцены. Все это твердо доказало – эти люди уже давно политически и идейно мертвы, нет у них ни мыслей, ни веры. В сущности, они – те же «Рыбкины». Крах «старых» демократов, отсутствие «новых», «рыбкинский масштаб» наших политиков и «березовский дух» диссидентов – вот такая картина, вот такая закономерность.»

Ирина Хакамада, осколок партии СПС, напрасно оскорблялась в ответ на выпад Сергея Миронова, подчеркнувшего, что за ней стоят, в сущности, преступники. Действительно, Березовского и Невзлина Россия разыскивает через Интерпол, Ходорковский сидит в  российской тюрьме. Казалось бы, и обижаться надо на себя, выбравшую таких сомнительных личностей. Однако Хакамада, игнорируя этот очевидный  факт, отчего-то надеялась на довольно значительный электорат. Она еще не поняла, что за короткий срок Россия сильно изменилась, стала принципиально другой.  Эта политическая слепота, уже приведшая СПС к краху, приведет к поражению и Хакамаду.

Канун выборов был полон остросюжетных поворотов. Тут стоит вспомнить об обстоятельствах предвыборной отставки правительства. А они были таковы, что Президент, довольно своеобразно, отправил кабинет министров в отставку:  все, кроме Михаила Касьянова, остались на месте в качестве и.о., а сам Премьер оказался освобожденным от своих обязанностей полностью.

Среди многих предположений об истинных мотивах отставки правительства за две недели до 14 марта, вырисовываются следующие:  отношения Михаила Касьянова с Владимиром Путиным резко обострились. Вспоминали разногласия первого и второго лиц государства по поводу  удвоения ВВП , протест премьера против действий Генеральной прокуратуры в связи с арестом Михаила Ходорковского.

Выдвигалась версия о том, что Михаил Касьянов за четыре года премьерства стал полновесной политической фигурой в противовес Владимиру Путину, что и не понравилось действующему президенту РФ перед выборами.

Между тем разговор о том, что отставка Михаила Касьянова неизбежна, шел уже давно. Как только из Администрации президента РФ ушел Александр Волошин, отставка  Премьера стала только вопросом времени. Со своей стороны Михаил Касьянов  понимал это и готовился к уходу из правительства. После Волошина, ушедшего по собственному желанию,  Касьянов подал прошение о своей отставке, послав его по фельдъегерской связи. Это произошло 31 октября 2003. Но Владимир Путин рекомендовал ему продолжать работать.

Пройдет время, и Касьянов вновь заявит о себе как оппоненте государственной власти, поддерживаемом США. Вновь встрепенутся Березовский и  Невзлин.  У них появится надежда на  перемену власти в стране. Однако существенные изменения политики при Путине не могли оказаться незамеченными народом, так как отвечали его интересам. Заместитель директора Дейвис-центра российских и евразийских исследований при Гарвардском университете Маршалл Голдман так оценил путинскую Россию: «Россия сейчас находится на своем историческом пике– никогда в прошлом, ни во времена царей и генсеков страна не была столь мощной исключительно благодаря своим  ресурсам. Во времена «холодной войны», когда миром правили ядерные арсеналы, Запад имел паритет с СССР. Сейчас, когда миром правят нефть и газ, нам нечего противопоставить Москве».

Итак, в первый срок президентства Владимир Путин решил ряд масштабных, жизненно важных для страны, задач:

Началось упорядочение власти путем установления властной

вертикали.

Организован решающий  отпор  международным

террористам.

Страна рассчиталась  с внешними долгами.

Был создан  Стабилизационный (резервный ) фонд Российской Федерации.

Россия сделала первые важные шаги на пути превращения в

энергетическую державу мирового уровня.

Создана мощная  партия центристов, являющихся опорой президента.

Американская газета Вашингтон-Таймс писала: «Вне зависимости от того,  что утверждают критики в России и за ее пределами, Россия Путина не идет в неверном направлении. Сейчас будущее России напрямую зависит от того, сможет ли она учиться на ошибках прошлого. Отчет об истекшем годе в России неотделим от роли и личности президента Владимира Путина. После пяти лет у власти судьба России и судьба Путина стали практически синонимами».

ВЛАДИМИР  ПУТИН – ПРЕЗИДЕНТ. ПРОДОЛЖЕНИЕ…

14 марта 2004 года  Владимир Путин стал президентом уже не по чьей-то протекции, а потому, что избиратели  оценили его в качестве главы российского государства, причем голосов избирателей было на 20 % больше, чем в прошлые выборы.

Западная пресса  безоговорочно признала лидерство Путина. Журнал «Штерн» писал в те дни: «…президент пользуется такой высокой популярностью, как никакой другой политик в Европе».

Владимир Путин не без оснований полагал, что в этот президентский срок  нужно плотно и срочно заняться внешнеполитическими проблемами, восстановить реноме страны на мировой арене, добиться, чтобы голос России вновь стал авторитетным в ООН.

Следовало возобновить контакты со многими странами, утерянные в конце века, из-за чего были сорваны многие контракты на поставку зерна, оружия, АЭС и других товаров Не секрет, что  многие сферы влияния России в 90-е годы оказались заняты Западом. Внушало беспокойство и то, что  блок НАТО все более активизировался в Восточной Европе, методично подвигаясь к границам России.

Надо сказать, что кремлевское кресло за четыре года  значительно изменило психологию Путина. Человек, пришедший к власти, благодаря экс-президенту, он долгое время  ощущал себя лишь управляющим  страны. Не случайно он сказал о себе в 2002 году: «Президент страны – контрактник. Я заключил контракт с обществом на 4 года». В 2004 году такое понимание уже  ушло в прошлое. На смену «управляющему» пришел зрелый и масштабный государственный деятель.

Путин развивался вместе с новой Россией. Как он сам честно признался: «Я в политике совсем недавно. До этого я работал в специальных органах, в разведке. И я думал, что все знаю, все понимаю. Но когда пришел в политику, понял, что все сотрудники специальных органов – дети по сравнению с политиками».

Несмотря на то, что многое было сделано для того, чтобы Россия вновь стала целостным организмом, Путин остро ощущал, что этот организм еще весьма слаб и очень болен. Да, удалось остановить угрозу  распада России. Но круг внутренних проблем был так громаден, что своим масштабом  мешал определению главных ориентиров. Но их непременно следовало вычленить в первую очередь. Это был нелегкий процесс.

26 мая, выступая после инаугурации с ежегодным посланием Федеральному Собранию Президент отметил достижения последних лет и обозначил стратегическую цель: «..за четыре последних года мы перешагнули непростой, но очень важный рубеж. И впервые за долгий период Россия стала политически и экономически стабильной страной. Страной независимой и и в финансовом отношении, и в международных делах. Что само по себе неплохо. Наши цели абсолютно ясны. Это – высокий уровень жизни в стране, жизни безопасной, свободной и комфортной. Это – зрелая демократия и развитое гражданское общество. Это – укрепление позиций России в мире. А главное, повторю, значимый рост благосостояния граждан…. Напомню, что в последнее десятилетие прошлого века – в условиях разрушенной экономики и утерянных позиций на мировых рынках – Россия была вынуждена одновременно восстанавливать государственность и создавать новую для нас, рыночную, экономику. Защищать – в борьбе с международным терроризмом – целостность страны и отстаивать демократические завоевания народа.

С начала 90-х годов Россия в своем развитии прошла условно несколько этапов.

Первый  этап был связан с демонтажем прежней экономической системы сопровождался ломкой привычного уклада жизни, острыми политическими и социальными конфликтами и был тяжело пережит нашим обществом.

Второй этап был временем расчистки завалов, образовавшихся от разрушения «старого здания». При этом нам удалось остановить наиболее опасные тенденции в экономике и политической сфере. Не все решения, которые приходилось в те годы принимать, имели долгосрочный характер. А действия федеральных властей являлись скорее ответами на серьезные для нас угрозы.

Фактически, мы только недавно подошли к третьему этапу в развитии современного российского государства. К возможности развития высокими темпами, к возможности решения масштабных, общенациональных задач. И сейчас мы имеем и достаточный опыт, и необходимые инструменты, чтобы ставить перед собой действительно долгосрочные цели».

Путина  радовали даже самые малые успехи страны. Пошел экспорт в Европу излишков зерна. Завершена электрификация Транссибирской железной дороги.  Военно-морской флот провел  после долгого перерыва учения  в Индийском  океане. После длительного простоя вновь поднялась в небо стратегическая авиация.

Путин не скрывал, что  ему приятно  констатировать  любые прогрессивные движения страны: « Есть достижения, хотя и небольшие. В прошлом году продолжился экономический рост. Удалось создать новые рабочие места. Численность безработных сократилась на 700 тысяч человек. Реальные доходы граждан выросли почти на шесть процентов. Год назад мы ставили скромную, но чрезвычайно важную задачу – добиться, чтобы средняя пенсия в стране превзошла, наконец, прожиточный минимум пенсионера. Сегодня можно сказать: эта задача решена. Люди увереннее смотрят в завтрашний день – многие начинают строить долгосрочные личные планы, стремятся получить образование и новые профессии…После целой эпохи дефицитных бюджетов – когда мы тратили больше, чем зарабатывали, - второй год подряд бюджет сведен с профицитом»…

Он видел и перспективу движения: «Лишь тогда, когда мы будем не просто соответствовать лучшим образцам в мире, а лишь тогда, когда мы будем сами создавать эти лучшие образцы – только в этом случае у нас действительно появится возможность стать богатыми и сильными. Мы должны сделать Россию процветающей и зажиточной страной. Чтобы жить в ней было комфортно и безопасно. Чтобы люди могли свободно трудиться, без ограничений и страха зарабатывать для себя и своих детей. И чтобы они стремились ехать в Россию, а не из нее. Воспитывать здесь своих детей, строить здесь свой дом».

Журналисты иногда подчеркивали его одиночество, ставя это ему в вину из-за того, что все замыкается на Президенте.

В ответ на критику он отвечал шуткой, говоря: «Критика со стороны прессы полезна для властей всех уровней. Хотя порой она не нравится представителям власти. Но у нас в народе шутят: «Откроешь окно – шумно, закроешь – душно». И уже серьезно пояснял: «Я за последние годы мало чего выбираю, за исключением основной политической линии России изнутри и вовне. Все остальное делает аппарат».

Все годы первого президентства Путина были, мягко говоря, нелегкими.

Однако 2004 год  оказался для него  наиболее тяжелым.

9 мая,  в день Победы, на стадионе «Динамо»  в Грозном во время взрыва был убит президент Чечни Ахмад Кадыров. Взрывное устройство, заложенное под трибуной, где находился Кадыров и члены его команды, сработало во время парада отрядов МВД Чеченской Республики.

Владимир Путин воспринял этот теракт как  удар  по всей России.

22 июня боевики под руководством Шамиля Басаева напали  на Ингушетию. Пострадал город Назрань.

31 августа у станции метро «Рижская» мощный взыв унес жизни девяти человек, еще десять получили ранения.

Еще более устрашающим  стал теракт 1 сентября  в городе Беслане в Северной Осетии, когда была захвачена боевиками школа. Страдали дети и это было невыносимо. Общее число заложников, захваченных в школе № 11 составило 1181 человек. Операция была разработана Шамилем Басаевым. Таким образом, в течение нескольких месяцев заполыхали от ударов террористов Чечня, Ингушетия, Северная Осетия.

По-человечески потрясенный жуткими картинами,  Владимир Путин, не скрывая эмоций, выступил с заявлением, в котором дал слово не допускать впредь ничего подобного. Раскрывая причину трагических событий, он высказал свое понимание этих тяжелейших процессов: «…наша страна – с некогда самой мощной системой защиты внешних рубежей – в одночасье оказалась не защищенной ни с Запада, ни с Востока. На создание новых, современных и реально защищенных границ уйдут многие годы и потребуются миллиарды рублей… В общем, нужно признать, что мы не проявили понимания сложности и опасности процессов, происходящих в собственной стране и в мире в целом».

26 апреля 2005 года, в ежегодном Послании Федеральному собранию РФ Путин четко обозначил свое понимание истоков этих бед: « Крушение Советского Союза …было крупнейшей геополитической катастрофой века. Десятки миллионов наших сограждан и соотечественников оказались за пределами российской территории… Старые идеалы (были) разрушены». Кроме того, он прямо  заявил, что после распада СССР Россия пережила «капитуляцию в Хасавьюрте и террористическую интервенцию».

Беслан до предела заострил вопрос о реформировании федералистской системы управления страной.

После трагедии Беслана  Владимир Путин своим указом образовал семь федеральных округов, поставив  во главе их проверенных  и надежных, с его точки зрения, людей.

Так был кардинально усилен  федеральный контроль за выполнением федерального законодательства в регионах России.

Округа образовали  жесткий стержень управления в расхристанной лихими 90-ми  страной.  Начала формироваться необходимая вертикаль власти. 13 сентября 2004 года  была утверждена и новая конфигурация президентской власти, которая отныне должна опираться на Государственный совет, Совет безопасности и правительство.

На взгляд Владимира Путина, следовало добиваться развития федеративных отношений эффективности федерации, формирования сильных  общенациональных партий. Именно они должны через выборы формировать и стимулировать местную власть. Все это поможет избежать чрезмерной «регионализации» сепаратистских устремлений.

Путин ускорил процесс постепенного объединения регионов не по национальному, а экономическому принципу. Первыми ласточками  стали Коми-Пермяцкий автономный округ и Пермь. Одновременно с этим был принципиально изменен принцип формирования высших региональных властей. Губернаторов решено было назначать из центра. Здесь был использован опыт дореволюционной России.

В течение трех лет Путин принял 74 решения по кандидатурам губернаторов. Произошли и такие знаковые назначения: в ноябре 2005 года Роман Абрамович стал губернатором Чукотки, а в марте 2007 года Рамзан Кадыров  возглавил Чечню.

У региональных властей отняли право распоряжаться  недрами. Это было  справедливо, так как в одних регионах были газ и нефть, и они  могли жить богато, другие же не имели доступа к общенациональному достоянию. Федеральное распределение доходов от продажи природных ресурсов позволяло устранить эти перекосы, подойти к решению многих социальных  вопросов в общероссийском масштабе.

Конечно, такое перераспределение функций не могло не вызвать недовольства «сырьевых» губернаторов. Об этом много говорили и писали политологи- лоббисты, проявляя беспокойство по поводу того, что власть мол дает основания для противостояния ей со стороны партий, открыто использующих недовольство разочарованного 90-ми годами народа, а также в  лице  губернаторов, которые скрыто недовольны политикой Кремля.

Владимир Путин понимал, что упорядочение власти, сопряженное с лишением  определенных функций и доходов, чревато опасностью появления новой  оппозиции  действующей власти, противостояния, до поры не обязательно явно выраженного.

Следует специально отметить, что, занимаясь внутренней политикой и экономикой, Владимир Путин так и не дождался добровольной помощи от бизнесменов в решении актуальных государственных задач. Олигархи, мультимиллионеры и миллионерская «мелочь»,  источали полное равнодушие к таким ценностям как Родина, национальные интересы, государственная безопасность, нужды соотечественников. Некоторые прямо выражали свои чувства, говоря о том, что если у человека нет миллиарда, то пошел он подальше, с ним не стоит даже разговаривать. Их ценности и интересы лежали вдали от Родины, в европейско-американском обществе потребления, где товаром является всё – не только автомобили, загородные дома,  мебель, одежда, техника, но и искусство, здоровье, социальный статус, имидж. Российская экономика интересовала их, как корыто свинью. Подобно этим животным они не заботились даже о ремонте этого корыта, безжалостно эксплуатируя то, что бесплатно досталось. Трудно было  преодолевать выросшее в народе неверие в справедливость,  вызванное приватизацией 90-х.

Видимо не сразу, но,  в конце концов, Путин решил: государство само должно прийти в крупный  бизнес, постепенно вытесняя из него олигархов. В отличие от последних государство идет в бизнес для решения государственных и общенародных экономических и социальных задач.

. Нужны были огромные средства, чтобы создать новую модель развития современной России: инновационную, реализовать ее не на рассуждениях, а на практике..

Денег требовали разрушенная «оборонка», нищая социальная сфера. Нужен был и стратегический запас на «пожарный» случай – дефолт 1998 года глубоко врезался в память нации.

Путин видел, где средства можно взять достаточно быстро – через продажу российских энергоресурсов. Именно поэтому олигархат был оттеснен им с доминирующих позиций, а контроль над рядом мощных ветвей экономики прочно перешел в руки государства.

Создавая государственные корпорации и ставя на руководство ими проверенных многолетней работой соратников, он преследовал одну цель: государство должно стать богаче и сильнее олигархов.  Тогда никто из них,  какими бы финансами ни владел, уже  не  будет, меряться силами с государством, не  посмеет подкупать президента, парламент, правительство.

В результате внедрения Владимиром  Путиным проверенных кадров  на ключевые посты в государственных компаниях и корпорациях, в России  появилась новая генерация состоятельных людей, лояльных к власти, учитывающих в первую очередь государственные интересы.

Традиционно Советский Союз и Россия были конкурентоспособными в производстве специальных материалов, ядерных технологий, продукции авиационно-космической отрасли, вооружения.

Владимир Путин постарался сохранить эти отрасли, создавая  соответственные структуры. Для усиления позиций России на мировом рынке ядерных технологий в 2007 году образована Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом», объединившая гражданскую и военную ветви атомной промышленности России.

Роскосмос, то есть Федеральное космическое агентство, стало заниматься мирным космосом, а производством ракет занялась Российская космическая корпорация «Энергия».

На базе нескольких судостроительных заводов была образована мощная «Объединенная судостроительная компания».

Позже, когда противники Путина, стали активно, создавать новые  мифы, обвиняя его в личном обогащении в компании с доверенными лицами, Путин иногда парировал их, понимая, что этой «тусовке» трудно поверить в бескорыстие Президента после того, что они насмотрелись в лихие 90-е, давно перестали верить в справедливость и честность власти.

Путина терзали унизительными вопросами. Он же, понимая это, старался довести до сознания россиян, что у него нет потребности, в отличие от многих, в чрезмерном личном обогащении, и в связи с этим он не позволит себе быть у кого-то «на крючке».

Между тем на международной арене в середине нулевых климат был весьма неблагоприятным для России. Путину, конечно, было известно, что в прогнозе развития человечества на ближайшие 15 лет, подготовленном Национальным советом по разведке (НСР) Соединенных Штатов Америки, России отказывали в перспективном будущем в отличие от Индии и Китая.

Основными проблемами, которые мешали российскому развитию, назывались следующие:  неблагоприятная демографическая ситуация, нестабильность на южных рубежах, откат в развитии институтов демократии, сырьевой характер экономики, слабо приспособленной к освоению новейших технологий. Возможное российское влияние связывалось, в первую очередь, с сырьем, с растущей зависимостью человечества от нефти и газа. Массовый переход к альтернативным источникам энергии не предвиделся, что предопределяло все более интенсивную конкуренцию за ресурсы и разговоры о прямой борьбе за них.

Намерениям Запада на то, что он может подчинить себе и Россию, взяв под контроль ее энергетические ресурсы, нужно было  противостоять.

Путин взял за основу сырьевую модель развития страны, исходя из сложившихся условий, во многом даже вынужденно,  для того, чтобы, накопив средств, выйти  на  модель инновационную.

Понимая, что Западу не нужна сильная Россия, что он не желает интеграции и не собирается в обмен на сырьевые ресурсы делиться с Россией новейшими разработками, инновационными технологиями, Путин решил говорить с Западом с позиций создаваемой энергетической сверхдержавы.

Первый шаг фактической монополизации добычи и продажи  газа «Газпромом» уже  был  к тому времени сделан. И другие  российские энергоресурсы, разбросанные ранее по частным карманам, начали процесс огосударствления. Устанавливался контроль за деятельностью  самого  «Газпрома». Налажен был государственный контроль и в государственных нефтедобывающих компаниях.

Это дало основание оппонентам президента заявлять, что идет возврат к советскому прошлому. Однако, у Владимира Путина было иное мнение. Он знал одно, нельзя выпускать из-под контроля государства энергоресурсы, связанные с безопасностью России.

Он понимал, что энергетическая политика эпохи Ельцина была ущербной для России. Но озвучивать свое видение он пока считал преждевременным. Сначала следовало добиться ощутимых результатов.

Европа долгое время снисходительно посматривала на Россию, воспринимая поставщиков энергоресурсов в качестве придатков стран-потребителей. Такой односторонний  подход старой Европы к российским энергоресурсам совершенно не устраивал президента. Западные страны политические круги  прилагали массу усилий для того, чтобы не  дать России идти по пути глубокой интеграции с европейскими партнерами.

В частности, в 2006 году Палата лордов британского парламента запретила намечающуюся сделку «Газпрома» с британской энергокомпанией  Gentrica. Не сложились сделки и по обмену  25% Южно-Русского месторождения на доли  в электростанциях Е. Оn в Великобритании, Италии и Германии. Даже Испания не пошла на сделку с «Газпромом» и «Лукойлом» по приобретению 20% акций Repsol.

Не получилась сделка и с итальянской ENI. Не лучше обстояло дело и с постсоветскими странами, которые часто подпадали под западное влияние.

К 2005 году Владимир Путин  принял решение не настаивать на интеграции России с европейскими партнерами, а  расширять взаимодействие с юго - восточными странами, в частности, расширить там  рынок потребителей российских углеводородов.

Стране следовало подстраховаться: не понадобятся по разным причинам российские нефть и газ Европе, можно продать их Индии и Китаю. «Мы понимаем свои преимущества, но не собираемся задирать нос и дремать на своих природных ресурсах», - заявил  Путин, и, не желая  зацикливаться на Европе, поддержал  «Газпром» в его стремлении к  прокладке газопровода через Иран в Индию, высказавшись в пользу этого проекта, который, по его мнению, «совершенно окупаем и вполне реализуем».

Путин понимал, что, разрабатывая  новые газотранспортные проекты,  следовало учитывать не только на свои экономические интересы, но и соблюдать интересы постсоветских стран, а также европейских , и азиатско-тихоокеанских партнеров .

Начиная с 2005 года «Газпром» с санкции Путина начинает поднимать цены на газ для недружественных стран СНГ, выступавших против России, в частности, Грузии и Молдавии, в то же время  союзной республике –Белоруссии – оставили прежние невысокие цены.

В 2006 году Путин  поручил Александру Медведеву выступить на Российском экономическом форуме в Лондоне.  Тот сделал выпад в адрес Евросоюза: « Хартия в его нынешнем варианте – антироссийский документ, который не будет ратифицирован без серьезных изменений».

Евросоюзу было предложено подписать новый документ, который «определит иную систему отношений России и ЕС в области энергетической безопасности», подчеркнув, что « в противном случае мы консолидируем усилия стран – производителей газа и создадим картель, более влиятельную, чем ОПЕК».

Так  была обозначена стратегическая линия политики, ориентированной на экспансию российских энергетических государственных корпораций  на мировом рынке.

Сложности по доставке газа в Европу, возникшие из-за осложнений в отношениях с сопредельными странами, заставили сделать следующий решительный шаг.

Началась активная  разработка проектов по прокладке двух новых газопроводов из России в Европу: по дну Балтийского моря в Германию (Nord Strim) и по дну Черного моря в Болгарию (South Stream).

Одновременно с этим продолжал строиться газопровод « Голубой поток», ведущий по дну Черного моря в Турцию.

Путин знал, что строительство газопроводов будет встречено сопротивлением ряда европейских стран, которым Россия платила за транзит многие миллиарды за доставку газа в Европу,  но это его не останавливало.

«Ни для кого не секрет, что самое мощное «оружие» РФ в переговорах с Западом – ее газопроводы. Нефть может быть заменима, ее можно доставлять и танкерами. Но монополия России на газопроводы, ведущие с востока на запад, вполне может использоваться как инструмент для отстаивания политических интересов и жесткого отпора, если ей бросают вызов», - отмечали обеспокоенные американские политологи.

Западная пресса писала: « чтобы стать «энергетической супердержавой, Дмитрий Медведев, первый вице-премьер и наиболее вероятный преемник Путина, заявил на конференции в Санкт-Петербурге, что экспорт энергоносителей, а также других природных богатств России, станет основой возрождения страны. Благодаря чему, будут получены средства для обновления инфраструктуры, диверсификации экономики и развития технологий»…. «Мы должны сосредоточиться на создании крупных корпораций и поддержке их внешнеторговой деятельности», - заявил Медведев.

Конечно, западные аналитики не случайно всполошились, увидев за трубопроводом Nord Strim энергетическую зависимость Европы от России. Противодействуя этой тревоге, Владимир Путин пригласил Герхарда Шредера руководить этой компанией, поэтому Германия успокоилась, но остальные европейские страны волновались.

В западной прессе стали появляться статьи, указывающие на то, что на нефтяном рынке становится все больше государственных компаний, преследующих геополитические цели, имеющие мало общего с получением прибыли.

«Хватит донимать Путина, ведь Россия снова на коне, - , писал Клиффорд А. Купчан , - Россия, купающаяся в нефтедолларах, вновь стала 'звездой' на мировой арене. Такого геополитического влияния у русских не было уже 30 лет. Новообретенная уверенность Москвы (возможно, даже чрезмерная) связана с высокими ценами на сырье и семью годами мощного экономического роста в стране. Сегодня Кремль поигрывает мускулами на Ближнем Востоке, в отношениях с Европой, укрепляет отношения с Китаем.

Однако Запад до сих пор не понял, что Россия снова в игре. Многие в политическом руководстве США и европейских стран по-прежнему воспринимают ее как ослабленную державу, которая может сколько угодно протестовать, но не в состоянии помешать Западу «привязывать» ее соседей к НАТО.

В связи с саммитом «большой восьмерки», который начнется в субботу под председательством российского президента Владимира В. Путина в приведенном по этому случаю в порядок Санкт-Петербурге, Вашингтону следует уделить больше внимания изучению статистических данных об объеме товарооборота, и поменьше думать о недостатках Путина. Он должен смириться с тем, что нынешний Кремль будет энергично отстаивать национальные интересы России и не станет уклоняться от конкуренции с Западом в борьбе за политические и экономические преимущества.

Нравится это нам или нет, на мировой арене появилась новая неприсоединившаяся великая держава.

Краеугольный камень путинской стратегии – «сырьевой национализм», усиление государственного контроля над добывающей промышленностью, составляющей основу экономической мощи России и ее растущего влияния в мировой политике.

Сегодня на долю государственных компаний приходится 30% от общей добычи нефти в стране; если слухи о предстоящей покупке государством других фирм, находящихся ныне в частных руках, подтвердятся, к 2008 г. эта цифра повысится до 60%. В начале этого года Кремль установил прямой контроль над «Газпромом»: его объем производства составляет 20% от мировой газодобычи; кроме того, концерн владеет 16% общемировых запасов этого сырья. Кроме того, правительство усиливает свое влияние на ситуацию в нефтяной индустрии за счет эффективного использования налоговых инструментов и лицензирования.

Резкий рост цен на металлы за последние пять лет также способствовал усилению экономической мощи России. Она числится в первой пятерке стран мира по производству никеля, титана, алюминия, платины и палладия - важнейшего сырья для авиакосмической, автомобильной и других ключевых отраслей промышленности….

Российская экономика бурно развивается - с 2001 г. среднегодовой рост ВВП составляет 6,1%. В розничной торговле среднегодовой рост составляет 12%, в строительстве - 10%, в секторе услуг - 7%. …

Наконец, Россия проводит образцовую макроэкономическую политику, что позволяет удерживать инфляцию под контролем, а относительная стабильность, воцарившаяся в стране при президенте Путине, способствует росту…Но можно ли считать российскую экономическую мощь - и рост - устойчивыми? Скорее всего, да. Цены на энергоносители и металлы, в обозримом будущем, вероятно, сохранятся на высоком уровне из-за напряженной ситуации на рынке и нестабильности в некоторых нефтедобывающих странах, например, Иране и Нигерии. Несмотря на недавнюю корректировку цен на металлы, они, как ожидается, также останутся высокими благодаря мощному спросу. Да и политическая система в России не обнаруживает признаков нестабильности….

В политическом плане позиции Путина очень сильны, и он, скорее всего, без труда сможет передать власть избранному им преемнику. Однако для сохранения стабильности России нужен не просто сильный человек вроде Путина во главе государства, но и укрепление института президентской власти в целом, позволяющее ей эффективно управлять страной и выступать в роли арбитра в экономических вопросах.

Несмотря на эти проблемы, высокие цены на сырье, рост и политическая стабильность, судя по всему, гарантируют дальнейшее укрепление российской экономики по крайней мере до 2012 г….

Восстановление влияния Москвы в международных отношениях проявляется на целом ряде фронтов. Она играет ключевую роль в связи с иранским ядерным кризисом, действуя независимо - уверенно сопротивляясь давлению США в пользу введения санкций против Тегерана, и продвигая собственные разнообразные интересы в этой стране. Кроме того, Кремль отошел от солидарной позиции с Западом, начав переговоры с ХАМАС. Россия также активно сближается с Китаем: в ближайшие десять лет она станет одним из крупных поставщиков нефти и газа в эту страну. В прошлом году две страны совместно провели масштабные военные учения.

Однако порой Россия пытается «прыгнуть выше головы». В апреле Москва потрясла европейские столицы заявлением о том, что перераспределит поставки газа в пользу других клиентов, если ей не позволят приобретать газораспределительные активы в Европе. Однако Путин блефовал: инфраструктура для доставки российского газа в другие регионы будет создана самое раннее через десяток лет….

Вашингтону необходимо пересмотреть свою стратегию. Готовясь к саммиту «восьмерки» США должны разработать новую парадигму отношений с Россией - ее можно было бы охарактеризовать как «управляемую конкуренцию». Соединенные Штаты должны воспринимать ее так же, как они воспринимают Китай и Индию - относясь к Москве с уважением как к крупной неприсоединившейся державе».

Ирвин М. Стелцер в статье «Нефтяная власть» подчеркивал:

»…Владимир Путин, на лице которого не дрогнул ни один мускул, когда он заявил, что его готовность закончить перерыв в поставках газа в Европу - в ходе которого Россия также отказывалась перекачивать по своим трубопроводам газ из Туркменистана и Казахстана - доказывает, что Россия является надежным поставщиком. Неважно, что именно по его приказу "Газпром" прервал поставки газа на Украину, а заодно в Германию, Францию и другие страны - несмотря на контракты, действительные до 2009 года. Помните: данный спор был не только о ценах. Беларусь, бывшая советская республика, решившая остаться в сфере влияния России, избежала значительного повышения цен, перед лицом которого "Газпром" поставил Украину, Грузию и Молдавию, в большей степени ориентирующихся на Запад….

Посыл Путина ясен: энергетические ресурсы России, находящиеся теперь под полным контролем государства, дают ей в руки новое оружие, а именно нефтяную власть. И Путин хочет использовать ее, чтобы вернуть влияние России на тот уровень, на котором оно находилось тогда, когда страна была сверхдержавой. Именно с этой целью был уничтожен ЮКОС и именно с этой целью проводится ренационализация российской энергетической инфраструктуры. Путин считает, что если нефть может быть десятилетиями использована для приглушения американской критики внутренней политики Саудовской Аравии, то российские нефть и газ могут быть использованы для того, чтобы остановить критику Запада в отношении его все более авторитарной внутренней политики….

Перерыв в энергопоставках в Европу не имел прямых последствий для Америки. Однако он послужил предупреждением о том, что национальная стратегия энергетической безопасности пребывает в весьма плачевном состоянии. Администрация Буша надеялась, что Ирак вернется на мировые рынки в качестве крупного и дружественного Соединенным Штатам нефтепроизводителя. Пентагон предсказывал, что Ирак более чем в два раза увеличит уровень добычи, который до войны составлял около двух миллионов баррелей в день. В действительности же добыча замерла на отметке чуть более одного миллиона баррелей в день, так как саботаж и десятилетия недостаточного финансирования сдерживают рост производства, а из-за того, что для иракцев газ является практически бесплатным, его потребление настолько высоко, что на экспорт остается очень мало…

Дальше - хуже. Венесуэла, один из главных поставщиков сырой нефти в Америку, всегда была надежным партнером по бизнесу, соблюдая договоры о поставках даже тогда, когда арабские страны-члены ОПЕК осуществляли свой бойкот. Но сейчас эта страна возглавляется Уго Чавесом (Hugo Chavez), отличающимся в высшей степени антиамериканскими и прокастровскими настроениями. Он повысил налоги, возбудил дела по огромным налоговым задолженностям (отголоски нападок Путина на ЮКОС), вынудил ведущие международные нефтяные компании передать государственной компании PDVSA контрольные пакеты их предприятий, действующих в Венесуэле».

Представляя собой крупный развивающийся рынок, Россия выглядела привлекательной в глазах Запада. Объединив свои рынки с Бразилией, Индией и Китаем (БРИК), Россия стала как бы участницей клуба «триллионеров», так как совокупный ВВП этих стран исчисляется триллионами.

Постепенно под руководством Путина и его команды Россия стала представлять собой не только поставщика энергоресурсов, вооружения, но и огромный рынок сбыта для западных стран в первую очередь.

Однако одного только российского рынка сбыта было  недостаточно для того, чтобы произошел всплеск экономики по прогрессивной шкале. Хотелось объединить  ресурсы с Белоруссией, Казахстаном и Украиной.

Внимание Путина к странам СНГ особенно активизировалось после того, как он, разочаровавшись, отказался от своего первоначального намерения интегрировать Россию в Западную Европу.

Россия начала вести более самостоятельную политику и в других регионах мира.

Очевидным было, что новой ареной борьбы мировых держав, становится Средняя и Центральная Азия. Её страны располагают значительными людскими и сырьевыми ресурсами.

Несмотря на кажущуюся взаимосвязь этих государств с Россией, были прямые свидетельства  постепенного отхода их в сторону США.

Путин отдавал себе отчет в том, насколько важен для России этот регион. Он понимал, что эти страны не случайно стали зоной интересов США и Европы. Отчего вдруг возросла их активность за лидирующую роль в Центральной Азии?  Не секрет, что самым привлекательным стали запасы энергоресурсов. Они как магнит притягивали Запад.

Путин знал, что геополитический вакуум рано или поздно должен заполнится,  Углеводородные ресурсы уже вызвали , обеспечив  борьбу между сильными геополитическими центрами за влияние в среднеазиатском регионе. Путин чувствовал, что роль России в здесь постепенно уменьшается. Сюда рвутся Китай и США. Нужно было одновременно постараться выдавить американцев из этого региона, и в тоже время не допустить дестабилизации из-за попадания региона его под влияние исламских экстремистов. Желательно получить контроль за  среднеазиатскими энергоресурсами и их транспортировкой. Но  не только этим обуславливалась заинтересованность.

Дело в том, что  Евразийской Экономическое Сообщество, созданное в 2000 году, должно было представлять собой единое экономическое пространство, состоящее из пяти государств: России, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана.

В действительности же мало что получилось. В Киргизии и Таджикистане за это время оказались размещенными военные аэродромы США, практически военные базы. Говорить в этом случае о едином экономическом пространстве и таможенном союзе было нереально.

В 2003 году Владимиром Путиным  была предпринята попытка  создания Единого экономического пространства (ЕЭП) с Украиной, Белоруссией и Казахстаном.  Надежда была на то, что ЕЭП начнет действовать  как зона свободной торговли, превратившись со временем сначала в таможенный союз, а затем,  и в валютный. Но, как только речь зашла о рубле, новая структура начала пробуксовывать, а затем она стала и вовсе не актуальной, так как Янукович, которого поддерживала Москва, проиграл выборы на пост президента Украины. Украина выбыла, но Белоруссия и Казахстан по-прежнему остались солидарны с Россией и продолжили процесс интеграции.

Конечно, партнеры, понимал Путин, имеют большие различия в структуре экономик. Если Казахстан выступает в качестве экспортера энергоносителей, то Белоруссия еще со времен Советского Союза  осуществляет экспорт продукции машиностроения. И если руководство России желает устанавливать высокие импортные пошлины на определенные группы товаров, то эти республики часто выступают против.

Однако, считал Путин, все это вполне можно совместными усилиями урегулировать и  образовать тем самым огромный рынок сбыта, мощное экономическое пространство.

Главный вывод, который он сделал в начале второго президентского срока, заключался в том, что для укрепления международного авторитета России, необходимо добиться того, чтобы не потребители газа и нефти управляли Россией, а Россия влияла на них.

Эта политика Путина пришлась не по нраву Западу. Понимая, что экономика страны далека от того, чтобы всерьез говорить состоявшемся  возрождении России, к осени 2005 года Путин санкционировал разработку «национальных проектов», для чего был создан Совет по их реализации. Возглавил его Дмитрий Медведев, ставший перед этим первым вице-премьером. Занимаясь этими проектами, Дмитрий Медведев быстро  приобрел популярность среди населения.

При Путине начала вставать на ноги и российская оборонная промышленность. Стали увеличиваться заказы на экспорт.

Была поставлена задача модернизации армии.  В Послании Федеральному собранию в 2004 году он ставил эту проблему и после этого он постоянно  возвращался к этой теме, подчеркивая, что настало время, когда Вооруженные силы страны должны активно  оснащаться новыми современными  стратегическими системами вооружения.

Говоря о реформировании армии, о создании новейшего российского вооружения, Путин в то же время  понимал, что России нужно укрепляться, ни в коем случае не втягиваясь в новую гонку вооружений.

Александр Проханов писал в 2006 году: «..я наблюдаю все новые и новые признаки рождения Империи. Спускается на воду подводная лодка «Лада». Летит из-под воды сверхракета «Булава». Вращаются агрегаты вновь возведенной Бурейской ГЭС. Первые приметы «дела» :

вместо бездельных «казино», «игральных домов» и «ночных клубов». И главное – Америка все более внятно ненавидит Россию. А это добрый знак – Империя родилась».

Спустя короткое время писатель вновь обращается к крайне волнующей его теме: «Канули в Лету позорные времена «пораженца» Козырева, который отдавал Америке один за другим плацдармы русского влияния в мире…Америка в последний год демонизировала Путина. Устами Чейни и Кондолизы Райс укоряла за «антилиберальный курс», за «неоимперские амбиции», за «газовый шантаж», за поддержку «изгоев» Ирана и Северной Кореи. Группа ученых, близких к Пентагону, пригрозила России ядерным ударом, от которого русские уже не смогут защититься. Сенаторы предлагали исключить Россию из «восьмерки»…. Уравновешивая неумеренное давление Запада, Путин устремился на Восток. Великолепно провел встречи в Шанхае и Астане, где складывается неформальный антизападный альянс – противовес нераздельной гегемонии США…Путин искусно аранжировал приближение «саммита». Съезд в Москве мировых религиозных деятелей показал духовный авторитет России. Дружеские встречи с правозащитниками смягчили образ «Путина-диктатора». Демонстрации стратегических бомбардировщиков и новейших штурмовиков создали необходимый «силовой фон».

Путин  отдавал себе отчет в том, что страна, проиграв «холодную войну» Западу, была слабой, именно поэтому следует быть очень внимательным и осторожным в достижении поставленных целей.

Урок «холодной войны»  заключался и  в том, что обнаружилась самая глубокая цель Запада - разрушение Советского Союза и России, независимо от социального строя. Коммунизм, социалистический строй  были удобными предлогами и прикрытием сути этой «войны». Кроме того, социализм был весьма  органичен для России, его принципы прочно вошли в образ жизни и психологию. Разрушение социализма было равносильно разрушению исторической России, а также деморализация  русского народа как народа государствообразующего.

С уходом Советского Союза с мировой арены, казалось бы, закончилась и «холодная война». В 2002 году Путин обронил такую фразу: «Исчез смысл существования самой организации НАТО. Вот они и мечутся, чтобы найти себе работу». И как  в воду смотрел.

Вскоре пошли разговоры о размещении НАТО в восточных европейских странах. Повод для размещения – мифическая иранская угроза. Отговорка для слабоумных.

По  мере того, как  российское государство приходило в себя, Владимир  Путин  все острее ощущал давление  администрации США. Было очевидно, что в качестве сильного и самостоятельного политического игрока ее никто не приветствует: ни западные страны, ни даже многие постсоветские. Исключением были  Белоруссия и Казахстан.

Все более очевидными становились противоречия России с Западом. Уступки России в США воспринимались как  ее слабость, поэтому напор только усиливался.

Дэвид Уолл в статье «Загляните поглубже в глаза Путину»

писал:«С тех пор, как Россия вошла в "Группу Семи", которая стала  "Группой Восьми", поведение Путина вызвало все больше и больше вопросов относительно того, останется ли Россия членом клуба для богатых. Многие призывали удалить Россию оттуда, главным образом потому, что вряд ли у кого повернулся бы язык назвать Путина «прямым и достойным доверия», если взглянуть на то, что он сказал и сделал за последние пять лет….Он заявил, что распад Советского Союза был величайшей геополитической катастрофой 20-го века - в основном потому, что после него десятки миллионов граждан России и соотечественников остались в ее бывших колониях. Также он демонстративно вернул красный флаг в качестве российского боевого знамени и советскую музыку к государственному гимну…

И при всем этом в России его любят! Более 70 процентов населения считает, что все, что он делает - это хорошо, и что наличие сильного лидера важнее демократии. Если кого-то это удивляет, взгляните, кто, собственно, такие эти русские…Пока в страну рекой текут нефтедоллары, дела 'Путина и компании' идут хорошо. Они могут платить тем, кто поддерживает политическую систему. Но им не удастся сохранять это положение, когда цены на нефть и газ упадут, или когда численность населения Сибири и Дальнего Востока докатится до уровня, недостаточного для поддержания нефтегазовой промышленности. Тогда им станет трудно; и тогда гулаги станут слишком заманчивой возможностью, чтобы вот так сразу от нее отказаться . ..А  лидерам «большой семерки» следует осторожнее смотреть Путину в глаза и помнить, что «большая семерка» нужна России больше, чем Россия – «большой семерке».

Путин понимал, что чрезвычайно трудно изменить европейское сознание в пользу сближения с Россией.

Крушение Советского Союза лишь ненадолго смягчило болезни мировой экономики, порожденные эгоистичной экономикой США.

Владимир Путин, анализируя со своими коллегами ситуацию, хорошо осознавал глобальность процессов, протекающих в мировой системе капитализма. Чувствовалось, что, пройдя все стадии развития, ресурсы современной модели капитализма в западном варианте уже подходили к концу. Ему как воздух всегда нужна была какая-то некапиталистическая зона, которая бы подпитывала эту систему. Не случайно в прежние времена как только норма прибыли снижалась, начинались поиски другой зоны , а прежняя зона превращалась  в колонию или полуколонию. Такой зоной  мирового капитализма на определенном этапе явились  постсоветские страны, затем Югославия, Афганистан, Ирак, Ливия. Теперь на очереди Сирия, Иран.

Путин видел, как  одна за другой, с огромной скоростью «осваиваются» Западом бывшие советские республики и страны СЭВ. Те, кто пытался сопротивляться, например, Сербия, Ливия, подавлялись военным путем.

Огромный интерес к Центральной Азии, который проявляют США и Западная Европа, обусловлен находящимися в ней  запасами нефти и газа и важным стратегически расположением. Как пишет А.Матвеев в статье «По рецептам Бжезинского. Центральная Азия вновь становится ареной борьбы мировых держав», «есть прямое свидетельство того, что военно-политическое руководство практически всех государств ЦА пытается проводить политику, которая в той или иной степени ущемляет интересы РФ в регионе. Конечно, этому способствует разработанный Вашингтоном стратегический план «Большая Центральная Азия».

Сжимающееся вокруг России кольцо, говорит о серьезной подготовке к очередному походу на российское государство. Чувствуя, что Россия крепнет, Запад будет поспешать с реализацией своих планов. Не вопрос, когда именно это произойдет, важно то, что этот поход сможет достичь  долгожданного результата, если Россия не подготовится к ответу.

Для Путина был очевидно  то обстоятельство, что для устойчивого положения Запада, «необходимо обязательное, но уже невозможное для Запада сочетание факторов: собственные ресурсы полного обеспечения; военная мощь, исключающая посягательство других на эти ресурсы; экономика, максимально независимая от поставок извне; высокий образовательный уровень населения и полный цикл научных исследований; неперенаселенность и внушительная территория, относительно невысокий текущий уровень потребления и потребностей, позитивный потенциал в свете не подвластных человеку изменений на планете (потепление).

Но абсолютно ясно, что такой страной является Россия, которая  даже после экспериментов ХХ века имеет возможность продолжать самостоятельное развитие в мировой истории как равновеликая Западу духовная, культурная, геополитическая сила».

Швейцарский юрист, доктор права Вернер Рампхост, отражая настроения западной элиты,  уверенно заявляет: «Мы считаем, что настало время фундаментально пересмотреть наши представления о собственности на природные ресурсы. Природные ресурсы принадлежат всему человечеству, а не отдельным государствам, которые волей случая занимают сегодня территорию земли, таящей эти ресурсы. Эта точка зрения подтверждается общепринятым в международном праве взглядом на геостационарные орбиты и воздух, которым мы дышим. Глобализация собственности на природные ресурсы на нашей планете будет честным и справедливым делом. Одним из позитивных результатов такой глобализации станет намного большее внимание к сохранности этих не возобновляемых ресурсов в ходе их эксплуатации. Ведь часть этих ресурсов мы обязаны сохранить для будущих поколений, которые будут использовать их в жизненно важных целях, играющих в настоящее время всего лишь вспомогательную роль и поэтому приносимых в жертву текущим задачам».

В этих условиях Россия должна быть готовой к различным поворотам  ее судьбы в новом мироустройстве.

Владимир Путин, несмотря на критику со стороны левых, считал, что невозможно идти старым путем, затратно поддерживать устаревшие технологии, производя товары, которые не могут по своему качеству сравниться с тем, что делают японские , южнокорейские, американские, западноевропейские и китайские компании. Следует искать свой путь в сложных лабиринтах ХХ1 века.. И этот путь – приобретение передовых иноземных, а также создание  отечественных технологий. Именно он выведет Россию на новые рубежи и поможет развиться новым формам производства.

Слушая архимандрита Тихона, своего духовника, с которым он любил беседовать о гибели Византийской империи, Путин анализировал обстоятельства, приведшие к распаду Византийской империи. Удивительно много было совпадений с крахом Советского Союза.

Много было врагов и завистников у Византийской империи, случались чума, кризисы, но проблема была внутри, во внутренних противоречиях духовного общества. Произошло непоправимое: государство взрастило олигархов, утратило власть над финансами, отдало свои финансовые ресурсы иностранцам. Запад завлек Византию в международную торговую организацию. Появилось множество товаров, невиданных ранее, зато местное товаропроизводство деградировало и попало в зависимость от  западных предпринимателей.

Финансовая олигархия, окрепнув,  вступила в прямое  противоречие с государственной властью, тем самым ослабив страну. Позже  враги уничтожили Константинополь. Чудесный богатейший город исчез с карты мира. После этого  разгрома Византия уже  не смогла подняться: как только она пыталась это сделать, ее сразу же обвиняли, выражаясь современным языком, в нарушении прав свободного рынка, а главное в том, что она  представляет собой опасность как режим, нарушающий общие ценности.Исторические аналоги помогали Путину понять настоящее.

Президента и его команду волновал вопрос: долго ли может продолжаться процесс развития этой модели по формуле: «деньги – ценные бумаги – деньги (с прибавочной стоимостью», вместо - « деньги – товар – деньги (с наваром)». Конечно богатые россияне, предпочитали работать по первой схеме.  Она давала баснословные прибыли, и не понуждала к вкладам капитала в производство.

Путин ждал от Запада шагов по сближению с Россией в ряде экономических вопросов. Однако чувствовал, что он все больше воспринимается Западом как русский националист.  Суть своего «национализма»  была его в российском  патриотизме, в желании  видеть Россию сильной и богатой. Это понимание он не раз  подтверждал в разных  аудиториях, поясняя, что он «националист в хорошем смысле» этого слова.

Мировая общественность проявляла к президенту Росии повышенный интерес.

Одна за другой выходили статьи о нем подобные той, что написал Пол Дж.Сондерс ( Paul J/ Saunders)15 сентября 2006 года в«The National Interest», США): «Президенту Путину удалось произвести немалое впечатление на группу иностранных специалистов по России, с которой он встретился в своей подмосковной резиденции: он полностью владеет актуальными темами, находится в хорошей форме… .В ходе беседы Путин говорил без обиняков: он заметил, что Россия не собирается работать против американских интересов, но и собственные интересы будет отстаивать… .

Одним словом, Путин, несомненно, стремится к сотрудничеству с США, но только на условиях, не затрагивающих национальные интересы России - в его понимании. Кроме того, он не упускает из внимания и другие варианты, открывающиеся перед Россией - отношения с Китаем, а также ее способность играть центральную роль в альтернативных международных институтах, не связанных с Западом. Возможно, Путин переоценивает полезность этих «других вариантов» и возможности России с точки зрения упомянутой роли - но любые шаги в этом направлении уже создадут серьезную угрозу интересам США… . Его разочаровывает тот факт, что некоторые американцы не делают различия между политическим курсом государства и позицией СМИ. Президент явно намекал: Соединенным Штатам следует ценить то, что его администрация стремится к сотрудничеству с Вашингтоном даже вопреки общественному мнению, и, какого бы мнения ни придерживались на этот счет американцы, отношения между двумя странами далеко не так плохи, как могли бы быть. Путин посетовал, что администрация Буша часто не склонна искать компромиссы, а настаивает на решениях, которые представляются американским лидерам оптимальными. В результате, по его словам, совместная работа с ними получается лишь иногда. Американская сторона, заметил Путин, «автоматом» распространяет на Россию «презумпцию виновности», которая существовала у нее в отношении Советского Союза, и это препятствует улучшению двусторонних отношений…

И последний штрих: многие участники встречи - среди них были эксперты, ученые и журналисты из США, Британии, Германии, Франции, Италии, Японии и (впервые) из Китая - повели себя так, как будто встретились с поп-звездой: после беседы, эти люди у себя на родине, зачастую жестко критикующие Путина, - столпились вокруг него, протягивая карточки меню для автографа. Кое-кто, формулируя вопросы, даже воспользовался случаем, чтобы сделать явно подхалимские заявления: так, один из американцев заметил, что г-н Путин выгодно отличается от президента Буша способностью несколько часов отвечать на сложные вопросы».

Авторитет Путина, несмотря на нападки его недоброжелателей,

в мире оставался весьма высоким.

10 мая 2006 года Владимир Путин  в ежегодном президентском  послании обратил внимание россиян не только на те проблемы, которые удалось благополучно разрешить, но, главным образом, о тех, что еще предстояло решать.

По оценкам многих, это было одно из лучших выступлений Владимира Путина.

Оценивая прошлое, Путин подчеркнул, что ни власть, ни бизнес не оправдали  надежд россиян на лучшие перемены после распада СССР:   « Более того, некоторые представители этих сообществ, пренебрегая нормами закона и нравственности, перешли к беспрецедентному в истории нашей страны личному обогащению за счет большинства граждан».

Он дал понять, что, «работая над великой общенациональной программой, которая призвана дать первостепенные блага широким массам, мы действительно наступали кое-кому на «больные мозоли» и будем наступать на них впредь. Но это – «мозоли» тех, кто старается достичь высокого положения или богатства, а может быть того и другого вместе, коротким путём – за счёт общего блага».  Разумеется, мы и впредь будем стремиться к тому, чтобы поднять престиж государственной службы. Будем поддерживать российский бизнес. Но и бизнесмен с миллиардным состоянием, и чиновник любого ранга должны знать, что государство не будет беспечно взирать на их деятельность, если они извлекают незаконную выгоду из особых отношений друг с другом.

Президент акцентировал внимание на том серьезном препятствии на пути развития России, которое, несмотря на предпринимаемые усилия, до сих пор не удалось устранить – коррупцию. Эта тема вошла в число самых актуальных.

Путин, определяя место России в нынешней мировой экономике, дал знать россиянам, что « в условиях жесткой международной конкуренции экономическое развитие страны должно определяться главным образом ее научными и технологическими преимуществами» между тем как  «большая часть технологического оборудования, используемого сейчас российской промышленностью, отстает от передового уровня даже не на годы, а на десятилетия».

Он подчеркнул, что, « не нарушая достигнутую финансовую устойчивость, нам надо сделать серьезный шаг к стимулированию роста инвестиций в производственную инфраструктуру и в развитие инноваций. Россия должна в полной мере реализовать себя в таких высокотехнологичных сферах, как современная энергетика, коммуникации, космос, авиастроение, должна стать крупным экспортером интеллектуальных услуг».

« Мы уверенно чувствуем себя в добывающих отраслях. Наши предприятия здесь вполне конкурентоспособны. Например, Газпром, вы знаете, вышел на третье место в мире по капитализации среди крупнейших корпораций мира, при этом сохраняя достаточно низкие тарифы для российских потребителей».

Президент выразил озабоченность по поводу утечки ноу-хау за рубеж, подчеркнув, что необходимым условием развития новых технологий остается надежная защита интеллектуальной собственности, и мы должны обеспечить охрану авторских прав внутри страны – это наша обязанность и перед нашими иностранными партнерами. Мы также должны усилить защиту интересов российских правообладателей за рубежом».

Не обошел он и болезненную для страны проблему, напомнив: «В Послании 2003 года я ставил задачу обеспечения конвертируемости рубля. Были намечены определенные планы, и, должен сказать, они выполняются. Сегодня предлагаю ускорить отмену оставшихся ограничений и завершить эту работу до 1 июля текущего года. Однако реальная конвертируемость рубля во многом зависит от его привлекательности как средства, используемого для расчетов и сбережений. И здесь нам еще очень многое предстоит сделать. В частности, рубль должен стать более универсальным средством для международных расчетов и должен постепенно расширять зону своего влияния. В этих же целях необходимо организовать на территории России биржевую торговлю нефтью, газом, другими товарами, торговлю с расчетом рублями». Это, на взгляд Президента единственный путь  рубля к резервной валюте, так как позиции доллара, не обеспеченного золотым запасом, слабеют.

Особую тревогу Президент высказал по поводу демографических проблем. Не секрет, что, начиная с 1993 года она приняла в России драматический характер. Прогнозы на будущее были неутешительными: с 2015-2020 годы, если не принять мер, в год будут умирать по 2-3 миллиона человек. Памятуя о том, что государство должно сохранять и приумножать своих граждан, Владимир Путин предложил серьезно и системно заняться демографическими проблемами. «Но если мы действительно хотим сделать для граждан что-то полезное и нужное, предлагаю вам, отодвинув в сторону политические амбиции и не распыляя ресурсы, сосредоточиться на решении важнейших для страны проблем, и одна из них – демографическая, или как точно выразился Солженицын – это в широком смысле «сбережение народа».  Отсюда вытекали следующие задачи: « Первое – снижение смертности. Второе – эффективная миграционная политика. И третье – повышение рождаемости. И наконец, следующее, самое действенное, на мой взгляд: мера материальной поддержки. Считаю, государство обязано помочь женщине, которая родила второго ребенка и на долгое время выбывает из трудовой деятельности, теряя свою квалификацию. К сожалению – и я думаю, здесь нечего стесняться, о таких вещах нужно говорить прямо, если мы хотим решить такие проблемы, – женщина в подобных случаях подчас попадает в зависимое, а иногда, прямо скажем, и в унизительное положение в семье. И государство, если оно действительно заинтересовано в повышении рождаемости, обязано поддержать женщину, принявшую решение родить второго ребенка. Должно предоставить в ее распоряжение, так сказать, первичный, базовый материнский капитал, который реально повысил бы ее социальный статус, помог бы решать будущие проблемы. И которым она могла бы распорядиться следующим образом: либо для решения жилищного вопроса, вложив его в приобретение жилья с использованием ипотеки или других схем кредитования по достижению ребенком 3-летнего возраста, либо направить эти средства на образование детей или, если захочет, положить деньги в накопительную часть своей собственной пенсии. По мнению экспертов, размер таких государственных обязательств в денежном выражении не может быть меньше 250 тыс. рублей. И эта сумма должна ежегодно индексироваться по инфляции, конечно. Встает вопрос о том, как быть в отношении тех семей, в которых уже есть не менее двух детей. Вопрос не праздный. И я полагаю, что депутаты примут по этому поводу взвешенное решение. Разумеется, для реализации всего вышеназванного плана потребуется большая работа и просто огромные деньги. Прошу просчитать нарастающие по годам обязательства государства и обозначить срок действия программы не менее 10 лет, имея в виду, что по его истечении государство должно будет принять решение, исходя из экономической и демографической ситуации в стране. И, наконец, средства, необходимые для начала намеченных мероприятий, должны быть предусмотрены уже в бюджете следующего года. Этот механизм должен быть запущен с 1 января 2007. И прошу вас вместе с Правительством разработать порядок реализации предложенной мною программы. В завершение этой темы отмечу: проблему низкой рождаемости невозможно решить без изменения отношения всего общества к семье и ее ценностям. Академик Лихачев когда-то писал, что «любовь к родному краю, к своей стране начинается с любви к своей семье». И мы должны восстановить наши старинные ценности бережного отношения к семье, к родному очагу. Занимаясь проблемой повышения рождаемости, поддержки молодой семьи, мы не вправе забывать и о старших поколениях. Это люди, всю жизнь свою отдавшие стране, работавшие на страну, а если нужно было, встававшие на ее защиту. Мы должны сделать все, чтобы обеспечить им достойную жизнь».

Особый акцент Путин вновь сделал на проблемах, связанных с национальной безопасностью. «Для уверенного, спокойного решения всех вышеперечисленных вопросов, вопросов мирной жизни, мы должны найти убедительные ответы на угрозы в сфере национальной безопасности. Отмечу, что на фоне активно идущего переустройства мира появилось множество новых проблем, с которыми реально сталкивается наша страна. Эти угрозы менее предсказуемы, чем прежние, и уровень их опасности в полной мере до конца не осознан. В целом очевидна тенденция к расширению в мире конфликтного пространства, и, что крайне опасно, его распространения на зону наших жизненно важных интересов. Так, весьма значительной остается террористическая угроза, причем существенной подпиткой для террористов, источником их вооружений и полем для практического применения сил остаются локальные конфликты, зачастую на этнической почве, к которой нередко добавляется межконфессиональное противостояние и которая искусственно нагнетается и навязывается миру экстремистами самых разных мастей. Знаю, что кое-кто очень бы хотел, чтобы Россия погрязла в этих проблемах и, как следствие, не могла бы решать ни одну из своих проблем полноценного развития. Серьезные опасности связаны и с распространением оружия массового поражения. В случае если такое оружие попадет в руки террористов, а они к этому стремятся, последствия будут просто катастрофическими. Хотел бы сегодня поднять еще один важный вопрос. Значимым направлением международной политики на протяжении десятилетий является разоружение. И наша страна внесла огромный вклад в поддержание стратегической стабильности в мире. Между тем на фоне такой острейшей угрозы, как международный терроризм, ключевые вопросы разоруженческой тематики фактически выпали из глобальной повестки, в то время как говорить о конце гонки вооружений преждевременно. Более того, ее маховик сегодня раскручивается, и она сама реально выходит на новый технологический уровень, угрожая появлением целого арсенала так называемых дестабилизирующих видов оружия. ..До сих пор не обеспечены гарантии невывода оружия, в том числе и ядерного, в космос. Существует потенциальная угроза создания и распространения ядерных зарядов малой мощности. Кроме того, в средствах массовой информации, в экспертных кругах уже обсуждаются планы использования межконтинентальных баллистических ракет с неядерными боеголовками. Пуск такой ракеты может спровоцировать неадекватную реакцию со стороны ядерных держав, включая полномасштабный ответный удар с использованием стратегических ядерных сил… При этом далеко не все в мире смогли уйти от стереотипов блокового мышления и предрассудков, доставшихся нам от эпохи глобальной конфронтации. Не смогли, несмотря на то, что в мире произошли кардинальные перемены. И это тоже серьезно мешает находить адекватные и солидарные ответы на общие проблемы. С учетом всего сказанного военные и внешнеполитические доктрины России также должны дать ответ на самые актуальные вопросы, а именно: как уже в нынешних условиях и совместно с партнерами эффективно бороться не только с террором, но и с распространением ядерного, химического, бактериологического оружия, как гасить современные локальные конфликты, как преодолевать другие новые вызовы? И, наконец, нужно четко осознавать, что ключевую ответственность за противодействие всем этим угрозам, за обеспечение глобальной стабильности будут нести ведущие мировые державы – державы, обладающие ядерным оружием, мощными рычагами военно-политического влияния. Вот почему вопрос модернизации Российской Армии является сейчас крайне важным, и он реально волнует российское общество. ..При этом подчеркну, что наши расходы на оборону в процентах к ВВП сегодня являются сопоставимыми, либо чуть меньшими, чем у других ядерных держав, к примеру – у Франции или Великобритании. А в абсолютных цифрах, в конечном итоге мы же с вами понимаем, важны именно абсолютные цифры, они в два раза меньше, чем у этих стран, и уже не идут ни в какое сравнение с расходами Соединенных Штатов Америки. Их военный бюджет в абсолютных величинах почти в 25 раз больше, чем у России. Вот это и называется в оборонной сфере «их дом – их крепость». И молодцы. Молодцы!

Путин впервые образно доносит до россиян свое понимание напряженной международной жизни, намекая на действия руководства США:«Но это значит, что и мы с вами должны строить свой дом, свой собственный дом крепким, надежным. Потому что мы же видим, что в мире происходит. Но мы же это видим. Как говорится, «товарищ волк знает, кого кушать». Кушает и никого не слушает. И слушать, судя по всему, не собирается. Куда только девается весь пафос необходимости борьбы за права человека и демократию, когда речь заходит о необходимости реализовать собственные интересы? Здесь, оказывается, всё возможно, нет никаких ограничений».

Президент открыто заявляет о двойных стандартах Запада в отношении России. Однако тут же уточняет: «Но понимая всю остроту этой проблемы мы не должны повторять ошибок Советского Союза, ошибок эпохи «холодной войны» – ни в политике, ни в оборонной стратегии…  Еще несколько лет назад сама структура Вооруженных Сил была неадекватна существующим реалиям…  Полагаю необходимым назвать сейчас основные требования к уровню задач, которые должны быть готовы решать наши Вооруженные Силы. В течение ближайших пяти лет предстоит существенно повысить оснащенность стратегических ядерных сил современными самолетами дальней авиации, подводными лодками и пусковыми установками ракетных войск стратегического назначения. ..Уже сегодня успешно ведутся работы по созданию уникальных комплексов высокоточного оружия и боевых маневренных блоков, не имеющих для потенциального противника предсказуемой траектории полета. Наряду со средствами преодоления систем противоракетной обороны, которые у нас есть уже сейчас, новые виды вооружений позволяют нам сохранить то, что, безусловно, является одной из самых существенных гарантий прочного мира. А именно - сохранить стратегический баланс сил. ..Мы должны учитывать планы и направления развития вооруженных сил в других странах, должны знать о перспективных разработках, но не гнаться за количественными показателями, не «палить» деньги зря. Наши ответы должны быть основаны на интеллектуальном превосходстве, они будут ассиметричными, менее затратными, но будут, безусловно, повышать надежность и эффективность нашей ядерной триады… Обращаю внимание: современной России нужна армия, имеющая все возможности адекватно реагировать на современные же угрозы. У нас с вами должны быть Вооруженные Силы, способные одновременно вести борьбу в глобальном, региональном, а если потребуется – и в нескольких локальных конфликтах. Должны при любых сценариях гарантировать безопасность и территориальную целостность России… Еще одно важное требование – это соответствие процесса комплектования целям создания профессиональной и мобильной армии. Особо подчеркну, что в течение последних пяти лет уже были проведены необходимые сокращения численности Вооруженных Сил. И в дальнейшем доведение их до оптимального уровня в 1 миллион человек не предусматривает специальных мероприятий по сокращению, а должно быть достигнуто путем естественного выбытия части офицерского состава, отслужившего положенные законом сроки службы. Причем сокращение произойдет только за счет уменьшения бюрократического аппарата. Боевые подразделения вообще сокращаться не будут…Вы знаете, в частях Вооруженных Сил, расквартированных в Чеченской Республике, службу несут контрактники… В составе сил общего назначения к 2011 году будет сформировано около 600 частей и соединений постоянной готовности. При этом планируется значительное увеличение их количества в истребительной, армейской авиации, в войсках ПВО, в подразделениях связи, радиоэлектронной разведки и электронной борьбы. В случае необходимости на любом потенциально опасном направлении могут быть оперативно созданы мобильные и самодостаточные группировки, костяк которых составят профессионально подготовленные части и соединения постоянной готовности. …Служба в Российской Армии должна стать современной и по-настоящему престижной….  Мы должны быть всегда готовы отразить потенциальную внешнюю агрессию и акты международного терроризма. Должны быть способны отвечать на чьи бы то ни было попытки внешнеполитического давления на Россию, в том числе – с целью добиться укрепления своих собственных позиций за наш счет. И нужно прямо сказать: чем сильнее будут наши Вооруженные Силы, тем меньше будет соблазн такое давление на нас оказывать, под каким бы предлогом оно ни проводилось».

В числе первостепенных интересов России Путин в 2006  году на первое место поставил взаимодействие со странами СНГ, затем Евросоюзом. Это был мощный посыл народу России. Главное, что можно было извлечь из Послания, - это конец прежней политики – «политики стабилизации». На смену ей должна прийти новая российская политика, нацеленная на интенсивное развитие страны, «политика развития».

Для европейцев и США главным в послании президента РФ Федеральному Собранию Российской Федерации было то, что Путин, поставив во главу угла национальные интересы России, разочаровавшись в интеграции с Западом, предложил ускорить отмену существующих ограничений для конвертируемости рубля и завершить эту работу до 1 июля 2006 года.

Рубль, по  мнению Путина, должен стать универсальным средством для международных расчетов. Но само по себе желаемое не станет действительным, поэтому необходимо создать биржу по торговле нефтепродуктами.

СМИ заговорили о том, что доллар рухнет, стали вспоминать слова Фиделя Кастро о долларовой «пирамиде», которая в любой момент может обвалиться, так как представляет собой лишь бумажки, обеспеченные активами всего лишь на 2-4 процента.

Совершенно очевидным стал  и  тот факт, что устойчивость доллара обеспечивается военной мощью США: сначала за счет бомбежки Югославии, затем Афганистана, Ирака, в настоящее время отчетливо просматривается стремление развязать войну с Ираном, тем более, что руководство Ирана заговорило о планах создания биржи по продаже нефтепродуктов не за доллары, а за евро.

Вспоминали слова Путина из Послания Федеральному Собранию: «Товарищ волк знает, кого кушать». Кушает и никого не слушает. И слушать, судя по всему, не собирается».

США очень ревниво относились к разговорам глав разных стран о вытеснении доллара евро, а тут еще и Россия включилась, задумав создать биржу по продаже нефтепродуктов за рубли. Разумеется, такой расклад  в будущем мог привести доллар к краху, поскольку  тот является плодом

В начале  февраля 2007 года отношения России и США настолько обострились, что Владимир Путин решил сделать открытый публичный выпад.

В Мюнхене на 43-й конференции по безопасности Владимир Путин обозначил проблемы, которые необходимо решать всему миру.

Он в жесткой форме дал понять, что у России есть свои национальные интересы, с которыми всем придется считаться. Тенденция ужесточения внешнеполитической риторики  в отношении Запада имела основания. Путин выступил против объектов американской противоракетной обороны, расширения НАТО в Восточной Европе.